June 26th, 2014
02:39 PM ET

Nepal's Organ Trail: How traffickers steal kidneys

On the streets of Kathmandu, the sight of people begging for kidney treatment has become common.

The capital of Nepal is no different from many places in the world where aging populations, poor diets and no health insurance systems mean increased organ disease.

The organ in highest demand is the kidney and black market traffickers are meeting that demand.

CNN Freedom Project's new documentary investigates the appalling illegal trade in kidneys.

Read the full story, watch clips from the documentary and check out TV schedule times

soundoff (59 Responses)
  1. Сташка Гринич

    Штрафники -банки, которым США предложила по Закону уплатить штрафы, предвещают кризис на политической арене:Да, скорее всего. Речь шла о "политике невмешательства", о том еще, что деньги нужны для каждого государства. Так получается, что в банке, где я сегодня была, а это Беларусбанк, подойдя к окну можно видеть выписку из Закона Республики Беларусь – " За клевету и оскорбление" +видеонаблюдение – клиенты стараются быть вежливыми, работники баков также всегда очень корректны в обращении с каждым посетителем. В маштабе геополитики, как я знаю со слов Татьяны Северинец – Белорусская Христианско-Демократическая партия – Беларуси нельзя писать ничего плохого. Также о России и Украине. Гарантом Конституций являются – см. первую статью Конституции. Гарант Конституции в республике Белоруссии точно знает, что ему можно называть людей "деточка" – в связи с имиджем, разработанным для него. Но старому ученому или заслуженному военному, или бывшему десантнику , или афганцу, да многим – это слово не покажется корректным. Оппозицию в Белоруссии имеют честь называть – "отморозки". При этом Законов нет, потому что можно оскорблять любого в связи с известным "теклефонным правом", рядом мер правоохранительного порядка, как у гражданина Микульского, Статкевича и других граждан республики Белоруссия. Судя по прессе, такое же положение в других странах на бывшем постсоветском пространстве, скажем, старое время и новое смешалось вместе и дало свои плоды, как и существование Закона о невмешательстве, множество раз нарушаемого. Надправительственные органы существуют, но существует и импичмент. В Белоруссии он был во времена работы Депутатского Корпуса второго созыва. Все закончилось разгоном депутатов, а также разгон послов – вспомните "прогремевшие в прессе Лукишки". Когда банки получают санкции, это означает, что изменяется многое. И не может не изменится, потому что времена меняются в любой стране и меняются правители – кстати, народу известно сколько лет длится срок правления, избранного ими путем всенародного голосования человека. Если в эти времена происходят события, заключающие в себе, "горячую новость первых полос известнейших газет", тогда стоит задуматься. Но всем трудно без денег – это ясно!

    July 8, 2014 at 7:04 am | Reply
  2. Сташка Гринич

    Я написала когда-то рассказ Белая дама с Лепеля – он вошел в спервый сборник белорусской фантастики, был издан в литизданиях Белоруссии. Я писала его, используя материалы этноса – ученого-краеведа Яна Борщевского. У каждого народа есть этнос, это неотъемлемая часть его истории. Так пишутся все фантастические произведения: никаких открытий я там не сделала, но одним из последних моих конкурсов литературных в интернете был "Эксперимент-2008" на Самиздат. В этом рассказе также есть слово – Эскперимент. Грешно проводить эсперименты на людях. Я это узнала на собственной шкуре: не при написании рассказа, но все же прочитайте: БЕЛАЯ ДАМА С ЛЕПЕЛЯ

    Лаборатория выглядит почти как маленький актовый зал. Только атрибутика отсутствует. На потолке, на стенах, по углам – везде табло, экраны, индикаторы. Лаборатория не имеет делового облика – у нее претензия пышной новогодней елки. Тут собираются любители создать виртуальную реальность: торчать перед громадным монитором, часами примерять будущее и прошлое, перемешивать одно с другим – все ради того, чтобы с полным правом заставить человека жить научной режиссурой. Они – наблюдатели рождения Личности, с возможностью вмешательства в мозг человека и репродукции, созданной в его голове реальности, в мир.
    Такое возможно пока на стадии эксперимента. Жизнь, как всегда, перенасыщена эмоциями, чувствами. Люди все еще готовы пройти через огонь, воду и медные трубы лишь бы сберечь свое «я», а вместе какие-то оттенки, ассоциации, стремления. Находят и теряют с упрямством и умирают в занудстве с намерением как быстрее исключить себя из реальной жизни за счет диких измышлений, фантазий, действий. Наука же не чуждается азарта экспериментов. Владимир, молодой ученый со своей теорией компоновки духовного и материального в жизни человека, хорошо понимает эту особенность науки. Выбранное им направление исследования – «медленная спешка» – позволяет риск. Так ему, во всяком случае, кажется самому.
    Учитель экспериментатора, Славомир Глебович, не встревает. Временами дает советы. Вот и сейчас сонным голосом он обращается к своему ученику с другого конца лаборатории:
    -Володя, отпусти свою пташку! Пускай летит искать себе небо…

    …Я иду берегом реки такой, как она мне казалась. Она нежится в солнечных лучах, спокойная даже в вирах. Удивительно! Коричневое дно, черно-зеленые водоросли – всё дышит спокойствием. По берегам бежит в небо цветущая черемуха. А я, бездумно напевая, иду купаться. Место выбираю затишное – такую беседку лозняка. Дно реки мутное. Я ребячусь, балуюсь, просто вбираю в себя утро. Делаю себе «сапожки»: вымазываю по голени ноги грязью. И, пока грязь высыхает, сижу на траве, еще росистой, любуюсь восходящим солнцем.
    От воды в реке лениво поднимается пар. Мне также лениво раздеваться. Где-то в подсознании храниться касание холода. Я не верю обманчивой теплоте воды. Был бы купальник, а так приходиться плавать голышом. Я плаваю. Выхожу на берег. И тут замечаю под кустами… купальник. Темно-синий, собранный в импозантные полоски-гофре, расцвеченный мелкими розами. На мгновение дух перехватывает от красоты чужой вещи, разложенной сушиться. Не соображая, ощупываю синтетическую ткань и вмиг прикладываю к своему телу. Висящий, мокрый купальник закрывает мне колени… и в душе сразу подавляется желание прихватить его с собой. Растет зло неизвестно на что, смешивается с обидой – нужно же, не подошел! Я бросаю купальник прямо в кусты, быстренько впрыгиваю в свое платье. Подумаешь, купание! Есть дела важней. Ровно через два часа я должна стоять на автобусной остановке. Иначе не попаду в Старый Лепель – деревню, где живет моя бабушка.
    Без настроения сунусь дорогой. И тут встречаю подружку Люську, высокую и худощавую, с вечно обветренным лицом, с длинными распущенными по плечам русыми волосами. Под глазами у Люськи синие круги. Она здоровается со мной и уже стремиться убежать. Но я вынуждена задать вопрос:
    -Люська, расскажи ты мне, что это вчера был у тебя за маскарад?
    -Какой маскарад? Что-то я не понимаю.
    -Вот и я не понимаю. Вчера вечером ты бежала по деревне в одежде белой как снег, в белом уборе. У тебя были распущенные белые волосы. Ты плакала громко. Я бросилась за тобой, не догнала, очень уж быстро ты бежала.
    -Это была не я!
    -Ты сказала еще: «Некому доверить тайны сердца моего».
    Люська засмеялась, сжала мои пальцы своими и вымолвила совсем серьезно:
    -Полный абсурд! Какие тайны, какой убор? Чем угодно клянусь! Мы с матерью два дня были в Борисове и только сегодня утром вернулись домой. Это правда.
    Я полностью верю Люське. Это не ее я видела вчера вечером.
    Автобус входит в деревню Старый Лепель. Я стою в проходе между сиденьями, сосредоточенная на своих мыслях. В самом деле, что жаждала мне сказать Дама в белом уборе, которую я перепутала с Люськой. Кто она? Привидение? Но я же могу доверять собственным глазам! Я бежала за ней и хорошо слышала слова…
    Пассажиры автобуса почему-то заволновались, загалдели, в воздухе повис непонятный страх.
    Я не прислушиваюсь к людским разговорам. Мне вдруг хочется нарисовать черемуху, бегущую в небо. Я представляю себе рисунок. И вместе с тем черемуховый запах, хотя я его не люблю. Он тревожит и ассоциируется у меня с запахом смерти…
    И тут, как сквозь сон, чей-то вскрик: «Пожар! В Старом Лепеле у кого-то дом горит». Я чувствую, как начинает неметь все внутри. А мне, зачем с воды да сразу в пламя. И как бы еще медные трубы обойти? Может, Белая Дама собиралась предупредить меня о будущих несчастьях и бедах?
    Старый Лепель предстает передо мной затянутый дымом. Схожу с автобуса и вижу сельчан, несущихся с ведрами в одном направлении. «Арчар горит! Арчар горит!» – передается из уст в уста. Бабушка также в этой толпе. Я с радостью стремлюсь навстречу аккуратной фигурке, любуясь, наблюдаю за ее сдержанностью, умением успокоить особенно возбужденных помощников, как она времени от времени запихивает под платок прядку непослушных каштановых волос и повторяет опять и опять:
    -Слышите сирены пожарных машин? Они вмиг домчат с Лепеля. Воды вокруг – тонны. Черпай – не исчерпаешь Лепельское озеро. Справимся!
    А на крыше Арчаровского дома начал выстреливать шифер. Люди льют воду на стены, на потрескавшиеся от жара стекла, прямо в раскрытую дверь, где гостем одним – огонь.
    Самого Арчара, пьяного, вытянула из огня его жена Элизабет. Опьянение как рукой сняло! Арчар сообразил, что происходит… Он, обливается водой с головы до ног и ныряет в раскрытую пасть дверей – спасти что-то из нажитого добра.
    Элизабет виснет у мужа на плече, цепляется за его руки и отчаянно кричит:
    -Не нужны вещи! – сбивается на всхлипывания, умоляет знакомых и незнакомых мужчин и женщин…
    -Люди добрые! Спасайте! Спасите его от смерти лютой!
    Арчар резко отбрасывает от себя жену и дико ревет:
    -Я хозяин! Я мозолями этот дом нажил! А жена… люди, пускай она вам признается во всех своих грехах!
    Элизабет возносит руки вверх и падает на колени. Она просит оправдания у Бога тому человеку, ради которого шла через огонь, набивала себе синяки, лила слезы. Спасти бы его! А он не понимает, что губит такую драгоценную свою жизнь? Ради добра, оставшегося в доме!
    Сельчане молчат, наблюдая за Арчаром. Нет смысла доказывать, что он уже не хозяин, а погорелец.
    Меня обдает ужасом, хотя я знаю, что Арчар не мог сам подпалить дом, потому, что пил немного. Но в этот страшный момент я не могу отвести взгляд от обгорелого хлама – какого-то горшка, разбитой в спешке, посуды…
    Бабушка замечает мою взволнованность. Вначале пробует меня успокоить, а потом тащит домой. Дорогой я интересуюсь:
    -Бабушка, а что, когда человеку дороже материальное, когда он забывает о духовности, ему Бог поможет познать небо?
    -Это зависит от человека, внученька. У каждого человека – свое небо.
    И я проваливаюсь в сон. Просыпаюсь от громких голосов. Между собой разговаривают дед Петр и дядя Егор. Я прикидываюсь спящей.
    -Когда посеешь – так нужно и жать, иначе людской смех и несчастье, – убеждает дядя.
    -Тише, Егор! Внучка спит. Устала за день. Особенно пожар пощекотал ей нервы.
    -Вечно эти подростки суются, куда им не нужно! Было бы чего нервничать, дом должен был сгореть. Заслужил Арчар.
    -Так и ты знаешь?
    -А кто не знает? Правда хоть как, но всплывет. Я слышал одно предание. Однажды черный петух снес яйцо, не больше голубиного. Ты помнишь, как у Арчара вдруг заболела левая рука? Месяц он руку подвязывал. А сам носил, наверное, то птичье яйцо под мышкой. Так вылупилась на свет божий маленькая ящерица. Арчар, может, таскал ее с собой, называл ласковыми именами и кормил с руки молоком. Видел?
    -Да, однажды видел петуха черного. Ящериц – много. Но, чтоб у Арчара дракончик с ящерицы вылупился?! Этому не поверю, – вымолвил тихо дед.
    -Так вот, за месяц у ящерицы вырастают кожистые крылья. Она превращается в летающего ящера. Жить с ним в дружбе, тогда разбогатеешь. А разозлишь ящера, то он сожжет тебе дом. И все твое добро сгинет, как у Арчара. Хотя бы он выбрался! Очень уж обгорел на пожаре.… Неужели человек в мир приходит жить ради глиняной крынки?
    В комнату входит бабушка.
    - Что, мужики, сказки баете? – спрашивает она. – Лучше бы на улице воздухом подышали. И ты, внученька, вставай. Не нужно спать, когда солнце заходит.
    Дедушка и дядя Егор хлопают дверью. Я быстренько вспрыгиваю с дивана, щелкаю кнопкой телевизора. Показывают очередной фильм ужасов. Какое-то время я не могу оторваться от экрана. Но вмешивается бабушка:
    -А ты знаешь, милая моя девочка, что мир на экране телевизора создан людьми. Это люди и в ужасах создали жизнь. Чтобы проходили раны незалеченные, не лился яд смертельный разных оговоров!
    -Правда, так, бабушка?
    -Воскрешают этих монстров ради того, чтобы, глубже познать мир новый и старый.
    -Я ничего не понимаю…
    -Хорошо, деточка, тебе еще не время понимать. Прогуляйся на озеро, отдохни от всего на природе.

    …Я послушно переставляю ноги по берегу озера. За мной на песке остается цепочка следов. Бесцельно гуляю по полю. Мое лицо обдувает ветерок, который все еще потыхает гарью. Сейчас я вспоминаю: старожилы рассказывали – в Лепельском озере когда-то умирал ящер. Сем дней дыбилось озеро, пенилось со злостью. Значит, монстры вымерли! Сказки – все мной услышанное о Арчаре. Разгулялось воображение, нервы разошлись.
    И вдруг снова…
    Вижу в темноте фигуру! Белая Дама движется по полю ко мне навстречу! За пару шагов от меня она устало присаживается на большой валун и молча, смотрит, как я приближаюсь.
    Я не слышу своего дыхания, иду.
    Теперь эта женщина одета во все черное, только на голове у нее, через лоб – белый обруч. Женщина кладет на колени свои руки, и теперь ее фигура будто сливается с землей – ночь любит такие шутки. Только мне не страшно.
    Я всматриваюсь в лицо незнакомки. На ее глазах так же, как и при нашей первой встрече, блестят слезы. Белая Дама молчит.
    -О чем вы плачете?- шепчу я, – Почему вы в черной одежде, если вас зовут Белая Дама?
    Ее губы сжаты. На лице – грусть. И не нужно никаких слов! Я соображаю: не сдержать слез при горе, при несправедливости. Так, иногда, горько сказать, обгоревший хлам может стать дороже жизни своей и близких людей, какая-то вещь, чужой ненужный купальник становится неожиданной радостью. Я ассоциирую свои недавние чувства с грустным выражением ее лица, понимая, что и у нее что-то случилось:
    -Скажи мне что-нибудь! – прошу я в отчаянном озарении своих мыслей и слышу, как у меня по щекам прорезают дороги слезы.
    -Промолчи мне хоть что-нибудь! – молю я душой глаза, полные страдания, невысказанных нареканий и боли.
    -В тридцать шесть, – молвит Белая Дама и начинает исчезать.
    -Что – в тридцать шесть?! – кричу я. – Что в тридцать шесть? Не хочу муки! Я…я…

    -Володя, прекрати эксперимент – требует Славомир Глебович. – Ты не видишь, ее душа разбивается! Разлетается холодными кристалликами!
    И пожилой ученый начинает сам быстро щелкать кнопками на центральном пульте управления лаборатории по внедрению нового существования людей через программирование на новую реальность.
    Володя в растерянности посматривает на преподавателя. Потом откладывает на край стола книги Борщевского, Короткевича, других авторов и начинает набирать какие-то цифры. Они высвечиваются на экране монитора всеми цветами радуги.
    -Володя, перестань! – в голосе преподавателя слышится неожиданная строгость.
    -Ну, Славомир Глебович, давайте дадим девушке хотя бы вернуться домой. Она запутается в событиях и не сможет жить среди монстров.
    -Ошибаешься, Володя! Девушка не сможет жить в призрачной реальности, созданной только на восприятиях, стремлениях, эмоциях. Она же не знает, что Белая Дама предсказала ей в тридцать шесть лет не горе и смерть, а перемены в жизни. Она же не знает Элизабет! Скажи мне, зачем тебе обрекать девчонку на страх? Конечно, мы ученые, как и режиссеры, имеем сегодня право на создание любой реальности в голове человека и трансформации ее в мир. Все же Белая Дама с Лепеля испортила нам эксперимент. Но и девушка твоя подопытная всеми силами стремилась сберечь свою индивидуальность.
    -Но мы к ним вернемся, Славомир Глебович?
    -Ошибки, Володя, нужно знать, как исправлять!
    -А душа?
    -Душа, Володя, дело десятое.

    Рисунок жизни мгновенно исчезает на громадном мониторе. Двое ученых некоторое время сидят молча. Хочется полной сосредоточенности на собственных мыслях. За стенами лаборатории хороводит холодная, как все слова на свете, зима.
    Володя в растерянности. Отводя глаза в сторону, чтобы не встретиться взглядом с преподавателем, он поднимает голову и тихо соглашается:
    -Да, эксперимент не удался! В этом варианте он больше не имеет продолжения.

    July 15, 2014 at 8:43 am | Reply
  3. Сташка Гринич

    Ваш город:
    Беларусь – так написано на Рамблер и мною скопировано сегодня – это автономный интернет,иначе не сказать, ли в России – это же российский портал – тоже город кажды, причем, Беларусь? Может быть и так.А мне что делать? Что делать, если на Твиттер сегодня выйти не смогла, только так. При выходе на Твиттер загрузка шла медленно очень – и оказалось по тесту – пропуски не которых твитов. Хотела ретвинуть Евромайдан – перескочило на твит о Медведеве и его политике. Я – писатель, вхожу в гражанскую организацию Союз белорусских писателе, как писатель и гражданка республики Беларусь не могу оставаться равнодушной к происходящему. К прослушке, которая у меня – инвалида, к сильному психологическому давлению, к прослушиванию телефона. Как только покурю – курю очень мало, очень слабые сигареты: так сразу идти по-маленькому и плевать без конца, так получается со словами: паскуда-Америка, мы выводим тебе из организма никотин, ты встретила диктатора. В магазине в Лепеле продается сдоба "Берлинский пирожок – я это видела вчера собственными глазами. Чтоя прочувствовала телом! Меня зовут "ведьма" – вот теперь объясняют: это издание вышло несколько лет назад, твой коммент никто не прочитает и мы все будем, потому что иначе быть не может! Но, если бы я не читала ту Дианетику, а то читала...и не вырвало. Даже было интересно , хотя ни во что не поверила. Подумала: может, в этом есть что-то от науки, но канонизировать науку в религию... Извините, если я не права. Но я знаю одно: любая религия не станет изощряться в издевательствах над инвалидом. Тем более, у меня – эпилепсия. Я знаю, что пишу и о чем. Меня давили еще тем, что не нужно пить таблетки, а то ...умрешь. Но я их пила, была при этом нормальной, даже при них можно рожать и вскармливать детей. Хотя я своих рожала и вскармливала без таблеток. У меня пропали ключи от квартиры. Пропадали из дома фотографии, вещи, документы – домовая книга. Потом она нашлась: в нее была вложена открытка со словами на ней написанными кем-то и основное там было, что я – бич, значит, интеллектуальная бездомная или как это, но мне об этом рассказали те, кто видел эту книгу и держал ее в руках – это была моя дочь, об этом говорилось и по прослушке – причем, словами, что мне были сказаны дома. Это еще раз доказывает видеонаблюдение. И все это – "подарки" за одно в книге Разноцветный город. Тогда я училась в Литакадемии на Рамблер. Мне приходилось при регистрации писать разное, но это – компьютер – известно этого быть не могло, если б не видеонаблюдение. Теперь идет серьезная ломка : для одного – повторить судьбу Сергея Бебенко, или девчоки Лены, которая повесилась в 16 лет из-за депресии, или судьбу любого самоубийцы. Рассказывается, как правильно резать вены – не поперек. А я-то никогда и не знала об этих"физиологических подробностях", кстати, в одной из рецензий на мою книгу просил добавить кто-то в сюжет "физиологических подробностей:. Они добавляются каждый день. Никогда не приходилось пить много таблеток, но бывший муж как-то сказал мне в сердцах : у тебя- климактерический психоз. Никто бы этого не знал, если б не видеонаблюдение! Даже, как я когда-то спала с ним в Молдавии в кодрах, когда мы ездили туда отдыхать, какая вода в городе Владимире – как же так! Это было еще в молодости! Какое мое стихотворение стало" камнем преткновения"?, чтобы так происходило? И вообще, я уже меняла слово аналайзер – чип у робота Макса на другое, но все остается по- прежнему с 2007 года. И все происходит в Беларуси. Я проклинала себя не раз за придуманные имена, такие, как Аристисар, и это слово... Зубы у меня свои, несколько коронок, прикус правильный, но выделяется слюна. До 2007 года ее вообще не было. Я немного пополнела. Это объясняется – я больна так, как больны лежачие эпилептики, они полные – вот какое страшное психологическое давление, связанное с одним словом... Предлагают ...дописать мои книги, рассказывая мне о Порше, ноя этой машины не видела в глаза, я не видела Мясниковича. И уже то, что моим профессором оказался Денис Чеканов, когда я узнала, что такая фамилия есть, ведь каждый раз при получении газеты "Советская Беларусь" повторялось мне: ты получила письмо – хорошие письма я получала... Поэтому и пишу

    July 17, 2014 at 7:01 am | Reply
  4. Сташка Гринич

    Моим профессором на факультете фантастики на Рамблер – я училась там два года – до 2007 – был Денис Чекалов. Он работает в жанре фэнтэзи, написал более ста книг. Возможно, его читали в США, но врядли кто ел лепельскуб сдобу, названную "Берлинский пирожок" – продается в коробке по три пирожка

    July 17, 2014 at 8:10 am | Reply
  5. Сташка Гринич

    Ошибки в тестах делают по всему США? Или такое явление только на территории Рамблер: твой город -Беларусь? Это каждый горд на карте земного шара теперь называется Беларусь? Ведь на главной странице новости со всего мира: даже о санкциях США пишут, да и о военных действиях и обо всем

    July 17, 2014 at 8:15 am | Reply
  6. Сташка Гринич

    Горд – переводится, как слово город. Добавим Беларусь, очень гордый всегда был диктатор у нас и не диктатор, как змей на сковородке крутился, чтобы оправдаться и уверен, что оправдается... Я вчера смотрела Космополитен – журнал для женщин и нашла ответ на вопрос Кто держит мир? Такой однажды я прочитала на Твиттер. Оказалось , так и есть: это вопрос и реклама хорошей водки. Название ее меня не интересовало. Я не пью. Но чистая фантастика: многих людей интересовало, кто это такой, а оказалось не кто, а что...

    July 17, 2014 at 8:21 am | Reply
  7. Сташка Гринич

    "Информационная война" – она существует на самом деле. В белорусских газетах замалчивается некоторая информация о Соединеных Штатах Америки, некоторая – искажается. Это давно известно. У меня на Рамблер не занесся в почте в адресную книгу электронный адрес Дмитрия Кашина, поднявшего в письме эту тему – похожий адрес уже был, адрес американского друга я не увидела в адресной книге,а компьютер ответил: такой адрес существует. Как существует и тайна переписки – в почту не должны заходить иные люди – незнакомые мне. Незнакомой на постсоветском пространстве до этого времени остается и сама страна – Соединенные Штаты Америки, как и информация – правильная ! – о деятелях политики, культуры. искусства, исторических деятелях и самом Бараке Обаме,о котором шли разные обращения в материалах белорусских газет. Как это так возможно? Журналисты писали Арак или Орак... Но за границей ни разу не писали в газетах Олександар Лукашенко или Илександр – вставив в это имя любую букву. Не получить ничего более достоверного, чем информация, существующая в интернете. Естественно, я – простой маленький человек, не могла остаться равнодушной к этому факту, но и другие -люди, читающие газеты – они не знали, что у Барака Обамы мать умерла от рака... Это огромное горе – потерять близкого человека! Люди в Беларуси читали газеты и воспринимали информацию по- другому... Свобода интернетного пространства, а это Всемирная паутина, дает возможность общения, что особенно важно. Вот маленькая новость. И об этом нельзя молчать.

    July 20, 2014 at 5:28 am | Reply
  8. Сташка Гринич

    Ошибочные упаковки окскарбамазепина... Наркотики... Я принимаю карбамазепин и очень давно, с 2007 года по прослушкам – да, я стояла на учете в КГБ, на меня там заведено толстое дело – его показывали моему бывшему мужу – я слышу одно: наркотики, Шелковый путь, только звучит постоянно и беспрестанно имя Оксана. У меян дочь Оксана Бородейко в Минске. Всамом начале "по черному списку" шло только одно: Оксана – Украина, Янки – дома нет. Яна Хоменок – она замужем, у нее дочь Александра. но чтобы...утверждалось , что оксана и янки... Хотелось бы узнать насколько карбамзепин интересен наркоманам, ведь было такое у...меня украли две ампулы реланиума – это был наркоман, которого впоследствии посадили. Это – лекарство я принмала раньше один раз в день. Теперь принимаю два-три раза по мере необходимости – прослушивание, слюнные железы и глазные работают – чего у эпилептиков быть не может ни в каком возрасте. Почему я так считаю? Я ходила к стоматологу: прикус правильный. У моего доктора дочь в эмиграции в США, я знаю ее голос – прослушивать пациента с эпилепсией, думаю, запрещено Законом. Они двали клятву. Каждый доктор. К тому же к трем таблеткам карбамазепина , по рекомендации врача мне приписали фуроданин – принимать три дня по три таблетки в день. Цистита у меня нет. Объяснялось это так: каждому больному эпилепсией необходимо чистить организм фуроданином. Понимаю, не очень интересно выслушивать жалобы больного человека, но считаю необходимым рассказать, что продажа наркотиков таких , как экстази, ЛСД, анаша велись в нашем районе. Даже безработные наркоманы – один из них показывал спичечную коробку с анашей – имели возможность приобретения наркотиков. Не могло ли быть взаимосвязано все, ведь у нас небольшой районный город в Белоруссии, небольшой Лепельский район в Витебской области. Никогда не спрашивал меня никто о том, могу ли я быть писателем при эпилепсии? Теперь спрашивают. Психлогическое давление строится по всякой книге, по всем стихам – с детского возраста – ведь первое стихотворение я написала во втором классе и послала его в газету "Зорька", где оно было напечатано. Объясняется: Блок, другие писатели – они все были... Я знаю, они – изветные писатели-классики, но когда ведется распостранение наркотиков и еще ведется со мной информационная война – в прямом смысле слова – с 2007 года из-за робота Макса в книге "Разноцветный город. Планета Альфа-Зэт" и его программирования, которое впоследствие было изменено. Даже при СССР было разрешено писать и печаться фантастам братьям Стругацким. Прошу еще рассказать: окскарбамазепин экспортируется в другие страны? Ведь , например, топомакс можно было купить под другим названием максотопир. Это был финский противоэпилептический препарат. Благодарю Вас за то, что Вы пишите мне. С уважением, бывший журналист-газетчик, тележурналист, член Союза белорусских писателей и Белорусского общества инвалидов Сташка Гринич.Председатель защиты прав инвалидов "Весна" А. Беляцкий(если я не ошибаюсь) до сих пор находится в заключении. Я же имею из-за робота Макса, что смешно, потому что из-за героя книги фантастики – войну информационную, так и статью 27 по Первому Разделу Конституции Республики Беларусь. Отсюда еще раз о прослушивании – прослушках, настроенных на биоритмы мозга – при ЭПИЛЕПСИИ! – также контроле интернета, прослушивании телефонов, еще "карательную медицину", психологическое давление, связанное со словом наркотики. Как таблетки от приступов при эпилепсии, 20 июня – как раз в США был день защиты и поддержки инвалидов, детей у мнеян был клонический приступ эпилепсии – мне недали таким образом поехать на выступление -встречу начинающих поэтов "Мая краина -Беларусь". Если бы о таком не было известно! НО известно! Жду ответа. С уважением(я работаю под литературным псевдонимом)

    Людмила Бородейко.stashka.grinich@rambler.ru

    July 22, 2014 at 10:08 am | Reply
  9. Сташка Гринич

    Опять продолжение. Что сказать, уж и не знаю:курю , не курю – все ровно. "Плюрализм" такой у нас в Белоруссии. Главный лидер знал, что основатель саентолгичекой церкви писал фантастику – а тут вдруг у меня слово из Дианетики -аналайзер, я-то ее не знаю, в Терминаторе тоже разные слова. И он кому-то нужен, потому что он – по Конституции защищен, а я полностью беззащитна. Вот как в Белоруссии у нас. Что я ему такая, что ли, что б так быть, а если не быть, то и не жить... Так получается.

    July 22, 2014 at 1:50 pm | Reply
  10. Сташка Гринич

    Для чего принимать карбамезипин
    Для чего принимают карбамазепин
    1. Эпилепсия: парциальные припадки с элементарной симптоматикой (фокальные припадки), со сложной симптоматикой (психоматорные припадки), большие припадки, в основном фокального генеза (большие припадки во время сна, диффузные большие припадки, смешанные формы эпилепсии, невралгия тройничного нерва, приступообразные боли неизвестной причины, возникающие с одной стороны корня языка, глотки и мягкого неба (генуинная глоссофарингеальная невралгия), боли при поражениях периферических нервов при сахарном диабете (боли при диабетической невропатии), эпилептические судороги при рассеянном склерозе, как, например, спазмы лицевых мышц при невралгии трайничного нерва, тонические судороги, приступообразные нарушения речи и движений (пароксизмальная дизартрия и атаксия), неприятные ощущения (пароксизмальные перестезии и приступы боли), предупреждение развития судорожных припадков при алкогольном абстинентном синдроме, психозы ( в основном при маниакально-депрессивных состояниях, ипохондрических депрессиях. Вторичная профилактика аффективных и шизоаффективных психозов.
    2. Карбамазепин – противоэпилептический препарат широкого спектра действия, обладает центральным миоререлаксиющем и седативным свойством. Улучшает психическое состояние и настроение больных. Препарат действует преимущественно на центральную нервную систему, оказывая противоэпилептическую активность при различных видах эпилепсии (генерализованных и фокальных форм).
    3. Карбамазепин является противоэпилептическим средством, вызывающим наименьшее число побочных эффектов. Однако в ряде случаев развиваются атаксия, головокружение. Расстройства аккомодации, сонливость, сухость во рту, диарея. Возможны аллергические реакции(сыпь, синдром Стивенса-Джонсона), выпадение волос, лейкопения. Редко, у пожилых лиц, могут наблюдаться расстройства сердечной проводимости, гематологические изменения, холестатический гепатит, отеки и увеличение веса, в отдельных случаях возможно учащение судорог. Все эти реакции являются показанием к отмене препарата. У пожилых, особенно в начале лечения, может возникнуть спутанность сознания, что обычно происходит спотанно через 1-2 недели или после уменьшения дозы.
    4. Фенобарбитал и гексамидин ослабляют противоэпилептическую активность карбамазепина.
    Фенобарбитал
    1. Фенобарбитал – производное барбитуровой кислоты. Оказывает выраженное противосудорожное действие, снижает возбудимость нейронов эпилептической локализации, выполняет роль индукатора ферментов, повышает активность моноаксигенной ферментной системы . Оказывает снотворный эффект. Угнетает активность двигательных зон коры и подкорки головного мозга. Повышает содержание в ЦНС эндогенного тормозного медиатора ГАМК, уменьшает возбуждающее действие на ЦНС аминокислот (глютамата, аспартата).
    2. Показания кприменению: все формы эпилепсии(за исключением абсансов), алкогольная абстиненция
    3. Перодозировка. Симптомы: при остром отравлении (прием 1г.) – нистагм, атаксия, головокружение, головная боль, заторможенность, смазанность речи, выраженная слабость, ослабление или утрата рефлексов, выраженная сонливость, понижение или повышение температуры тела, замедление и затруднение дыхания, одышка, возбуждение, снижение артериального давления, сужение зрачков (сменяющиеся паралитическим расширением), олигурия, тахи или брадикардиа, цианоз, геморрагии в местах давления, спутанность сознания, прекращение электрической активности мозга, отек легких, позже – пневмония, аритмии, развитие явлений сердечной недостаточности. При приеме 2-10 г. – летальный исход. При хроническом отравлении – раздражительность, ослабление способности к критической оценке, нарушения сна, спутанность сознания.
    4. Принимаю по 1таблетке в день. Одна таблетка содержит активное вещество – 100 мг.. Злокачественная экссудативная эритема синдром Стивена –Джонсона, одна из аллергических реакций. Противоэпилептические средства – плазменные концентрации Фенобарбитала повышаются при одновременном приеме с окскарбамазепином.
    Мне назначили сначала сукселеп. Я его пить не могла. Потом фенобарбитал, потому что у меня были абсансы. Первый раз я пришла к доктору с жалобой на абсансы, но я не знала тогда, как они называются. Потом мне назначили фенобарбитал. Я его принимаю с года, наверное, 90-ого. В Минске, когда на проходной завода МАЗ произошел приступ, мне пришлось идти к доктору. Он приписал мне финлепсин – я не смогла его принимать. Дезепам тоже. Его назначали совместно с фенобарбиталом. Абсансы у меня были всегда – с 12 лет, но первый приступ случился 12 апреля – в карточке все стояло 13 – тринадцатого я была в больнице – выходные, меня выписали в понедельник. Это было так давно. Сегодня я узнала…при абсансах фенобарбитал не назначают.Из инструкции. Вот почему, наверное, я пила фенобарбитал с валерианой – лет в сорок уже, наверное, у меня приступов не было – ни абсансов, ни судорожных. После лечения топамаксом, у меня стала норма по энцефалограмме . НО мне было мне так, что я вошла домой – и у меня появилась не спутанность сознания: не могу я в сознании называть себя по-разному, то сука, то блядь, то падла, то неу, то Лена, то еще кто корова, то крути булками, то я –гей, то еще все те, то я женю тебя на… хоть я женат, то ты-Таня, то слушай, у меня есть сын. То фамилии из газет. Но я газет практически не читаю. Телевизор не смотрю. Энцефалограммы у меня из дома украли, как и томограмму. Обследоваться в Москве у эпилептолога я не смогла… От карбамазепина во рту должно быть нормально – сухо. При такой дозе фенобарбитала передозировки нет, и нарушения рефлексов быть не должно, потому что выделяется слюна нормально при еде, когда куришь, текут слезы – на солнце, когда чищу лук – во всем этом усмотреть бы можно какие-то пунктики с передозировки, но там нет такого… ни в одном из препаратов. Узнала, что действие карбамазепина усиливается при добавлении к окскарбамазепину – американские таблетки. Это написано в инструкции. А действие фенобарбитала ослабляется с добавлением карбамазепина – это тоже есть в инструкции. Когда нарушается моторика, как написано в одном из пунктов – не бывает так, что печатаешь и сразу умеешь переключать регистр и менять язык с русского на английский, когда нужно нажать на две клавиши. Все сводится к тому, что я должна быть больной с детства, потому что я была гипотоник, давление девяносто на шестьдесят. Но и это при передозировке. У меня при последнем клоническом приступе упало давление, и меня повезли не домой, а в больницу, потому что у человека, учащегося уже в интернатуре – не было с собой тонометра – это было 20 июня – мы ехали на поэтический конкурс «Моя радзима – Беларусь». Так я не попала я на конкурс. В тексте слова соединяются, бывает, но это невозможно, я нажимаю пробел, чтобы его нажать тоже необходимо двинуть пальцем – большим – и точно попасть по большой клавише. Пропуск букв в словах, можно объяснить одним словом – абсанс? Меня не лечили никогда, оказывается, от абсансов. Доктор молодой Елена Снытко, которая уехала, сказала мне: «У вас затянувшийся абсанс». Это не было шуткой. Тогда она направила меня на кардиограмму – она была плохая. Есть ли она – неизвестно, в карточке с ФОК я ее не видела. Недавно я сделала кардиограмму – теперь она делается по-другому, данные выводятся на компьютер – мне сразу дали ответ: кардиограмма у вас хорошая. Насчет этого: в пунктиках передозировка: есть аритмия, кардио – чего-то, в школе, в 11 лет, еще до начала месячных, до всего – имею в виду, первый приступ – я лежала в больнице с аритмией. Карбамазепин является вторичным средством профилактики шизофрении, всяческих психозов, «голосов», галлюцинаций, я принимаю его с лет 25 или раньше даже – его приписал мне кандидат медицинских наук А. А. Пашков. Теперь мне приходится пить по две таблетки карбамазепина, хотя там написано в пунктах, что бывает при превышении необходимой дозы. Объясняется это моим возрастом – пятьдесят лет. Но мне этого много – хоть я и не могу спать, и вынуждена принимать вторую таблетку.… Потом, зная, что засыпаю, т. д. – смотреть пунктики…. Сказать, что у меня шизофрения нельзя – меня лечили сильнейшим психотропным средством – клозепам, даже пробывали сочетать фенобарбитал, карбамазепин и аминалон. От аминалона у меня кружилась голова. Но такое есть и в пунктике от …фенобарбитала. Рассеянным склерозом я никогда не страдала, но и это есть при передозировке и даже синдром Стива-Джонсона. Даже бывает угревая сыпь, которой у меня не было и теперь нет, но она бывает у каждого – у кого только нет этих угрей? И за что же так страдать? Смотреть пунктик, что такое синдром Стива-Джонсона и что бывает при отмене фенобарбитала – летальный исход. Есть там и кома – она у меня была. Могут совпадение сделать : в туалете в газете было написано :Еврокома: вот в тот день и случилась кома, но ведь не так, чтобы… Вынесли с дома на носилках. И все вопросы в сознании –прослушки настроены на биортмы мозга: «Не было приступа в машине ?– будет. Не было на улице? – будет. Не падала на утятницу швецкую головой?- упадешь, не летела вниз головой с балкона – полетишь. Но это вполне реально – в пунктиках есть, где передозировка: депрессия, мысли о самоубийстве – сразу скажите своему доктору. И как ему сказать? Хочешь, доктор, я расскажу тебе, что я не хотела упасть около холодильника на плитку, когда меня Андрей поддержал, но упала. А упала почему? Предупреждение получила. И еще одно:»Я – сатанист, о, очень хороший саентолог. Жить тебе осталось мало. Ты будешь мало жить, ты там видела проспект в деревне». А я ничего не видела! Я, как и все говорят: с годами мы становимся старше , на кладбище – все больше …знакомых фамилий. Добавила лишь свое сравнение в разговоре «идешь, как по проспекту». Ну, уж о б операции «заячья губа» рассказывал Сергей Занько в пьяном разговоре на даче, и была она… да, я читала о последствиях в газете. У кого операция была, знает Сергей Занько. Ничего нельзя видеть, когда и рассказы научно-фантастические пишешь. Один такой рассказ, да и другой – я вырезки газеты «Советская Беларусь», «7 дней», «Республика» собирала о разных природных, космических явлениях, о роботах – в рассказах много сведений из словарей, ведь многие слова приходилось делать для читателей более доступными, а значит, знать их значение. Я иногда вздыхаю чего-то, глотая слюну и кашляя…У меня в паспорте появилась…. флюроограмму – я сделала ее и оставила ее в кабинете психиатра. Но она у меня теперь есть.. .Чего-то я с 2007 года плююсь без конца, хожу в туалет часто. Еще одно можно по пунктику найти, но вот – плюнуть – этого не найти! В прошлом году в больнице пила я клозепам. Этот препарат сильнейшее психотропное действие имеет. Если взять все мои препараты и вспомнить одно письмо с серьезной организации, я его переводила, там речь шла о карбамазепине…. Я – не наркоманка. У меня – удостоверение инвалида второй группы бессрочное – стало несколько лет назад. Прослушки есть. С 2007 года я не могла сойти с ума, хоть на улице уже 2014 год,а прослушивание все длится и длится… Я знаю, диагнозы , написанные медицинскими терминами в журнале «Космополит» и в «Белорусской Демократической газете», придуманными быть не могут. Не знаю. Но, что однажды в мою квартиру газет нанесли за коричневое кресло… почти до половины высоты сидения этого кресла – среди них по одному номеру было много разных, то это так и было. Газет я не выписывала. Среди них были такие, которые на наш адрес не могли идти – у нас газеты выписывает только Яна – это республиканскую газету и Медицинский вестник. Среди снесенных для меня номеров были газеты Однако, разные другие, даже православная газета одна была – кажется, витебская.… Я пользуюсь интернетом. Мне пришлось многие пороли менять – у меня их выдрали с Еженедельника, где были мои стихи – оставили одно стихотворение: о радуге и о том, что я – дочь зэка. Все бы ничего, но по статье 27 по Первому разделу Конституции Республики Беларусь мне пришлось дать объяснительную милиции. Я потом нашла Конституцию и прочитала. Я не имею по ней права давать показания против соседей и знакомых, или как-то еще. … У меня есть где-то точные выписки Законов Конституции. Я заполняла объяснительную, да! – переписывала текст готовой объяснительной, где я могу…смотреть ТВ, читать газеты, работать на участке. Телевизор я не смотрю, газет читаю мало, книги читать не могу(не дают прослушками – по каждой фразе – объяснение: кто какой, откуда, чего-то все плохие), купаться уже ходить нужно осторожно и к этому готовиться заранее: пить по две таблетки карбамазепина, одну фенобарбитала, еще одну фенобарбитала… Но дело в том, что и рожают даже с этими таблетками. Я так не рожала. Я рожала детей без таблеток – они тогда мне не были нужны – я легко оставляла их прием, не курила, только, когда Оксану рожала. А Яну – несколько дней еще курила, пока узнала, что я точно беременна. Что-то я все оправдываюсь… Вчера смотрела ТВ, Первый Национальный: в Польше обнаружили скрытую базу ЦРУ – американскую – там издевались в Польше над людьми – программа «Итоги» . Теперь снова:прослушки: «Это – ЦРУ, я тебя добью . нашей Беларуси нет, а я….» А вот я знаю, кто всегда хотел пустить Беларусь с молотка – она-то и есть, Беларусь распродать невозможно. Еще знаю, что 58 процентов американцев…был проведен опрос, но каких «американцев» В каких интернетах? В 2008 году милиция переписывала компьютеры – перепись проводилась за деньги ООН. Какого ООН? Это без пунктиков. Но с постоянным перечислением диагнозов и матами… Никакого просветления, как объясняется – не могу же я завести словарь медицинский, чтобы каждый медицинский термин объяснять да еще словарь арго – чтобы знать матов несколько, а то , как так, что там Вконтакте – на сером фоне – Блять. Хорошо же у нас ни близкие, ни знакомые, а «портрет» ругается, даже фото выставил и еще туда одно занес. Все ровно портрет снят. Давно его в Беларусбанке нет, только в православной церкви из газеты на стене такой портрет видела. «Теперь распечатку Блять сделайте и рядом повесьте! А потом спросите: Есть ли шум в ушах? А чего в пунктиках шума в ушах не помечено? Чего с этим «шумом» происходит? Вконтакте есть два других портрета. У одного кто-то его читает. У другого «Читаю». Это так, но в «виртуальной реальности» можно портрет поставить, но свой – со своего компьютера». Допустим,чье-то фото есть. НО как столько лет, чтобы с 2007 года – с нормой по энцефалограмме! – слюной давится, выслушивать разное: «Кровотечения разные были, вот уже «попей флебосиа». Может, флебодиа или как-то еще при послеродовом геморрое , нужные таблетки назывались? Я их уже с года полтора не вспомнила бы даже и не пила, или два года тому назад – хоть ты записывай, когда к докторам ходишь, ведь, правда, хорошая «идея» для американцев такого «издевательства» во время войн и существоания Неоимперии -без всякого прикрытия: как говорят,и я – распятая в интернете… А доктора в США есть? Оказывается, есть. Я рассылки читаю. Только моторика нарушенная и все по пунктикам фенобарбитала – причем, зная клавиатуру, не может она так на клавиатуре нарушатся! Не прикрепить этот фенобарбитал и его пунктики к…клавиатуре! Да и нельзя этого делать! Даже опыт такой запрещен! А есть же права человека! О них же даже в программе Итоги разговор шел! А тут что?Я же – хороший журналист, тележурналист, писатель, поэт! И как к этому фамилия Коваленко? Не проходит она…ни по одному пунктику ни одного лекарства! Но лекарства у меня реактивные и даже такие термоядерные без кавычек, что только держись! Такие пунктики да этим бы портретам, что о людях не думают! Это же, как красиво сказано! Врач сразу взялся: « Спутанность сознания – есть пунктик! Как сидишь в своей спальне и пишешь?».Так и пишу, ведь портреты, действительно, думать не могут! Какой пунктик? Кому? А почему все так? Да еще так долго? Да еще другое наворачивают: «Да, я – Таня, да я умней тебя, я хоть шью, я хоть рубашку, хоть Трансформер…. А Таня –Беларусь и по всей Беларуси видеонаблюдение – Минск весь – так давно газеты писали – просматривается.А вся Беларусь, давно Таня и Олег Брянский в честь кого он назван…». Я же знаю, что Беларусь цвет поменяла – 22 сентября впервые Форум пройдет по экономике, да еще в каком известном городе США! Там доллоровый кредит дадут! А там чая попить с женой Клинтона кто-то хотел, так им пришлось бо-о- льшую сумму заплатить -вот это Америка! А Таня из «китайской семьи» – ей рай на этой Белоруссии – кредит был из Шань-Дуня. Теперь электростанцию китайцы строят у нас! Они – умные , а вот мало ли, что безработных много, так там даже лозунг по-китайски на белорусской земле вывешен – китайцы строят, собой гордятся. Но как на это народ смотрит! Нужно же так свою землю не уважать, чтобы … Вот в Китае на белорусской стройке белорусскую вывеску вряд ли кто повесит! На Ямале чего-то два белорусских города появилось – расширяется, видно, граница нашей страны…в других странах. А сколько у нас людей погибло, чтобы этого не было! А мы что, нелюди? Как это санитар Луканенко, у которого на пять луковиц я непризнанная дочь, отданная ему самим Лукашенко (а он – кодированный),значит, не человек тоже? А еще «нагулял» он меня с Галей Желунович – узнать бы во сколько лет это Галя меня ему родила? И откуда такая фамилия взялась? Я знала о резиденции в Дроздах – рассказывали. Смотрю по телевизору: Дрозды есть и в Столбцовском районе- тоже. А откуда фамилия Абельская– помню, я еще статью переводила для Агенства Официальных Новостей РБ «Почему Президент не представляет ЕС первую леди?».По аське был дан адрес этого Агентства, тогда работал там Афиногенов. Спрашивают все: разве от прослушек таблетками лечатся? А чем при эпилепсии лечатся, разве можно при ней прослушки? Есть у меня одно переводное письмо: в США существуют таблетки экскарбамазепин, а у нас – карбамазепин идет, как лекарство – у них же он – наркотик. Я тогда и задала вопрос, как и просили в письме по поводу карбамазепина. НО много лет тому назад хиппи были, а песня еще для меня по прослушкам звучала часто очень: только звучит беспрестанно и неустанно имя Оксана…Бедная я по пунктику… Вечный что ли этот , что 1953, 1957 еще впутался в сеть, хоть не был саентолог и крестил этих кого-то, может, и Таню, она за Оксаны на три года старше – так Коле с Таней Бог помог вместе с 2007 года жить – я знаю, как их по прослушкам сводили и что было. А мне «пунктик» в этом же году пришлось получить, ведь мы развелись немного раньше из-за того, что , гулял мой муж … Теперь в моем тексте – ой! – как-то запятая , хоть зеленым подчеркнуто не присоединяется… А зато по онлайн-прослушиванию звучит вовсю: «Хочешь умереть – кури. Ты диктатора встретила. Как это спрашиваешь? Курила две, выкуришь третью –Но я же не «косячек», я же только читала об этом, и писала о токсикоманах, писать и не зная можно… «А чего оправдываешься все время? Глянь по пунктикам? Глянешь?» Глянула и сколько там можно выкурить ? Всего три сигареты за день? А если не три&F если курят многие… А многие, разве ты? Ой, что в это?! В тексте выскочило: онколок поставил А и вспоминает пунктик – синдром Стивена _Джонсона, даже знак появился _ по-английски так. А ведь Сноудена, читала в газете, запретили. Дэвида Декамерона тоже, его фамилию еще Камерон писали еще, а может это как-то … Друзья, непонятно чем мой комп «болен» – язык в нем чего-то сам меняется… «А ты, Люда , лучше попей воду, поголодай, таблетки не пей. Они тебе не нужны. А то у тебяновый пунктик – ты по возрасту поправилась – порауже , больница ждет не дождется» Ой, какой больной «компьютер»! Что там с клавиатурой? А я же никогда дуррой небыла, но незнаю!.Ой, и написалось! Прости господи! А если это так, то как там пунктик7 Не знамо, даже семь выскакивает место? – вопросительного знака! «Ой – « У нас кроватьесть деревянная – в розах постельное белье. Но плата платная. У нас там ценависела на выходе. Так там…» Все! Заболела «клавиатура»!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! А я, как написала все непонятно, особенно: «Плата платная…. Здорово: плата да еще платная!» Прочитала и подумала: да уж поздно, хватит писать, надо принимать карбамазепин! Ваша, Сташка . Еще писал когда-то «Идиот» Федор Михайлович Достоевский.Но и его права защищались даже в то время, хоть он был даже на каторге. У меня такая «каторга» с 2007 года из-за одного слова в книге, которая была на Проза.ру, на Самиздат, в Литакадемии. Там близко нет никакой пародии, как кому-то показалось. А ведь на даче, правда, вырвали весь текст из книг Джонатона Cвифта– там их было две.От книг остались одни обложки. Еще пунктик – «плохой сон», но у меня он плохой из-за снов «обучающих», чего только в них не было! Ведь диагнозы определяют во сне на компьютере – об этом писалось в газете, и о том, что в медучреждениях – средних и высших – должны учить сомниологии – не знаю, что это за наука, но , знаю, права человека в Белоруссии нарушаются и это на международном уровне известно тоже, потому что тому же самому «нарушителю», который по Конституции ее гарант – невозможно так делать, как со мной происходит! Саентолог не может стаять во главе государства и прикрываться при нарушении прав человека, пунктиками из инструкций к таблеткам! Когда ему помогают доктора, перечисляя больных в отделении – кто бы с больных их фамилии и имена помнил после лечения! К тому же, что все время идет разговор о «предвестниках», что это такое не знаю. Но надоело слушать мне, писателю-инвалиду одно: «Я тебя добью, ты помнишь Сыса Анатолия, Захаренко, Карпенко – они были покруче тебя». Я не знала их. Но умирать из-за робота Макса и слова, которого нет – я его изменила – ана-лайзер, ана-лазер.Из-за рассказа «Пустая страница» о зомби – о них я читала тоже в газете. Хватит о газетах. А еще я знала было такое: продавался спирт «Роял» на заготовку в 80-ые – шла – люди им травились. Была и водка-паленка. И об этом я знаю. Сегодня в газете «Советская Беларусь» прочитала о том, что пишут о нарушениях А. Лукашенко международных избирательных стандартов и стандартов в области прав человека ,о реальности, способной трансформироваться в европейский капитализм. На Украине с 1991 года сменилось четыре президента. В России – два. Но Украина – в руинах. А в России – проблем немерено. И не проблемы роста, а проблемы тупика. Также написано: «Высокий статус рядового человека не продекларирован, а реален». И есть вопрос: Где логика?» А вообще есть ли логика в слове «не продекларирован»? Декларацию о правах человека одобрил и издавал кто?Если не продекларирован, то это и означает: нет у людей прав человека, ни у кого нет! Вот о чем смог сказать А. Лукашенко – несменяемы и «кровожадный». А еще логика в том, что я тоже человек. И никогда я не была такой, чтобы репрессии устраивались по всему! Я не знала, что они ведутся подобным способом в Белорусии. Когда , в какие времена так можно издеваться над человеком из-за сказок о Бабе Яге, из-за того, что был один рассказ в компьютере – я даже не помню заглавия – о цыплятах, которые были из инкубатора и ходили «строем» – как при коммунизме». Рассказ утрачен. Что писать о рассказах и о том, что фантастику я начала писать в девятом классе … И вновь: «Я – Председатель СНГ,не навлекай на себя неприятности, я могу с тобой сделать, все, что угодно – для меня это легко…» Но как нелегко терпеть это 1994, 1953, да еще август, да еще – я тоже Дева, да еще то, что я –Зоя Алексеева – любовница какого-то в сталинские времена известного лица и погибшая уже! Я все надеюсь, что в отношении прав человека и моих прав будут предприняты решительные шаги со стороны мировой общественности. Возможно, из-за болезни, мне не отвечали. Возможно, кого-то настораживали мои таблетки и то, что я писала «клинторский язык» – это все названо так по прослушке – пунктик есть в таблетках фенобарбитал… Как жить? Пью, да, таблетки. Но ведь стоило бы вспомнить, что болезнь эпилепсия известна из древних времен – не вчера о ней узнали, но, чтобы при жалобе на обсансы лечили..не от обсансов , звонила в редакцию Люда Коваленко – гинеколог, хотя я каждый год бывала на медосмотре – такого гинеколога у нас никогда не было в больнице.О чем говорит ситуация, когда, что прослушки существуют у врачей? И они «мобилизированы»! – опекать, предостерегать, упрашивать, запрещать купаться, пить кофе, ездить куда-то. При существовании «телефонного права» вряд ли легко медикам, когда у меня было так: «если вы не пойдете на группы, меня посадят в тюрьму» , – так сказала мне доктор-психиатр. Это было давно. Я пошла тогда на группу, но еще работала в редакции. Потом , в 2008 году уже, когда я звонила в кабинет доктора: Сташка Гринич звонит. Трубку не снимать» – такой ответ получала , не дозваниваясь. Я добиваюсь с 2007 года защиты своих прав, как инвалида – я обращалась по интернету во Всемирное ООН, в ООН Германии по почте – письмо могло не уйти, но я его просила отправить дальнобойщиков тоже в другой стране…не в Белоруссии, ведь ,знаю, что многим письма не доходили, были возвратки. Возвратить журнал , приходящей не мне, по моему домашнему адресу, возратить на почте отправителю отказались.Зато есть возможность прочитать :как принимать карбамазепин и узнать побольше многом – даже о пунктиках, по которым велось психологическое давление… Глотаю слюну- такого не должно быть. Уже болит горло от того, что это происходит, но не могу никому рассказать из врачей. Попробовала: сказали: совпадение… Попробовала исповедоваться: ответили – сожми зубы и будь за Лукашенко. А я читала газеты и написала по ним «Миф о Бараке Обаме». Теперь пишу правду о себе – так приходится! В результате у меня увеличена доза таблеток. Тем более должно было исчезнуть все, что волнует. Но у меня нет ни эйфории , не депрессии, я волнуюсь за своих детей, родственников, за то, чтобы не воровали у меня книги и дали дальше писать, хоть научно-фантастические рассказы, хоть дописать свою книгу. Я устала слушать о ..переселении души девочки Наташи, больной с детства – я ничего о переселениях душ не знаю.По моей карточке, кроме того, получал таблетки – по блату – отец этой девочки – ее давно нет в живых, а он – шизофреник.Вот сколько нарушений прав человека. Несмотря на то, что я с высшим образованием – на это есть утверждение – у нас и такие лежат: но я не могу так часто лежать, я регулярно принимаю свои таблетки, и знаю как принимать …карбамазепин. Я добиваюсь правды, и защиты человеческих прав! Я не могу, оказывается, писать никаких мифов и высказывать собственных мнений. Я не могу курить! Почему-то… Я встретила настоящего кровожадного диктатора… Но по Коституции Беларуси, ст 61 все средства защиты в Беларуси были исчерпаны – обращалась к политическим деятелям , к религиозным, в общественные организации, в ООН в Беларуси, в КГБ. К юристам по ул. Кижеватого – юристы ООН, в больницу- все в связи с тем, что я инвалид, писатель, человек и со мной так поступать нельзя, обращалась в Европейский суд по правам человека в Москву, во Всемирное ООН по компьютеру, писала протокол обращения (защита инвалидов. ст 47 -49) , писала туда письмо по почте. Передавала письма московским докторам – офис доктора Швеции, Дании. Германии через Дениса Драгунова – доцента, работающего в Москве. Дальнобойщики отправляли письма из другой страны – попало ли хоть одно письмо в ООН Германии в Нью –Йорке? – на этот вопрос ответа не знаю. Обращалась в Северо-атлантический альянс, в НАТО, в ФБР, в Пентагон – там были разные – русскоязычные и анлоязычные представители. Я им писала о себе, в газеты в Германии, в американские газеты, давала информации и ссылки на Твиттер Барака Обамы , на Официальный Твиттер Билла Гейтса. До этого писала в журнал «Космополитен», «Лиза», писала на Голос Америки, в Международную амнистию Интернационал – когда мне уже дали 27статью по конституции РБ Первый раздел, писала на радио Woms, в Латинскую Америку программистам – из-за контроля интернета, перед этим на Рамблер-помощь, письмо на Самиздат создателям сайта , ушло в Канаду, создателям и программистам Майкрософт – они поздравили на Гмаил с Днем Рождения в этом году, когда мне исполнилось пятьдесят лет, поздравляли с Германии, с Индии – когда было 49 лет. Я испробовала и средства по отмене «карательной медицины» – писала о своих проблемах после письма А. Лукашенко – оно известно врачам райбольницы – ВОЗ – задавала вопрос на Рамблер, Медкруг – задавала вопрос. Сайт Андрея Ростиславовича Ситникова – задавала вопрос Ситникову и Андрею Морозу с Украины – это давно было, точно имя и фамилию врача вспомнить не могу сейчас. Писала в американскую медицинскую газету. Также в Конгресс – мне пошли рассылки на Рамблер. Перед тем, я обращалась к политическим деятелям Белоруссии, например, к руководителю партии БХД, бывшему кандидату в президенты Виталию Римашевкому, также к депутату Национального собрания Белорусси А . Вертинскому – он ответил мне, что такого быть не может, это «мания преследования». Конечно же он знал о моей болезни. У него у самого Александра больна. Но как может повторяться: вспомните , Люда, мне очень понравилась твоя прическа? И кто может знать, что у Вертинского висит на стене вьетнамское панно, что у них маленькая квартира в девятиэтажном доме на Захарова, что на маленькой кухне мы пили чай с Адой и Анатолием Вертинскими, а Александра. Их дочь, в это время находилась в зале – Александра закончила журфак, была хорошей журналисткой и вот… Вертинский пошутил. В это поверить невозможно. Но при всем это так. В нашей семье все здоровы. Одна –я. Давно. С 12 лет лечусь от эпилепсии, страдаю от приступов. Кто знает, если бы не было прослушек, как бы хорошо… Насчет прослушек и прослушивания: КГБ известно – было письмо в Минск. Не отправить его не могли, тоже сааме КГБ просматривает письма и получаются…возвратки с почты. Потом и было НАТО, Буш – «Законы о прослушивании». Германия « Закон о равенстве» – там о равентсве людей независимо от их религиозных воззрений, политических , пола, образования. Потом обратиласьв Петагон. О защите от саентологии на сайт Защита от аентологии, в каждую инстанцию, во многии газеты, в церкви – в католической церкви сказали: мы вас выслушать не можем – в Беларуси нет тайны исповеди, но я начала с того, что я – инвалид, у меня – саентологи, я против них не могу бороться, но я хочу одного, чтобы лично у меня их не было, как не было прослушек, как не было прослушивания телефонов и списывания информации, как не было бы того, что эти прослушки настроены на биоритмы мозга – это-то при эпилепсии! Когда нужно приниать карбамазепин, а засыпать приходится, одурив себя им, потому что – прослушки…. Простите, что я рассказываю вам о самом страшном и сокровенном, что происходит в моей жизни на данном этапе, хоть мне пятьдесят первый год, 28 августа День рождения. Я думаю, ни в одной стране мира так не поступают с инвалидами, как в Белоруссии. Такого и быть бы не могло, но случилось. Я обращалась, действительно в разные организации, даже в политические партии в Белоруссии и в России – это "единая Россия", "Европейская Россия", "Справедливая Россия".

    July 29, 2014 at 4:57 pm | Reply
  11. Сташка Гринич

    Вот мой рассказ. Из-за него мне так достается, что дальше некуда. О зомби, я когда-то прочитала в газете, теперь и не знаю, что делать, так достают, что говорят, что из-за нег идет"психолоческая война", но это э же не так. Я же придумала этот рассказ. Потом ходила на исповедь, мне сказал православный священиик Адам Коляда: Сожмите зубы и будьте за Лукашенко" Но он же слышал, что он саентолог. Вот почему. Католический священник сказал мне, что у них нильзя ничего говорить, когда я рассказала ему о своих проблемах – о том, что я инвалид, а тут еще саентологи. Пасырь из полноевангелисткой церкви сказал, что сатанисты до смерти не уходят, так ими и остаются. Но я не сатанистка, не ведьма, я не такая уже и дура, потому что я – писатель и у меня -прослушки – объясняют: вот поэтому у вас и прослушки, что у нас много саентологов, а вы – против нас. А я не была против них. Мне о них не интересно было знать, одно слово в книге было изменено – книга фантастики Разноцветный город. В наш город два раза в месяц приезжает саентолог – он ведет тут прием прием , запись идет в музее, а людей принимают или в РДК или в Доме Ремесел. Учитывая, что город районный, небольшой, всего 17 тысяч жителей с небольшим – это означает, что саентология официально разрешена – людей принимают в таких зданиях, которые находятся на площадиСвободы – площадь одна у нас. Диагнозы ставят по компьютеру, таблетки у них дорогие. Я очень давно не живу со своим мужем, с 2007 года у него уже другая женщина, чуть старше моей старшей дочери от него – он выписывал журнал и был сам занесен в базу саентологической церкви в Санкт-Петербурге. Я просматривала книгу Дианетика – не помню из нее ничего, но у меня по ней работают слюнные и глазные железы, была киста, кровотечения – возможно, из-за прослушек тоже с 2007 года у меня постоянно все сводится к одному: уходи к нам, саентологам, иначе погибнешь. Но я не собираюсь уходить к саентологам, я другой веры – крещена с детства, ношу крест. Речь идет о том, чтобы я выбросила крест – мало того, что это так: не выбросишь заставлю – я выбросила Библии когда-то, теперь они у меня есть, есть и крест нательный. Я с ним хожу, но не одеваю его в жару. Тут же по-другому ставится вопрос: тогда я тебя канонизирую, но была в "Народной воле " статья о земном боге – ясно, кого так называли – белорусского лидера, меня не нужно канонизировать, я не настолько верующая, чтоб называть меня Сташка-монашка и приводить в пример Веру, которая не помнит своей дочери, венчаная, не живет с мужем, является инвалидом второй группы и хочет стать святой, но раньше занималась "белой магией", как рассказывали люди, а может и черной, но тепрь ходит регулярно в церковь, прочитала руководство "Как стать святой" – станет, если захочет. Я бы хотела одного – писать. Ведь я писатель. И жить без...слюней, без слез, потому что у меня зеленые глаза, как и у моих детей, а по ТВ, по белорусскому каналу как-то прошло, что все "зеленоглазые – ведьмы" – вот откуда: я тогда смотрела эту программу, значит, у меня и видеонаблюдение... А теперь мой рассказ: ПУСТАЯ СТРАНИЦА

    Завтра с закрытого аэродрома стартует космический корабль нашей корпорации. Бизнес на Луне приобретает колоссальный размах. Приготовления к старту идут полным ходом, ну а у меня задача более важная. Адам Валерьевич попросил не опаздывать на встречу, предупредив, что это – вопрос жизни и смерти.
    Шеф у меня шутить не любит, да и шуток не понимает. Чем иногда приводит меня в шоковое состояние. Вот теперь также получилось:
    –Что, Димыч, поиграем в восставших мертвецов? – услышал я, как только открыл дверь директорского кабинета.
    Я уселся в глубокое кресло и молчал, зная, что Адам Васильевич сам продолжит разговор.
    –В 1933 году Мариус Ван дер Любе в Берлине поджег рейхстаг, даже не попытавшись скрыться. После ареста он не смог сказать ничего членораздельного о том, что подвигло его на преступление. В 1934 году в Ленинграде также вел себя и Николаев – убийца Кирова. Не буду приводить множество иных примеров. Но во всех случаях люди были бессильны объяснить мотивы своего поведения. Чью волю они выполняли?
    –Хорошо. Вы говорите мне о психогенной методике, да? В последнее время в прессе и на телевидении часто сообщают о применении мафиозными структурами зомбирования. Это комбинаты по производству фальшивых денег и разного рода подделок. Немногие вырвавшиеся оттуда невольники не помнят ничего, даже своего имени.
    –Извините, Андрей Дмитриевич, смысл существования зомби лишь один – любой ценой исполнить волю хозяина.
    Я растерялся на мгновение, пытаясь сформулировать свой следующий вопрос более корректно.
    –Я понимаю, – сказал шеф, – настало время приоткрыть перед тобой завесу тайны. Мне нужна полная информация о моем бизнесе на Луне и о партнерских кампаниях, которые закрепились там более уверенно. Поэтому мне пришлось что ли "воспитать жесткого зомби".
    –Как?! – мои брови поползли вверх.
    –Существует ряд условий. Все контакты зомби прерываются, обязательно недосыпание, диета, определенные препараты, активно провоцируется недоверие ко всем... В-общем, вы сейчас увидитесь.
    Мне стало как-то страшновато…. Хотя, я атеист, колдунам не верю, гипнозу, мне кажется, не поддаюсь, но...
    Передо мной стоял мой друг детства Славик. Я слышал, что он несколько лет тому назад утонул в озере.
    –Славик! Ты живой! Сколько лет, сколько зим! – не сдержался я.
    Он посмотрел на меня даже не с удивлением – со звериной ненавистью и отвернулся, не промолвив ни слова в ответ.
    –Подойди к нему, – промолвил Адам Валерьевич своему зомби. И показал рукой в мою сторону. – Он для тебя – Ничто, его нет в комнате.
    –Адам Валерьевич! – взмолился я. – Не надо!
    –Надо!
    –Его сознание – пустая страница, на которую посредством внушения нужно записать программы поведения. Твоя задача продумать и создать великолепный гипнотекст с условием выполнения производственных установок.
    –Это уже серьезней! Но зомби – существо, совершенно лишенное воли и способности мыслить, эдакая полуорганизованная структура. Я буду за пять часов до полета ломать голову для микроба?!
    –Ничего себе, разошелся! Обиделся за Славика? А ведь не спаси я его – утонул бы, или спился...
    Словом, я сделал все, как требовалось.
    Корабль нашей корпорации стартовал на Луну в пять утра по московскому времени. Среди астронавтов, космических туристов, работников фирмы находился зомби. Я бы назвал его космическим шпионом. Для него нет страха и ничего невозможного. В состоянии боевого транса он одержим звериным духом, не почувствует ни усталости, ни даже смертельной раны в своем исступлении. Это не Славик, конечно. Но, если он умрет там, на Луне или тут, на Земле, не услышав боли, я поверю – мир меня простил...
    Возможно, это и была пустая страница, но ее залила кровь.

    August 1, 2014 at 12:55 pm | Reply
  12. Сташка Гринич

    Да, получила письмо в почту stashka.grinich@rambler.ru CNN-орган свободы. А еще вопрос о том, действительно ли все так, как есть. Да, так и есть. К этому хочется прибавить, Белоруссия продавала кровь и человеческие органы. Публикации об этом были в газетах. Человеческие органы покупали иностранцы и, наверное, богатые люди, поставленные в условия безвыходные по медицинским показаниям. Речь в статье шла о том, что все больше и больше органов идет на продажу, показатели "успешно растут". Сегодня посмотрела Евро Ньюс и сопоставила увиденное с балкона четвертого этажа в Лепеле – круг из яблок вылаживали несколько дней подряд – их собирали дети. Сегодня , 2 августа 2014 года, выложен круг из большого лука, который продается в магазинах. Речь шла о запрещение продажи польских яблок, наверное, что-то и слуком тоже... Ведь никто не догадается сушить лук во дворе пятиэтажных домов, между которыми только детская площадка, вешалки для выбивания ковров. Так, как я давно живу с прослушками, речь началась с Украины когда-то – я читала газеты в туалете – увидела там портрет Ющенко, сразу же речь шла о нефтяниках , а я слушала о глухонемой Венесуэле – там много нефти – Лепельский молокозавод когда-то поставлял продукцию на Венесуэлу, Лукашенко дружил с Уго Чавесом, и всегда повторялось Друг, отправляйся к Уго. Уго Чавесу в Белоруссии писали соболезнования, но то, что при прослушках , настроеных на биоритмы мозга и при работе слюнных желез с 2007 года – могло быть что угодно, еще хорошо бы да ничего хорошего! – по данным ЕС нелегитимный Президент управляет спокой но при чем Белоруссией, боится много и ничег не боится – при низких заплатах у него есть деньги для тисненния на камнезолотом Конституции, на золотые ручки у дврей, на усадьбы, в которые приезжают гости из-за зарубежья, но СВОЮБОДЫ нет в этой стране. И когда она будет – неизвестно! Почему у инвалида – у меня – прослушки? Кто ответит на этот вопрос?

    August 2, 2014 at 12:13 pm | Reply
  13. Сташка Гринич

    Посмотрите, какая СВОБОДА при работе автономного интернета! Обратите внимание на предыдущий комент! Какие ошибки могут быть при обращении в газету и даже в комментариях? Лукашенко в " Советской Белоруси" со всей своей простой когда-то предложил основателю сети Фейсбук на писать ее название сзади на белых трусах ! Очень умно это выглядело, когда стали читать эту газету... Но привыкли к афоризмам, абревиатурам, но привыкнуть к тому, что запрещается многое, оскорбляется человеческое достоинсво в прессе и не принимаются во внимание человеческие права, хоть они есть у каждого человека, это говорит о том, что в стране Белоруссия скрытая "демократия" или автократия, или же диктатура...

    August 2, 2014 at 12:21 pm | Reply
  14. Сташка Гринич

    In Belarus Borovka former executives voengorodok Zhilkomhoz-free phones and a pack of natural Brazilian coffee – this is not found in stores. On-site doctors can work in Chernobyl respubliknskom sanatorium for children with children ... cultural workers.

    August 2, 2014 at 5:11 pm | Reply
  15. Сташка Гринич

    Сегодня я увидела комментарий: Барак Обама потерял свой рейтиг на мировой арене, потому что не смог остановить исламские войны и войны в русском государстве. Закономерен вопрос: а как это? Барак Обама – президент США. он не является одновременно президентом многих исламских государств, а еще русского государства...

    November 6, 2014 at 8:25 am | Reply
  16. Сташка Гринич

    Белоруссы не отвечают мне, потому что я знаю, что Барак Обама и его семья – христиане, я читала его биографию и одну книгу – они сомневаются, что я с эпилепсией... Но у меня была здоровая мать, здоровый отец, все родственники здоровые – ни у одного из братьев такого нет, нет – у сестры, нет у моих детей. Я их рожала не принимала тогда таблеток вообще – эпилепсия у меня не врожденная. Но какая бы она не было – прослушки нельзя. Нельзя психологическое давление, нельзя контроль интернета. Белоруссы поздравили меня из Союза белорусских писателей с 50-летием, но они давно знают, что в Беларуси президент – сатанист, сектант – об этом писали все аппозиционные газеты. Это знали из БХД, знал Римашевский, знал Северинец – другое дело, кто-то вообще мог не получить моих писем... Сегодня я зашла на tut.by через а – почту мне открыть не удалось – личный кабинет, но почту никак...

    November 6, 2014 at 8:33 am | Reply
  17. Сташка Гринич

    Меня "давят" сведениями о жизни людей по 15 и более лет ,болеющих шизофренией, лечащихся ранее в Новинках, именами, фамилиями больных, которых я не могу помнить. Почему Барак Обама должнен уступать первенство Китаю или другой стране? Кто собирал факты, чтобы подсчитать все "за" и "против"? Если подсчитать, что пишут против Барака Обамы – получится перво-наперво – дискриминация – ни обоодном из президентов не пишут в нецензурных выражениях

    November 6, 2014 at 8:38 am | Reply
  18. Сташка Гринич

    Даже о белорусском президенте писали АГЛ, ЛУКА, ПДЕ Звезда, Пиявка, Соссун, Ассасин, но так, чтоб шли в тексте сплошные маты-перематы – это предел всего, ведь как никак "автономный интернет" – он и в России такой и в Германии... Даже удивительно было узнать, что Майкрософт – это не компания, как написано на мониторе, а корпорация...

    November 6, 2014 at 8:41 am | Reply
  19. Сташка Гринич

    РАЗНОЦВЕТНЫЙ ГОРОД

    Глава 1

    Звонок телефона в пять утра выдернул Елену Вышинскую из сладких объятий сна, как ведро ледяной воды.
    -Извини, что в такую рань, внучка. Собирайся побыстрее и приезжай.
    Голос бабушки Дарьи Сергеевны Вышинской был тревожным и не допускал возражений. Случилось что-то из ряда вон. В груди заворочался неприятный комок. Елена глубоко вздохнула, но комок не проходил.
    -Знаю, это звучит не очень, но я становлюсь моложе, – добавила бабушка и повесила трубку.
    Елене захотелось прилечь, закутаться в теплое одеяло. Тогда, возможно, все это окажется сном, который даже не запомнится.
    Телефон зазвонил снова.
    -И не думай, что это сон, – твердо сказала бабушка. Приезжай, хоть камни с неба...

    Несмотря на выходной день, в институте уфологии, где Елена работала в отделе контактов с другими цивилизациями, ее ожидало задание по очень важному проекту. За него нужно было приниматься немедленно. Времени на поездки существовало немного. Но…
    Елена потянулась, быстренько накинула уютный махровый халатик. И занялась утренними хлопотами по сокращенной программе.
    Гербера в зеленом вазоне на окне удивила ярким желтым цветком, который, видно, раскрылся с восходом солнца. А оно решилось, наконец, выглянуть из-за облаков. "Хороший день сегодня намечается!" – подумала Елена. Допила кофе и торжественно себе объявила: "Невероятное – рядом! Я смогу в него ввязаться, когда узнаю, что там с бабушкой!". Довольная собой, в три секунды Елена натянула джинсы, любимый свитер, надела куртку, улыбнулась сама себе в зеркало. И выскочила за дверь.
    Улица издевательски напомнила: для поездки выбран час пик, мол, ввязывайся в обыденность, дорогая астронавтка! Пока она – твои контакты...
    На пешеходном переходе Елену Вышинскую окликнул инвалид-колясочник.
    -Вы что-то хотели сказать? – спросила она. И замедлила шаг.
    Он повернул коляску в сторону стройной девушки среднего роста с длинной русой косой. При этом колыхнулись обрубки ног, упакованные в черные штаны – подрезанные и прошитые где нужно грубым швом. На заросшем щетиною и перечеркнутом морщинами лице инвалида нарисовалась расширенная улыбка.
    -Смотри, девушка! – крикнул инвалид. – Вон он! Повернул направо!
    -Кто – он? – Елена вздрогнула. Немного приостановилась.
    На пешеходном переходе особенно не поговоришь. Даже, если на проспекте. Да она и спешила: троллейбус подъезжал к остановке!
    -Первый раз за всю жизнь я встретил человека, который сказал мне все без прикрас и выкрутасов.
    -Что – все?
    -Правду!
    -Какую правду? – поинтересовалась Елена, отдаляясь.
    -Девушка! Он просто спросил, где в этом городе находится дурдом...

    Было ясное осеннее утро. Вчерашний дождь смог соблазнить траву призрачной теплотой – трава зазеленела. А тротуары стали скользкими от ночного морозца. Грязь разносилась по них подошвами сапог, кроссовок, ботинок, туфлей. Сама улица от пешеходного перехода до остановки блестела будто отполированная. И по ней подплывал синий троллейбус – недавно подкрашенный, расписанный желтыми буквами рекламы, теперь грязной и неброской. Заплатки свежей краски на троллейбусных боках смотрелись настоящими шрамами...
    Людей на остановке собралось много. Толпа внесла Елену в салон. По старой привычке она вжалась в угол на площадке перед средней дверью троллейбуса и вздохнула с облегчением: ух, не опоздаю!
    Пассажиры быстро рассредоточились в прямоугольной металлической коробке на колесах. Через мгновение двери троллейбуса захлопнулись. Водитель объявил:
    -Следующая остановка... Будущее...
    Девушка улыбнулась его неумелой промашке. Другие пассажиры никак не отреагировали. И дружно начали раскачиваться взад-вперед в ритме движения троллейбуса. Те, что сидели, а не стояли, ухватившись за поручни, чувствовали себя лучше. Во всяком случае, им никто не заслонял спиной окно! Елена рассердилась. И тогда подняла глаза на своих попутчиков.
    Ого! Оказывается, пассажир объединял в своей особе человека и его копию. Как человек, он и был живой человек. А как копия – становился ко всему безучастным. Копия повторяла изображение человека в мелькающих отражениях. Во тьме, за окном, в свете огней – проплывающих, разгорающихся и сливающихся в одну точку. Таких копий много и они теряют свою уникальность.
    Елена изумилась, осознавая простую истину: пассажиры отличались от обыкновенных людей! Чем? Да тем, что они ничего не жаждали, ничего не требовали, им неважно было, как они выглядят и во что одеты. Они просто ожидали, когда троллейбус остановится.
    И еще... Синий троллейбус каждому человеку давал возможность побыть самим собой. Без биографий, справок, разных бумаг и печатей. Одним словом, человек, хочешь познать себя – пользуйся общественным транспортом! Хочешь выдумать, что цирк собрался в это время на гастроли, тоже пользуйся троллейбусами!
    Философские размышления Елены перебил пожилой мужчина с рябым лицом. Он бесцветным голосом спросил:
    -Вы не выходите на следующей остановке?
    -Нет! – ответила Елена, переминаясь с ноги на ногу. Она же ехала к бабушке!
    -Тогда поменяемся местами.
    Мужчина стал двигаться вперед, расталкивая народ плечами. Его лицо не изменилось, и остекленевшие глаза продолжали смотреть в одну точку. Живая мумия выходила искать новых приключений!
    И еще! За окном троллейбуса очертился в небе… летучий парусник! Размером с приличную прогулочную яхту, скромненький такой в голубизне наполненного ветром паруса, он опирался на чешуйчатые крылья! Потом на мгновение завис в воздухе. Крылья раскрылись, коснулись мачты. И парусник исчез…
    Это представлялось невероятным. С удивлением посмотрела Елена на пассажиров троллейбуса. Может, кто видит? Обронит, какое замечание? Нет, никто головы не повернул, будто и не происходило под носом необычайное!
    "Ладно, – подумала Елена, – это известное уфологам явление. Я замечаю то, что другим не удается".
    Прямо перед Вышинской теперь сидела женщина, живая вампирша, с синими кругами под глазами. Желтая кожа "вампирши" выглядела плиссированной под килограммами пудры. Зато коленки обтягивала яркая, как светофор, юбка. Эта женщина внимательно рассматривала парня, который стоял рядом с ней. Потом разнеслось:
    -Ты можешь дать мне сколько-нибудь денег? Тебя спрашиваю! О, какое совершенство молчать!
    Парень насторожился. И когда прозвучало последнее слово, начал показывать на пальцах: "Ничего не понимаю".
    -Так ты глухонемой? – спросила женщина.
    Снова в ответ – знаки. Означали они одно: "Я – глухонемой. Не понимаю..."
    -О, лихо! – скривилась женщина. – Ну, дай тогда хоть сигарету.
    Женщина сложила два пальца правой руки и поднесла их к губам, будто затягивалась дымом.
    Парень порылся в кармане кожаной куртки и протянул женщине сигарету с белым фильтром.
    -Мог бы и пачку дать, чтоб тебя черт уволок!
    Глухонемой с величайшим спокойствием уставился в окно троллейбуса. И отключился от окружающего мира, чтобы замкнуться внутри собственных проблем.
    … А за окном мелькали одинаково серые дома: продолжалась поездка в Будущее.
    Елена подумала:
    "Этот пейзаж глухонемой видел сто тысяч раз, если не больше. Дни всегда начинаются восходами и заканчиваются заходами солнца. Разное несут, лишь бы как наполняются и порхают. То притормозят, то разгон наберут. Что и говорить, дни, а для каждого по протяженности одинаковые, хоть небо выбирай, хоть околоземными орбитами или галактиками занимайся ...".
    … Мужчина и женщина смотрели друг другу в глаза. Они изобрели такой способ разговаривать о любви в троллейбусе. И невозможно было не догадаться, о чем они. Их глаза сияли.
    Пожилая женщина в цветастом пончо не сдержалась, обратилась с надеждой на взаимопонимание к молодой соседке:
    -Вы видите? А? Какой же стыд, ой-ой! В годах, кажется, люди, а ничего не бояться. Перевернулся мир, драгоценная! В наше время все было прилично. Мы умели прятать свои чувства, о другом думали. Здесь же...
    Соседка горько улыбнулась. Произнесла с расстановкой:
    -Да! Обманщики они. Распустились. На людях любовь выдумали. Не представляют даже, что себя обманывают. Вот в наше время такое не позволял себе ни один человек. И к труду мы относились иначе. Знаете, у моей знакомой сын – ему сорок лет – и нигде не работает...
    -Вот-вот! Перевернулся мир. Можете не сомневаться! – заметила пожилая.
    - Я от своих суждений не отступлюсь. Вон... Что еще сотворится! Но... Послушайте, да это же моя остановка! – и, взвизгнув, женщина поспешила к выходу.
    В троллейбус набилось новых пассажиров. Люди тесно примкнули один к одному в проходе. Кому-то повезло бухнуться на свободное место. Вышинская держалась своего, заслоненного чьими-то плечами, окна. Рассматривала сонные людские лица. Пожилые попутчики казались измученными. Молодежь светилась своеобразным светом, в ее поведении чувствовалась усталость. А то и прямое недоверие жестокой реальности, желание не реагировать, не обращать внимания на разные разговоры. Мол, подумаешь, встречные! Город большой. Никто никого не знает...
    -Я говорю ему, типа, я тебя люблю, типа, – рассказывала на весь троллейбус своей подружке девочка-подросток. – А он, типа, корчит из себя... А я, типа, так рада! Пронесла бы его на плечах целый километр!
    -Будь, милый, наготове, так?!
    -Нет! Он сильно, типа, смутился. Понимаешь?
    -Нау?! Я такого оскорбления не простила бы...
    -А любовь? Типа, он кинет меня? И будет встречаться с другой девушкой... Типа, мне умереть, но в любви не признаваться? Так, ты считаешь правильно?
    Девчушка разволновалась. Она из тех, кто умеет постоять за свои интересы!
    Некоторые пассажиры троллейбуса заулыбались. Они проходили подобное. А большинство раскачивалось взад-вперед. Люди были заняты своими мыслями. Дед в голубых очках и странного цвета френче на первом сидении дремал. Его соседка читала детектив в замусоленной обложке. Рыжий парень с татуировкой на всю левую руку слушал плеер. Минуты медленно тянулись и растворялись как звезды в воде...
    Наконец в троллейбусе стало свободнее. Вот уже несколько остановок около Елены Вышинской стоял среднего роста седой человек в темных очках, в теплом синем свитере. Он с нескрываемым интересом наблюдал за каждым движением девушки. Разговор начал с признания:
    – И я имею привычку наблюдать за пассажирами общественного транспорта. Вникнуть, что называется, в самую суть!
    -Ваша внимательность заслуживает аплодисментов, – улыбнулась Елена и боковым зрением увидела в окне настоящее привидение... страшное... странное. Эта была девушка в белых одеждах. Она во время движения заглянула в окно троллейбуса. Печать беспросветного горя лежала на ее лице и муку источали красные глаза. Елена вздрогнула. И закричала бы от страха, если бы привидение не исчезло также внезапно, как появилось. Слова попутчика выплыли, как из тумана:
    - Согласен. Не терплю рутинного сознания. А вам бы посоветовал сигануть за пределы воображения или хотя бы провести аналогию "троллейбус – жизнь".
    -Зачем?
    -Позднее узнаете. Стоит запомнить: при необходимости лишние предостережения напоминают высокие каменные стены.
    Елена попыталась заглянуть мужчине в глаза. А он только хитро улыбнулся.
    -Это самое... Прошу... Извините, у меня темные очки... В нескольких словах отвечу на ваш вопрос. Позже. Вначале давайте несколько остановок полюбуемся детками. За старыми, больными, утомленными людьми наблюдать не станем.
    Елена кивнула. А сама подумала: "А чего? Что-то получится! В конце концов, нужно найти неоспоримый аргумент, чтобы доказать этому чудаку в очках: аналогии "троллейбус – жизнь" затасканы фантастами, как детьми плюшевые мишки. А, песню ему напомнить! Песне больше веры, потому что она ни о чем. Как же там? Бабушка напевает: "Вези меня, троллейбус...". И всё. И никаких других требований! Расскажу бабушке о сегодняшней поездке. С юмором и практичностью расскажу. Бабушка хоть посмеется над моими повествованиями о жизни – «от остановки до остановки». Это промелькнуло в голове.
    И Елена не произнесла ни слова.
    -Вам нравится наблюдать за детьми? – попутчик явно пытался вызвать ее на откровенность.
    -Не знаю.
    -И даже теплых чувств не возникает?
    -Не люблю подобных вопросов.
    Елена нахмурилась. И вспомнила гадкого соседского Игоря, который доставал ее бесцеремонностью и совсем не детской жестокостью. Сколько раз отбирала у него гвозди, предназначенные для розеток, а еще животных, обреченных на смерть...
    -Конечно, – опустила она глаза, – милые дети греют душу. С ними хочется забавляться.
    -На этот раз отбросим эмоции, – сказал попутчик. И пропустил к выходу невысокого кряжистого молодца. Пола его клетчатой куртки зацепилась, будто толпа и в самом деле не хотела с парнем прощаться.
    -Ну, простите! Раздевать себя я не заказывал! – со злостью заорал кряжистый, похожий на тарантула парень, вываливаясь на улицу.
    -А вам не кажется, что люди в троллейбусе не могут знать всех настроений соседей? И не им неинтересно, кто и куда едет, – неожиданно для седого человека в очках произнесла Елена.
    Что-то настораживало ее в голосе незнакомца, заставляло прекратить с ним разговор немедленно. Друзья считали Елену чуткой, внимательной. И потом сама Елена хорошо разбиралась в людях. Это значит, знала, кому верить, как бабушка говорит. Сама правду говорила, от других того же требовала. Поэтому посмотрела на случайного спутника и сказала:
    -Вы у меня что-то спросить хотели? Спрашивайте!
    -Хотя бы и так, – незнакомец как будто обрадовался, что роли поменялись, и можно задавать любые вопросы. – А вам не пора выходить?
    -С чего вы взяли? – удивленная Елена Вышинская посмотрела в окно на этот раз демонстративно.
    -Вы не думаете, что проехали свою остановку? Или сели не в тот троллейбус? И вас впереди ожидает опасность?
    Голос седого человека в черных очках зазвучал очень мягко, даже вкрадчиво...
    Елена Вышинская засмеялась:
    -Погадайте мне еще о моей судьбе!
    -Противиться очевидному – непростительная глупость. А уж не видеть того, что за окном.... Вы же многое пропустили! Что мешает вам видеть и знать? Уже ради того, чтобы найти ответ на этот вопрос, не нужно наблюдать за пассажирами в общественном транспорте. Так вы уверены в том, что можете мне рассказать куда едете?
    Елена закусила губу. Что это будет, если каждому встречному – да о делах?! Повернулась к окну и услышала:
    -Простите, прекрасная незнакомка, нам пора расстаться. Возможно, еще когда-нибудь встретимся. Не забудьте, вы пообещали мне в эту поездку заметить детей! Вон они – будущие покорители Вселенной! Правда, вы попробуете вникнуть в их мысли и заботы?
    Елена не ожидала извинений. Седой человек в черных очках быстро начал пробираться к выходу, соскочил со ступеньки троллейбуса, чтобы раствориться в огромном городе...
    Еще несколько остановок Елена специально всматривалась в детские лица. Два мальчика и одна девочка весело играли между собой на задних сиденьях. Хорошо бы детей больше. Но троллейбус – не детский сад.
    Все же и эта тройка малышей поразила Елену до глубины души. Дети несли жизнь, они были живыми в этом паноптикуме на колесах. Взрослые – погасшие свечи – вдруг утратили притягательность. Что-то перевернулось в Елене! Каждой клеткой она ощущала перемены. Может, потому так захотелось на свежий воздух. И она вышла на следующей остановке.
    Остановка оглушила непривычной тишиной. Синий, в заплатках свежей краски, троллейбус удалялся по давно знакомому маршруту. Неожиданно громко зазвонил мобильный телефон. Медленным движением Вышинская достала телефон из кармана куртки, поднесла к уху. Ледяной мужской голос отчеканил:
    -Алло! Деточка! Предполагаем, ты случайно открыла коммуникационный канал восприятия действительности? Что же, не бойся смотреть ей в лицо! В первую очередь, это касается восприятий. Они – основные коммуникационные каналы, которые связывают людей с другими галактиками. Не претендуй на большее, деточка! Такой совет...
    Голос сменили гудки. Елена продолжала слушать монотонные их повторы. Наконец, нажала кнопку телефона, оглянулась и невольно вскрикнула: она стояла на незнакомой остановке!
    Перед глазами простиралась незнакомая улица...

    Глава 2

    Начальника Агентства Планетарного Порядка пятьдесят пять лет тому назвали Теодором. Не любил он свое имя и заменил его с годами другим, просто – Начальник. А то глупо получалось: лысый Теодор – кто такое выдумал? В обиду героям-любовникам, что ли? Да, этого Теодор никогда не скажет папочке и мамочке. Они же не знали, что когда-нибудь он облысеет. Когда-то в молодости он окончил школу в Разноцветном городе, прошел тестирование на специальность сыщика. Он был мечтателем, и потому его профессиональная карьера началась в Ведомстве Туманных на штамповке иллюзий. Интересное занятие, особенно в масштабах Вселенной. И вот уже много лет следил он за порядком в мире Альфа-Зэт.
    Сегодня день Начальника начинался со встречи с роботом. Робот задерживался. И Начальник, пользуясь свободной минуткой, слушал музыку.
    Макс открыл дверь в его кабинет. И неожиданно для себя содрогнулся: разноцветная мебель напоминала портреты гадюк. Светоэффект разработал очень способный инженер-шоумен.
    Во взгляде Начальника промелькнула заинтересованность: вот он – Макс – высокий, стройный, год выпуска не определишь сразу. Одетый по моде. С шиком, со вкусом. Прическа аккуратная. У него серые глаза, ухоженная кожа, офицерская выправка. И во всем облике – мужественность и решительность.
    «Они притягивают женщин посильнее идеальной мужской красоты», – подумал Начальник. И продолжил внимательно следить за своим посетителем.
    Макс сел, сложил руки на коленях.
    -Очень трудно смириться? – ласково поинтересовался Начальник. Вышел из-за своего стола. И устроился в зеленом кресле прямо напротив робота, с чашечкой кофе в руках.
    -Что вы предлагаете?
    Голос у Макса был тихий, приятный.
    -Не по существу, мог бы предложить тебе кофе, но знаю, откажешься. Ты, Макс, вечно волнуешься за себя. С того времени, как ты прошел зомбирование, ты живешь. Хоть это понимаешь?
    Начальнику предстояла нелегкая задача войти с роботом в контакт и помочь ему настроиться на новую деятельность. Но для этого нужно было не только разговорить, но и разозлить робота.
    -Известно, Начальник. Только я представлял свое существование немножко иначе.
    -Ты никак его не представлял. И что будет дальше, не знаешь. Так? – Начальник взял на себя роль отца, который разговаривает с нашкодившим великовозрастным сыном.
    Макс опустил голову.
    Начальник продолжал:
    -Мне нет нужды объяснять тебе что-то. Объяснение твое – тут, – и Начальник постучал пальцем по собственной лысой голове.
    – Вот тут заложена специальным методом в капсулу программа.
    -Я знаю, – буркнул Макс.
    Спокойно, вдруг с оттенком металла в голосе, добавил:
    – Ана-лайзер, обновленный программами УН УЧР для спецзаданий.
    -Однако, правильно! – воскликнул повеселевший Начальник, с интересом всматриваясь в гостя.
    Макс выпрямился в кресле.
    -Мой программист, недавно погибший в авиакатастрофе, добавил новые спецкарты в эти программы для спецзаданий. Теперь я не робот.
    Его лицо отразило настоящее торжество.
    Надо думать, первые роботы, которые могли повторить всего шесть или семь мимических движений человека, покорежились бы от зависти. Начальник глотнул слюну. Роль отца больше не подходила. Требовалось очень осторожно изменить тактику.
    -Герович? Кажется, что-то припоминаю. Ты не мог бы мне помочь и объяснить более точно про те нововведения? – теперь голос Начальника звучал тихо, даже вкрадчиво.
    -Я – не конструктор.
    -Гениально. Просто молодец! В нескольких поколениях ты – гора роботоматериалов. Этот Герович доставил нам немало забот. Он взялся оживлять мертвых роботов одновременно архаической техникой зомбирования с планеты Фарньот. Это – простая штамповка. И создавал новых роботов современными технологиями.
    -Я могу раскрыть свои карты лишь при введении в мой капсулированный ум определенных кодовых слов.
    -Кто их знает? – моментально среагировал сыщик.
    -Герович, – равнодушно ответил Макс.
    Разговор перебил тембровый суперприм. Начальник быстро подошел к розовому в разноцветных разводах столу и включил прибор. Приятный женский голос сообщил:
    - Подвальные архивы пересмотрены. Вскрыт сейф на квартире Михаила Константиновича Геровича по адресу: планета Земля, город Орск. Там теперь живет его сын с семьей. Сын работает в сфере экологии. Робототехникой не занимается. После смерти Геровича его компьютерные системы подвергнуты утилизации. Информация о них уничтожена, обновить невозможно....
    Начальник нажал кнопку "Стоп". И широко улыбнулся:
    -Конфидициальность гарантируется. То, что тебе необходимо услышать, ты, друг, услышал. Думаю, теперь понимаешь, что впереди у нас Большой Эксперимент.
    -Понимаю очень хорошо. Не могу понять: что вы от меня требуете?
    -Неужели? Умница Человека Разумного! Универсальный робот, прошу не прикидываться! – Начальник подошел к Максу, обнял его за плечи. Потом снова уселся в кресло напротив, чтобы приняться за остывший кофе.
    Робот ничего не сказал. Он молчал! Значит, думал. И Начальник готов был хоть тонну кофе выпить, лишь бы...
    -Заблокированы основные программы, – робот заговорил неожиданно, немного наклонившись вперед, как будто собирался встать.
    Начальник вскочил с кресла. Встал перед роботом. Смахнул со своего светлого костюма невидимую пылинку.
    -Макс, господин Герович не тронул капсулу со спецкартами. Конечно, мы не в состоянии предсказать твои действия при введении кода. Но надеемся, никто и никогда не сможет его обновить.
    Начальник тянул слова:
    – Мысли уходят в небытие вместе с новыми плато. Остается космическая сущность, которая парит в воздухе. Твоя, Макс, сущность в том, что ты – первый с очеловеченных роботов!
    -А может, человек из роботопоколений?
    -Штучки живого Геровича! Его фишка! – разъяренно вскрикнул Начальник. И тут же затих, уселся в кресло, ведь и не заметил, как сам разозлился. И сил никаких не было успокоиться! На самом деле, что можно доказать тупой железке, мозги которой выверены схемой?! Поднялся с кресла начал мерить шагами кабинет. Так лучше думалось.
    На втором круге робот заинтересовался высказанными Начальником предложениями. Сказал, что некоторые задачи выполнялись раньше.
    – Именно так, друг! С каждым новым плато ты начинаешь новую жизнь, как робот, – уцепился за эту тоненькую ниточку надежды главный блюститель порядка. Он всеми силами стремился к тому, чтобы сделка состоялась.
    – Ты – из роботопоколений. Презумпция наивности! А сейчас запоминай: Высший Планетарный Совет поручил нам с тобой маленькое дело. Только мы не можем приступить к нему без подтверждения того, что твои программы УН УЧР ныне действуют.
    -Так... Я готов... Мне повезло, я помню их, – ответил Макс после минутного молчания.
    -У тебя завидная память! – радостно потер руки Начальник.
    - Я согласен сделать скидку на твой творческий темперамент. Хоть и придерживаюсь чисто логических постулатов, не любитель неожиданностей и всяческого экстрима.
    -Не понимаю.
    -Пускай себе. Скажу так, – Начальник решил похвалить робота авансом, – твоя деятельность имеет высокую оценку.
    -Я не работал по программам УН УЧР два столетия и пять столетий они не раскрывались в целом.
    Начальник поморщился. Но сказал добродушно:
    -Эта информация не может быть удалена из твоей памяти. Возвращение назад при помощи воображения для тебя невозможна. Макс, оно так! Автоматический поглотитель важных сообщений С-грамма всажен в твой мозг, как гвоздь в доску.
    -Мой мозг – доска?
    Робот осмотрелся по сторонам. Если бы он был человеком, он бы возненавидел этот кабинет за световой эффект, имитирующий на полу и на мебели гадючью раскраску.
    -Конечно, нет. Считай, я пошутил.
    Обстановка накалялась. Начальник простить себе не мог глупого сравнения. Только поздно!
    -Шуток вообще не воспринимаю, – ответил роботочеловек и направился к дверям.
    -Куда? – заорал Начальник. – Код!
    Не удалось бы ему вернуть обиженного Макса, если б не пригрозил самым простым способом перезагрузки. И потом разговор не клеился. Начальнику пришлось использовать всю свою эрудицию.
    Наконец робот вышел из состояния упорного молчания. Он сказал почему-то:
    -Я не собираюсь терять время на обсуждение моих способностей! Для этого существуют специалисты программного обеспечения. Если предлагаете мне работу – я согласен!
    Начальник даже подскочил от радости. Даже не верилось, что хоть так вербовка проведена. Макс сам запрограммировал себя на действия по программам, коды к которым, спрятаны в глубине столетий. Теперь нужно было дать роботу задание...
    -Ее зовут Елена. Вышинская Елена, ей двадцать пять лет, жительница города Орска или любого другого города планеты Земля. Внешность запоминающаяся. Рост средний, фигура стройная, правильные черты лица, большие зеленые глаза. Немногие девушки сейчас носят косу, а Елена вплетает в волосы еще нитки бисера. Особая примета – большая родинка на левом плече. Елена замечена на Траке Времени. С миром Альфа-Зэт ее совсем буднично связало собственное восприятие действительности: синий троллейбус оказался в Будущем. Елена обладает способностью свободного перемещения в пространстве. Требуется контроль. С прошлого тысячелетия на своей планете Елена попала в наше время. Твоя задача – заставить ее вернуться обратно или не возвращаться. При этом ее неординарные способности восприятия действительности должны быть тобой изучены. И еще…
    Начальник на мгновение задумался. Перед ним стояла сложная задача довести до ума, непригодной и, по сути, устаревшей, машины простейшую истину...

    Глава 3

    Троллейбус ушел. Елена осмотрелась вокруг и замерла в потрясении: что же случилось, куда она попала? Ехала к бабушке, в район, знакомый с детства и вот...
    Значит, перепутала номер троллейбуса? Вышла не на той остановке? Но разве это остановка? Ни вывески, ни лавочек, ни людей!
    Желтый козырек беседки обрисовывал прозрачное строение, которое прятало тротуар от улицы. А может, и не улицы... Стена со стороны тротуара напоминала огромный проектор. Елена повернулась влево. Там просматривался контур розоватого треугольника.
    "Возможно, снимаются кадры рекламы, – подумала Елена. – Нет, стопроцентно!".
    С правой стороны поднимался туман и расползался по земле, будто кто его разгонял. Или жгли осеннюю листву. Однако нигде ни человека...
    Постоять что ли, пока кто живой появиться да дорогу расспросить? Показалось, дым в глаза попал и они заслезились.
    Елена достала с сумки зеркало. И еще больше расстроилась: тушь потекла! Ресницы нарисовались до самых бровей, черные дорожки украсили щеки. Требовалось срочное превращение из грустного арлекина в обычную, теперь уже без дневного макияжа, сотрудницу отдела контактов с другими цивилизациями в институте уфологии.
    И вдруг... Кто-то осторожно дотронулся до локтя. Это был высокий, статный мужчина в сером костюме.
    Елена чуть зеркало из рук не выронила. Мужчина начал знакомство не с фразы, а с взгляда. Внимательный, нежный, притягивающий – такой взгляд нельзя было не заметить.
    -Неважная косметика, а? – вопрос прозвучал некорректно.
    -Косметика шикарная и убирается прекрасно, – грозно рявкнула Елена и отпихнула холодную руку. Знал бы он, как чувствует себя женщина с расплывшейся косметикой в присутствии мужской половины человечества!
    -Да-да, известно... Мое поздравление! – голос у него был приятный.
    -С чем это? Подскажите посредственности, которая заблудилась в знакомом районе!
    Елена не собиралась ни с кем тратить время, даже с симпатичным мужчиной, способным так очаровательно улыбаться. Прямо как ее первая любовь Димка на втором курсе института. Или дизайнер Сергей Островецкий. Или новая шоу-звезда Олег Шварц.
    Серые глаза мужчины, на удивление, приобрели серебристый оттенок.
    -Я готов вам помочь. Но вначале посоветую: – Не подрисовывайте ресницы. У нас это не принято.
    -Конечно! Мужчины не делают макияж. А где, скажите, – "у нас" – женщины отказались от парфюмерии и косметики? – Елена даже удивилась, что так где-то бывает.
    Незнакомец вежливо объяснил:
    -В параллельном мире Альфа-Зэт.
    -Ну, у вас и шуточки, уважаемый! Не знаете о чем поговорить с незнакомой женщиной? Угадала? – Елена с ожесточением махала кисточкой, нанося тушь.
    Он нахмурился.
    -Неважно, кто сказал, но самое сексуальное, что может сделать женщина – просто не накрасить губы.
    Секунд пять губы подкрашивались в полной тишине.
    Потом мужчина начал серьёзно, как перед боем:
    -Меня зовут Макс УН УЧР...
    -Редкая фамилия! – перебила Елена, складывая косметику. И замолчала, соображая: именно он сможет помочь выбраться из истории, в которую вляпалась!
    -Слушайте, – времени на обдумывание красивых фраз не было. – Чрезвычайно редкая у вас фамилия! Она свидетельствует об аристократизме?
    Елена быстренько запаковывала косметику и зеркало в сумочку и без паузы ответила :
    - Не интересуют меня аристократы! В каком районе я нахожусь?
    В ответ не прозвучало ни слова. Неожиданно Макса и Елену окружила людская толпа – они оказались в самом ее центре. Люди обходили их и исчезали в стенах тротуарного здания. Картина улицы при этом не менялась и никаким звуковым сопровождением не дополнялась.
    Елена невозмутимо наблюдала, как мужчины и женщины пропадают в прозрачных стенах. Реальное путалось с нереальным. Одно показалось необъяснимым: почему троллейбусы к остановке больше не подъезжают?
    Макс потянул Елену за руку и сказал:
    -Идемте! Нам больше нельзя находиться в этом месте.
    Елена спросила, не думая:
    -Вы станете моей каменной стеной?
    -Стеной быть не могу. Но помочь сумею. И не обижу. Мой автомобиль находиться недалеко. Поедем ко мне. Выпьем чашечку кофе. Когда пожелаете, я отвезу вас на остановку. В любой момент можете отказаться от помощи и покинуть меня...
    Если б кто поинтересовался, почему Елена не задала ни одного вопроса и согласилась на это предложение, она бы не объяснила. Разве что подкупили искренность, чистота, теплота его слов.... А еще глаза. Да, надо признаться честно: таких глаз она не видела ни у кого и просто шла за ним, не думая...
    В машине Макс неожиданно спросил, сколько ей лет.
    -Восемьсот шестьдесят пять, – ответила Елена. И застеснялась, заметив его осторожный взгляд...
    Трехкомнатная квартира Макса находилась на седьмом этаже стандартного блочника. И ничем не отличалась по планировке от бабушкиной квартиры. Только у бабушки выход на балкон на кухне, а у Макса – в зале. Темная и длинная прихожая, маленькая кухня, две крохотные спальни. И просторно вроде, но на самом деле тесно и неуютно. С мебели при такой планировке можно поставить только самое необходимое и там, где строители придумали. А строители о жильцах обычно меньше всего думают. Вот и получается: все квартиры на одно лицо – длинный коридор-прихожая и набор почти однотипной мебели во всех жилых помещениях. Елена сидела в зале на диване, пока Макс хозяйничал на кухне.
    -Не скучайте! – раздался его голос. – Можете без меня посмотреть квартиру.
    Елена, не сдержав любопытства, подошла к секционному шкафу, полностью заставленному книгами. Впечатляет! Неужели Макс прочитал все эти справочники, энциклопедии, научно-популярную и познавательную литературу, знает столько иностранных языков? Она окинула корешки книг взглядом. Дух захватило от разнообразия изданий, их художественного оформления. Особенно поразили брошюры, заполненные какими-то знаками и числами.
    "Скажи мне, что ты читаешь – и я скажу, кто ты!" – подумала Елена. И тут же сама себе сделала внушение: "Не судите да не судимы будете». А то взялась хвалить незнакомца!".
    Книги были покрыты толстенным слоем пыли. На книжных полках, на телевизоре, под мебелью – везде был не просто налет. В одной из комнат приткнулось фортепиано, его полированная поверхность высматривала асфальтным покрытием!
    Елена не утерпела и осторожно провела пальцем по крышке фортепиано. Получилась светлая полоска. Захотелось нарисовать танцующих человечков-уборщиков чуть ли не шифром, разгаданным Шерлоком Холмсом. За этим непристойным для уважающей себя леди занятием ее и застал Макс. Странно, что он ничего не сказал. И попросить извинения за беспорядок, ну, хотя бы из вежливости, не догадался. Елена подумала, что, может, смущается человек из-за своего одиночества или в командировке долго был. Мало ли, почему квартира не убрана? Решила не спрашивать, а сосредоточиться на кофе, который, кстати, был подан в чайной чашке. Только не очень-то удавалось. Сидела, потягивала кофе специально маленькими глотками и испытывала странное волнение.
    Макс переоделся. Теперь он был в нарядной черной рубашке с расстегнутым воротничком. На плечах Макса лежал серый шарф негрубой вязки с несколькими узлами на концах. Этот шарф придавал глазам особенно вожделенный оттенок. Их хотелось целовать. Макс нес полную туфту о законе "Сейчас на Сейчас".
    -Это до того элементарно! И занудно даже. И вот, чтобы не нагружать человечество лишней информацией, некоторые ученые прошлого уничтожили свои разработки. Оставили кое-что для потомков. Потому что засыпали от скуки при описаниях, путались при расчетах. Вообще, в человеке заложено стремление к необычному. Обыденностью, а закон "Сейчас на сейчас" как раз ее список, предназначено заниматься машинам. Уж эти создания человеческого разума никогда не станут пасовать перед цифрами, выведением формул и заключений! Понимаешь, Елена, закон "Сейчас на сейчас" начинает действовать при перемещении в пространстве согласно подробностей изменения законов времени. И действует это на всех накопительных уровнях. А люди глупо делают, что пренебрегают законом "Сейчас на Сейчас" в самые важные минуты своей жизни.
    -Как это? – спросила Елена.
    -А вот, сегодняшним днем не живут. Они о светлом будущем грезят, которого нет и, может, никогда не будет. А своего настоящего не видят, значит...
    Договорить Макс не успел. В соседней комнате громко зазвонил телефон.
    -Извини, одну минуточку...
    Макс вышел из кухни.
    Елена почувствовала себя свободнее. Правильно заметил Макс: есть много интересного в этом законе! Но не сейчас в нем дополнительно разбираться! Голова кружилась от впечатлений, как в пятнадцать лет. Ни о чем думать не хотелось! Ничего не воспринималось из уст Макса, как учебная информация. Но это чистая абстракция! А какого сорта? В школе Елена ненавидела физику, увлекалась литературой. И заявляла, что ей для приобретения жизненного опыта достаточно книг любимого автора. Пускай всё это оказалось неправдой. Пусть осознала это со временем, но все же...
    Удивительное грустит о каждом человеке. Это чувствуется всегда. А формулы... Да ну их! Как-нибудь в следующий раз. Не о формулах речь. Если честно, ей было очень интересно в квартире Макса. Почему? Глупый вопрос!
    Лену волновал Макс. Он не походил на знакомых ей мужчин. С ним очень было и на остановке увлекательно беседовать, он – симпатичный, хотя и философствует....
    Ой, оттенок последнего слова, кажется, поглотил черный кофе, и вдобавок еще ожег губы!
    Макс возвратился после телефонного разговора сосредоточенный, спокойный.
    Елена ощутила: он притягивал ее, как магнит! Поле притяжения составляло несколько шагов. Окажись в руках маркер, можно бы то поле заштриховать, обозначив прямо в воздухе, например, оранжевым цветом его плоскость. Чтобы спастись от непрошенных восприятий, нужно было выйти из комнаты. И Елена чуть не закричала, требовательно и отчаянно:
    -Мне тоже нужно позвонить! Я должна сегодня увидеться с бабушкой! Обещала приехать, ясно тебе?!
    Неожиданный переход на "ты" удивил ее больше, чем Макса.
    Елена замолчала от собственной смелости. И заметила взгляд исподлобья. Макс внимательно смотрел ей в глаза. Тихо, отделяя одно слово от другого, он сообщил:
    – На дворе – ночь. Полночь миновала два часа тому назад. Транспорт не ходит. Ты можешь звонить, кому желаешь. Только зачем будить старого человека? Отложи свои дела на завтрашний день.
    –А как же закон порядка и жизни "Сейчас на сейчас"? – с издевкой поинтересовалась Елена.
    –Какие у тебя красивые глаза! Не нужно за прической прятать такую красоту!
    Елена почувствовала тревогу и снова уселась на свое место за кухонным столом. Рассержено помешивала чайной ложечкой ароматный напиток и следила за гостеприимным хозяином, который выкладывал в вазочку розовый зефи

    November 6, 2014 at 8:50 am | Reply
  20. Сташка Гринич

    Наконец сказала первое, что пришло в голову:
    – Так размешивают сахар невоспитанные люди...
    -Делай все, что тебе нравится.
    -А мне нужно позвонить!
    Он не ввязался в спор, как Елена того добивалась. Поднялся из-за стола и вышел из кухни. Через мгновение в зале зазвучала джазовая композиция.
    А девушка брошенною гостьей торчала за столом!
    Нет, так дела не пойдут! Надоело сидеть одной на кухне. И она направилась в зал. Да так и застыла в дверном проеме....
    Комната напоминала маленький ботанический сад.
    На полу, на подоконниках, на полках секции размещались цветы! Около разостланного дивана возвышалось два лимонных деревца. Приключение приобретало экстравагантный оттенок...

    Глава 4

    В кабинете Начальника давно не было так шумно. Сегодня он разошелся! Обвинения и вопросы сыпались час подряд:
    – Приняли это за шуточки? А после расхлебываться за вашу глупость человечеству? Вы постигли, что такое ответственность?
    Начальник грохнул кулаком по расписному столу. Люди, находящиеся в кабинете, притихли.
    -Вы знаете, что такое тайна? Кто разрешил показать этой акселератке из двадцать первого столетия наш мир? Как вы могли позволить ей увидеть людей?
    -Она сама... – прошептал русый парень в костюме цвета хаки.
    -Сама?! – голос Начальника сорвался на верхней ноте. "А" превратилось в "ах". Он схватился рукой за сердце и прохрипел:
    -Вон! Выйдете все! Остаться тройке верных!
    Совещание продолжалось. В разноцветном кабинете, где цвета змеились по стенам и сплетались в сочетаниях самых необычных, где цветная мебель некоторых посетителей сбивала с мысли, остались Аронин, Сильчинский и Ягур – самые доверенные службисты Агентства Планетарного Порядка. Остальные подчиненные исчезли, как требовал служебный этикет.
    Первым всегда выступал немногословный Аронин. Он рассказал, что девушка уже доставлена в Музейный район. Там полностью возобновлен быт землян двадцать первого столетия. Имитирован городской пейзаж при помощи специального оконного стекла. Девушке никогда не догадаться, на какой продолжительный киносеанс она попала! Кроме того, установлена специальная шкала времени. Робот Макс УН УЧР может изменять ее, исходя из собственных задач...
    Лицо Начальника перекривилось:
    -Вы доверяете машине?! Зная, что инструкции к ней утеряны во мраке столетий?
    -Доверяю, как себе самому! – как отрезал Аронин.
    -Однако...
    Начальник начал нервничать и ходить по кабинету взад-вперед.
    -Долго ли Елена проживет в тюремном музее и не выйдет на улицу? Сможет ли робот выполнить задание без ошибок? Ведь тогда, когда я с ним разговаривал, Макс пытался доказать, что он роботочеловек. А это для робота уже считается серьезной ошибкой...
    -Робот мог бы сконструировать себе помощника, – Аронин попытался предложить ход, который Начальнику не понравился сразу.
    -Он – робот! Он не может и никогда не сможет сконструировать человека. Даже самый разумный робот, похожий внешне, очеловеченный! Он не может. Ясно тебе?
    Аронин, молча, опустился в кресло. Тут же Сильчинский, смуглый мужчина с густыми девчоночьими ресницами, взял инициативу на себя. Торопясь, немного заикаясь, начал уверять Начальника:
    -Ситуация поддается коррекции. Выигрышный момент: девушке неизвестно о том, какими возможностями она стала обладать в мире Альфа-Зэт. Она не умеет ими пользоваться. Есть надежда, что робот сделает все для того, чтобы, как говорят, навечно зарыть в землю этот неожиданный ее дар контактировать с другими цивилизациями. Ведь в инструкциях указывается: мало иметь талант, нужно приложить определенные усилия, чтобы он раскрылся.
    -Не раскрылся! – поправил Начальник, останавливаясь перед Сильчинским.
    -Это я и хотел сказать... Девушка... Э-э... Ее легко обдурить. Я думаю, обстоятельства складываются так. В лаборатории Далекого Вчера мне объяснили особенности женской психологии...
    Как по команде, головы четырех мужчин повернулись к дверям. Стройная секретарша сказочной тенью промелькнула перед мужскими глазами, чтобы положить на стол бумаги, и исчезнуть также неожиданно, как появилась.
    Сильчинский даже рот раскрыл от восхищения. Заметил строгий взгляд Начальника и виновато промурлыкал:
    -Простите, господин Начальник. Я знаю, что нельзя отвлекаться во время доклада. Учитывая некоторые аспекты нашего дела, я провел анализ феминистского движения. Готов доложить причины возникновения и развития феминизма, начиная с девятнадцатого столетия...
    Начальник любил точность, но ненавидел всякие доклады. Он уселся в кресло слушать и так морщился, что верный подчиненный начал заикаться по-настоящему. Слова буквально наскакивали одно на другое.
    Но Начальник не перебивал Сильчинского. Он и ценил его за многословье, которое полностью компенсировалось живой речью Ягура. А пока можно заглянуть в бумаги... Ого! На самом верху лежала инструкция к неотложному реагированию...
    -Благодарю за труд, господин Сильчинский, – сказал Начальник. – Я получил такие сведения, какие хотел. Вы и господин Аронин с этой минуты становитесь наблюдателями. Один выступит в роли соседа-милиционера, второй – в роли инспектора пожарной охраны. Подготовиться, одеться, учитывая исторические нюансы того времени! Можете идти, коллеги! Удачи!
    Начальник не улыбнулся. Жертвенный вздох и жалость в голосе отпугнули бы надежду на хороший исход дела. Но двое верных учились эмоциональному холоду на специальных курсах и не обращали внимания на настроения Начальника. Альфа-Зэт не однажды наведывали земляне, но никто из них не интересовался контактами с другими цивилизациями.
    -Ягур, что ты можешь сказать мне? – обратился Начальник к человеку, который казался совсем мелким на фоне кресла с высокой спинкой. Ладонь Начальника была больше его лица. Рост и комплекция придавали Ягуру вид вечно обиженного подростка, затаившего в душе злость.
    -Ягур! – нарочно тихо произнес Начальник, – держи себя в руках, не то взорвешься. В сравнении с тем, что ты уже натворил, остальное – пустота.
    -Если бы предки и наши друзья с параллельного мира приняли это за правило, я с вами мог бы согласиться, – схохмил Ягур.
    -И в чем проблема?
    Начальник по привычке потер лысину. Глаза собеседника вдруг вспыхнули зеленым огнем. Вслед прозвучал вопрос:
    -У вас в молодости были красивые волосы, так? Почему вы не воспользуетесь методом генной памяти, чтобы вернуть прежнюю красоту?
    -А почему ты отказался стать великаном? – Начальник смерил подчиненного хитрым взглядом.
    -Всему свое время, – Ягур закинул ногу на ногу.
    -Вот-вот. Разумно рассуждаешь. И для меня твой имидж приятней каких-то атрибутов далекой юности, – Начальник тут же отметил про себя, что у него всегда отлично вычищены туфли.
    Ягур довольно ухмыльнулся:
    -Она – стриптизерша
    -Кто – она?
    -Елена... Стриптизерша, которая потеряла работу в ночном клубе.
    -Говори!
    -Нет, я хочу спросить.
    -Спрашивай!
    -Почему вокруг этой соплячки, что не нашла в жизни достойного применения уму и рискнула зарабатывать деньги на жизнь демонстрацией тела, поднялось столько шума и гама? Ладно, была бы она Афродитой, передовиком производства, научным работником...
    -Ты изумительно развиваешь сценарий! Многие люди, впрямь, захотят знать ответы на эти вопросы. Будет множество мнений. Из пустоты родится подобие образа. С такими предположениями...
    Начальник задумался.
    -Это сценарий для робота, – сказал Ягур. – Неважно информацией, какого рода забивать ему мозги. Машиной все принимается. Но вот, какими возможностями наделил робота разработчик?
    -Я понимаю тебя. Робот капсулирован специальной программой, нацеленной на уничтожение в человеке Личности. Именно то, что нам подходит! Конечно, такой необходимости не возникало многие столетия. Мы не представляем, как это будет происходить. Но ведь недаром когда-то создали такую компьютерную систему... способную влюбить женщину в мужчину в буквальном смысле.
    -И перепрограммировали! Под видом декодировки!
    -Что ты, Ягур! А-а... Тебе не лень перебирать профессии прошлого и все-таки ты не перестаешь сомневаться? Стриптизершу легче уничтожить? Считаешь, Елена рассказала Максу о своей настоящей профессии уфолога и он ее боится?
    -Нет! Ничего не рассказала! – снисходительно усмехнулся Ягур.
    - Сомнений не возникает. Я позвонил нашему роботу. Программа его капсулированности запущена в действие на основе резкой антипатии к профессионалкам-стриптизершам. Стань девушка хоть воспитательницей детского сада, хоть всемогущей африканской принцессой, робот будет ее ревновать к каждой вмятине на одеяле и мужскому взгляду на улицах, он замурует ее навечно в музейной квартире. Машины не умеют верить, мечтать, любить... Да что я рассказываю? Не вы ли когда-то возглавляли Ведомство Туманных, способных создать любую иллюзию? Думаю, девочка влюбиться. Вы же предусмотрели финал истории?
    Начальник не ответил на вопрос. Он похвалил Ягура за находчивость и ядовитость, которая, мол, охранный щит. Между прочим, заметил:
    -Ты много знаешь.
    -Работа такая, – ответил самодовольный Ягур. – Все же имеются ли способы избежать в этом деле возможной неудачи?
    -У меня нет информации, – грустно признался Начальник. – Но мы не должны допустить ошибку. Приказ есть приказ! Ты молодец со своей придумкой. Программы робота надежней будут работать, исходя из такого сценария. Если бы я возглавлял Ведомство Туманных, я взял бы тебя своим первым заместителем. Хотя воспитание не то. А находчивость, честно признаюсь, на уровне! Я так же не уважаю стриптизерш любого исторического периода, но придумать воспользоваться собственной неприязнью для решения рабочей задачи... Ты – сплетник высшей марки!
    -Мне изменили! – весело констатировал Ягур. – Для полной эйфории не забудьте напомнить мне постулаты холода эмоций.
    -Возможно, я и включил тебя в тройку верных за то, что ты учил-учил те залихватские постулаты и ничего не выучил!
    Настроение Начальника выровнялось. Теперь можно браться за дело. Проверять коммуникационные каналы между теми мирами, которых, не осознавая, коснулась Елена!
    А повезло, однако, акселератке! Что ни скажи, не каждому землянину становится доступно за один раз увидеть представителей разных параллельных цивилизаций! Интересно, догадался ли Ягур составить Елене компанию? И Начальник осторожно задал наводящий вопрос:
    -Признайся, ты любишь песню о синем троллейбусе?
    -Я никаких песен не изучал.
    -И на троллейбусах не разъезжаешь?
    -Господин Начальник, не понимаю. Вас интересуют средства перемещения, от которых человечество отказалось много веков назад?
    Начальник отпустил Ягура, договорившись поддерживать постоянную связь. Механически схватился за бумаги. Перебирал белые листы и шептал себе под нос:
    -Ясно...
    Ясно было одно: дело запуталось с самого начала и превратилось теперь в абсолютно неясное.
    Начальник вышел из-за стола, вступил в светлую полосу солнечного света, и начал растаивать в воздухе.
    Через мгновение никто и не сказал бы, что в этой комнате находился человек. Ничего сверхъестественного.
    Энергия света давала возможность жителям мира Альфа-Зэт перемещаться на своей территории со скоростью мысли, куда ни пожелаешь.
    Путешествия по параллельным просторам, а тем более круизы в прошлое и будущее планеты Земля позволялись редким людям. Начальник находился в их числе. Но и ему разрешалось далеко не все. Пользуясь своим служебным положением, Начальник вначале окружил себя охранным полем, чего не делал уже полстолетия.
    Охранное поле обладало определенными качествами, незаменимыми в работе представителей Агентства Планетарного Порядка, значащейся в списках Высшего Совета, как 2-П. Кроме того, поле не препятствовало перемещению в пространстве, делало человека незаметным для Ведомства Туманных, имеющих задачу в любом измерении времени реальную картину превращать в иллюзию.
    Тайна требуется, когда есть надежда, что прошлое в параллельном мире поможет справиться с трудным заданием. Если надо...

    Глава 5

    "Кто не помнит прошлого, тому надлежит пережить его еще раз" – высказывание американского философа Джорджа Сантаяны всерьез волновало Дарью Сергеевну Вышинскую. Нет, в свои пятьдесят пять лет она не интересовалась философией. И своим подружкам-пенсионеркам доказывала: мало, что кто, когда сказал и насчет чего – смысл жизни ярко раскрывается в маленькой травинке. Немудрено! Травинка платит человеку благодарностью. Цветы цветут для людей безвозмездно, фрукты и овощи за уход благодарят щедростью, несравнимой с людской. Словом, собственная философия, подкрепленная жизненным опытом, нравилась Дарье Сергеевне и представлялась единственно правильной. А Сантаяна... Натурально, запутал. Фраза сама собой повторялась в мыслях и приобретала особенное значение, когда Дарья Сергеевна подходила к зеркалу.
    Вот и сегодня... Лицо Дарьи Вышинской расплылось в улыбке: отражение в зеркале как снимок пятидесятилетней давности! Там юная девушка улыбалась ясноглазому парню; здесь, в зеркале, юная Дарья Сергеевна смотрела сама на себя.
    Сегодняшняя Дарья.... Правильные черты лица, большие зеленые глаза, высокий лоб, длинная русая коса. Волшебный обман зрения! Разве больше месяца не узнают соседи.... Разгладились морщинки на лбу и под глазами.... Перестал мучить суставы артрит – это хорошо. Но многое завернулось не так! Даже на улицу выходить стыдно...
    Дарья Сергеевна провела рукой по волосам. Русое море без намеков на седину! Получалась коса, как в далекой молодости.... О, молодость! Неуместно возвращение в жизнь, где теперь ни знакомых, ни привычных представлений, ни устоявшегося быта, ни любимой работы! Ко всему не удавалось припомнить один случай. В уме пронеслись события последних лет. Но все не то, воспоминания путались, и это заставляло снова и снова ворошить прошлое. Она не знала, что ожидать дальше. Подсознание, что ли, создает странные барьеры? При этом не покидает предчувствие беды, неизвестно какой и откуда. Поэтому так важно и нужно вспомнить забытое. Но как ни старалась Дарья Сергеевна, удивительно, электрическим светом вспыхивали в памяти различные мелочи, а необходимое что-то пряталось в темноте. Это же надо такому случиться – взять да и начать молодеть – так неотступно, так стремительно! Более дикой ситуации не придумать!
    В одну из минут великого отчаяния позвонила она самому близкому на земле человеку – своей внучке Лене. Та пообещала приехать. И должна была появиться вот-вот...
    "Узнает ли меня Леночка?" – беспокоилась помолодевшая бабушка, глядя на себя в зеркало в прихожей. – Вот жизнь пошла! Бегаю от зеркала к зеркалу, как девчонка на выданье!"
    Улыбнулась своей шутке. И вдруг показалось, океанская волна колыхнула стену. На зеркале появились разводы, будто амальгама всплыла с обратной стороны. Через мгновение зеркало затянуло черным. На пол посыпались куски стекла правильной треугольной формы. В ужасе Дарья Сергеевна отпрянула в сторону.
    -Что творится, мой Бог! – выдохнула она и онемела: в зале, в кресле, сидел молодой человек, с которым она когда-то встречалась и даже фотографировалась на память!
    -Теодор, ты?! – вскрикнула пораженная Дарья Сергеевна.
    -Я! Не волнуйся, Даша, я – живой и здоровый. Начальник... Как же долго ты вспоминала мое имя! – светловолосый парень улыбался знакомой лукавой улыбкой. Он, как и раньше, появился в светлом костюме – темные цвета в одежде не признавал. И его серые глаза, в которых сверкала радость, были такими родными. Но больно возвращаться в прошлое.
    -Прости! Я обещала, что выброшу с памяти все с нами связанное.
    -Тебе это удалось. Но осталась фотография. Ты же смотрела на нее. На себя и на меня, – Теодору очень не хотелось, чтобы первая встреча через годы закончилась расставанием.
    Он видел, как смущается Даша. А она и вправду места себе не находила, извинятся начала, и запуталась так, что все слова на свете исчезли.
    -Возраст, – она, стесняясь, не знала, как еще объяснить затянувшееся молчание.
    Теодор скептически добавил:
    -Универсально! Между прочим, у тебя разбилось зеркало!
    -Ах, – взмахнула руками Дарья Сергеевна, – Я сейчас соберу осколки.
    -Не нужно, моя хорошая. Я уже навел порядок, – довольный Теодор решил таким образом напомнить своей любимой о том, что чудеса рядом, стоит только оглянуться.
    И в самом деле! На стене в прихожей красовалось зеркало. Будто никогда и не разбивалось. И верилось бы в то, безусловно, если бы один край зеркала не имел треугольный надлом.
    Значит, ничего не почудилось. А происходит именно сейчас! И Теодор... Молодая Дарья Сергеевна удивленно уставилась на свое отражение. Почему-то согревало сердце, что на этот момент она выглядит, как много лет назад.
    -А ты, оказывается, все такой же фокусник, а? И все также наводишь порядок в Разноцветном городе? – поинтересовалась Даша из соседней комнаты, куда заскочила на секунду, чтобы причесаться и поправить кружевной воротничок на аккуратной сиреневой блузке. Показалось, что внешний вид придал уверенности. Теперь Дарья Сергеевна чувствовала себя смелей.
    -Шутница! Достаточно любоваться собой. Я больше, чем полстолетия знаю, что ты самая красивая в мире.
    Дарья Сергеевна улыбнулась, услышав комплимент, и устроилась на диване напротив своего необычного гостя. Некоторое время, молча, смотрела на него, раздумывала как, с чего начать разговор. И не выдержала:
    -Мы не молодые!
    -Дашенька, кто тебе сказал?
    Теодор по привычке не мог долго сидеть на одном месте и уже ходил по комнате.
    - И вообще, с какой поры ты не веришь собственным глазам? Не поверила, что зеркало разбилось. Воображаешь, что я тебе снюсь. Даже придумала, что давно меня видеть не собираешься, мол, поэтому по-другому выглядишь. Не так оно, в самом деле. Неужели существует надобность убеждать тебя в существовании великого множества параллельных миров – иных галактик? Ты же когда-то сама смеялась: параллели не сходятся, а люди...
    -Что, люди? – Дарья Сергеевна почувствовала, как волнуется Теодор.
    -Конечно, у людей свои орбиты. Спорить не стану. Люди сходятся. Однако ты не пожелала выйти за меня замуж.
    -Были причины, – она смутилась.
    -Какие?
    -С тобой тем, я не буду никогда, – сказала и опустила глаза. – Ведь мы постарели.
    -Это не ответ на вопрос.
    Теодор погрустнел. Дарья Сергеевна в который раз тяжело вздохнула. Ведь не могла же она через столько лет сообщить бывшему кавалеру, что родила когда-то дочку Нику! Время распорядилось жестоко: дочка выросла, стала ликвидатором аварии на одной с атомных станций. Там проводились научные исследования, в которых ее любимая Ника участвовала. Вот и Леночка родилась в "зоне"... А Ника не выжила при родах, как потом объяснили – виновата ее экстремальная профессия. Причин доискиваться Дарья Сергеевна не стала. Вырастила внучку и приложила максимум усилий для того, чтобы Лена во взрослой жизни занялась изучением цивилизаций других планет. Бабушке не хотелось для внучки земных профессий. Она никогда не призналась бы, что и Теодор имеет к этому косвенное отношение. Кому, как не Даше, помнить альфа-зэтовский закон: мир – для человека, а не человек – для мира! Не теперь же рассказывать эту долгую историю о любви к другой планете....
    Теодор смотрел, и насмотреться не мог на свою любимую. Наконец сказал:
    -Дашенька, я не буду добиваться ответа на свой вопрос. Конечно, я тогда был не такой, – ясные глаза Теодора потемнели, – я и теперь с другого измерения... Ты вспоминаешь иногда наши путешествия по просторам Альфа-Зэт?
    -Я этого не хочу.
    -Ты снова не даешь прямого ответа! – он чувствовал, что она в своих мыслях где-то далеко от него. И разговор начинал разлаживаться.
    Дарья Сергеевна кивнула, скептически улыбнулась и тут же попросила у Теодора извинения за эту улыбку.
    -Что у нас с тобой теперь есть? Мир перевернулся...
    -Действительно так. Иначе бы я здесь не находился, – он весь засветился от неожиданной ее подсказки. Кажется, утерянное взаимопонимание медленно возвращалось. А она, волшебница, раз – и разложила все по полочкам.
    -Ну вот! А ты еще спрашиваешь, почему я не вышла за тебя замуж! Я – поклонница земного порядка, на небесный – не претендую.
    Теодор засмеялся:
    -Ты нисколько не поменялась. Однако видишь, вновь умудрилась оказаться в гуще событий...
    На кухне стукнула форточка. Холодный осенний ветер начинал свою свистопляску.
    -Я сейчас вернусь, – сказала Дарья Сергеевна. – Извини! Только форточку закрою, а то прохладно как-то.
    Не прошло и одной минутки, как хозяйка вернулась в зал к своему гостю. Только его уже не было. На кресле лежал зеркальный треугольник...
    Задумчиво рассматривала Дарья Сергеевна отбитый кусочек стекла. Он с одной стороны был покрыт амальгамой, а с другой – стекло утратило свою прозрачность, приобрело стальной цвет!
    "Представь тень большого дерева, где тебе будет хорошо..." – вспомнила Дарья. Так любил повторять Теодор, и...
    Она расстегнула верхнюю пуговицу на сиреневой блузке и взяла цепочку с кулоном, что раскрывался половинками сердца. Внутри кулона находился такой же окраски миниатюрный треугольник – подарок любимого в день их последней встречи. Уже двадцать лет и пять месяцев прошло с тех пор. Этот Теодор! Теперь геометрия не увязывалась с логикой. А тогда Дарья и вообще не придала никакого значения сувениру.
    "А может..." – мысль не оформилась. Промелькнула и исчезла. Зато Дарья Сергеевна вдруг поняла: нельзя, чтобы сегодня приехала к ней в гости внучка! Не нужно! Если сама толком не разобралась, что творится вокруг, то зачем втягивать в подобные истории самую дорогую на свете кровиночку?
    Но мобильник Лены не отзывался.
    -Набранного вами номера не существует, – раз за разом повторялось в трубке.
    Опечаленная Дарья Сергеевна подошла к креслу, взяла в руки свой новый "сувенир". От безысходности даже слезы навернулись на глаза. Что произойдет, если Лена приедет? И как решилась перед ней открыться? Видно, не пришло еще время рассказывать девочке всю правду.... А тут ко всему такая метаморфоза двадцатилетней давности случилась. В старости вспоминать о молодости приятно. И некому задавать вопросы о прелестях неожиданной молодости... Теодор мог бы что-нибудь вспомнить из былых путешествий. Вспомнил бы, как отдыхали на одной из планет другой Вселенной! А вот не посчитал нужным. Появился на секунду – и вмиг исчез. Даром, что ли ожидала всю жизнь встречи?
    Слезы закапали на зеркальное стекло. И не замечала Дарья Сергеевна, что, касаясь поверхности, превращаются они в синие искорки.
    Резкий звонок телефона перебил грустные размышления. Дрожащей рукой бабушка схватила трубку. Это была Лена.
    -Алло! Алло! – кричала Дарья Сергеевна в трубку. Непонятный шум не давал пробиться голосу. Наконец, как из-под земли, донеслось:
    -Бабушка, родная! Я не смогу приехать!
    -Не приезжай, Леночка! Не приезжай ко мне ни сегодня, ни завтра. Ты слышишь, не приезжай, пока я сама тебя не позову!
    -Я на Альфа-З…
    Шум заглушил сказанное.
    Разговор оборвался прерывистыми короткими гудками. Дарья Сергеевна все не могла отойти от телефона. Взволнованная, она набирала номер мобильного, с которого только что звонила Лена.
    Приятный женский голос повторял, официально, буднично:
    -Набранного вами номера не существует...
    Сама бесконечность слала отказ и заставляла согласиться! Мой Бог, Лена на планете Альфа-Зэт!

    November 6, 2014 at 8:59 am | Reply
  21. Сташка Гринич

    Глава 6

    -Я никогда никаких отговорок не приму. Что случилось? – пыталась добиться Елена. И... телефон отключился.
    – Вот связь! Макс, ты представляешь, бабушка попросила меня не приезжать! Но теперь ехать нужно обязательно. У бабушки что-то случилось. Тревожится...
    Елена рассказала Максу о своей жизни, и он знал, что ее вырастила бабушка. Маму Елены звали Вероника, а папу Павел, но их лица она помнила только по фотографиям. Елена носила фамилию Дарьи Сергеевны Вышинской, потому что родилась не в браке. Но это же неважно: в браке, не в браке, главное, что человек нашел себя в этом мире. Хотя в детстве ей хотелось на небо к папе и маме, чтобы, как другие дети, бежать к ним навстречу. Да....
    Бабушка заменила Елене родителей, сумела стать для нее лучшей подругой и учительницей.
    -Что ты выдумала? Не стоит так преувеличивать, – Макс сказал это тихо, медленно.
    И утро было чудесное, солнышко проникало в прихожую. Он в серебристом спортивном костюме, в комнатных тапках выглядел таким домашним и смотрел в глаза.
    -Не надо ехать, так правильно, – сказал, как отрезал. Будто решение принял, ответственность на себя взял.
    Елена вдруг поверила Максу. Зачем куда ехать, если здесь уютно, спокойно? Лучше слушать его голос, любоваться его ясными глазами, статной фигурой, не расставаться с ним ни на минуту. Почему-то честно забеспокоилась, когда он задержался в ванной комнате и попросил не смотреть, как накладывает на лицо крем.
    -Это специальный крем, – объяснил Макс свою просьбу Елене. И как-то, стесняясь, добавил:
    – Моя оболочка.... О, прости, кожа.... Требует постоянного ухода.
    Елена не выдержала, засмеялась:
    -А кто из нас говорил, что пользоваться косметикой нужно прекратить?
    -Да, это не то, – раздалось из ванной.
    -Аллергия? – не отставала Елена. – Раздражение?
    -Наподобие...
    Он перевел разговор на другую тему. Она и сама так умела. Особенно, когда чем-то не надо было делиться с подругами или коллегами по работе.
    Кстати, насчет работы... Заведующий отделом по наведению контактов с другими цивилизациями Евгений Доминикович Василевич под началом, которого она работала, утром прислал сообщение. Мобильный телефон как поздравил: "Проект разрабатывается успешно. Побольше отдыхай. Когда понадобишься – позову!".
    Елена поразилась. Сразу попыталась дозвониться до начальника. Но телефон разрядился. Подзарядного приспособления у Макса не оказалось. Ай! И отлично! Сама просилась в отпуск!
    Макс наблюдал за ней, молча. Однако было видно, как засветились его глаза, когда Елена похвалилась:
    -А у меня с сегодняшнего дня отпуск начался!
    -Поздравляю! Ты же можешь остаться у меня, правда?
    Она желала остаться у Макса всей душой! Будто перестала существовать Земля, будто не возникала эта планета никогда, а Елена не была с нею связана! Натурально, в девушке заговорило какое-то чувство. Она боялась его и при этом не могла не понимать, что подвластна великой его тайне. Максова холодность заставляла биться сердце еще чаще.
    -Ты о чем думаешь? – поинтересовался Макс, когда они устроились на кухне за столом, где любили разговаривать.
    -Такое чувство, будто я знала тебя всю жизнь, – произнесла Елена, и вся душа ее затрепетала. Да, он казался таким близким и родным, будто ближе его и не существовало на земле людей никогда-никогда.
    -Безусловно, мы встречались, – он улыбнулся.
    И ни капли сомнения! Странный Макс! Восторженный любовный лепет воспринимался им, как подзабытая, но возобновленная информация.
    -Когда? – переспросила Елена на всякий случай.
    -Мы знакомы с тобой. Твоя работа содействовала. Я знал тебя…раз… сбой…прав…знал.
    Вот это, номер! Макс оставался безмятежным. Ну, а она не могла согласиться с тем, что уфология содействовала их знакомству. Поэтому ни словца не сказала. Да и говорить про свою работу не имела права. Разработки отдела по наведению контактов с другими цивилизациями до поры находились под грифом "секретно". Вот, если бы Макс имел к ним отношение, тогда поговорили бы об инопланетянах. А без этого...
    -Интересно, а ты где работаешь? – спросила Елена.
    Она вдруг как вспомнила, что про Макса ничего конкретного не знает.
    -Сейчас я выполняю задание Агентства 3-П, – ответил Макс. Вытянул ноги, сидя на кресле. Раскрыл какую-то книгу, углубился в нее.
    -Неординарное название у твоего агентства. Ты слышишь?
    -Слышу. Согласен.
    Ему, явно, не хотелось отрываться от чтения. А девушка наслаждалась тембром голоса. О чем бы ни велся разговор. Мало того, молчание тешило также. Она околдовано смотрела на Макса и не могла отвести глаз.
    -Послушай, Макс, ты околдовал меня! Расколдуй обратно!
    -Леночка, некогда. Я должен спешить на работу...
    Милые шутки! Они закончились, как только за Максом захлопнулась дверь. Елена хотела выбежать в подъезд, чтобы проводить его, и – шок! – дверь оказалась замкнутой. Ключа нигде не было! Почему ее закрыли в квартире? Непонятно. Хотя бы предупредил... Любимый! – называется…
    Остаток дня Елена проспала. Спокойно восприняла то, что Макс не явился домой ночевать. Его не было назавтра. Она бродила по квартире туда-сюда. Ждала телефонных звонков. Без успеха.
    Еще одну ночь проспала в окружении лимонных деревцев, листва которых по форме напоминала слезы. Но не чувствовала себя чужой в незнакомой квартире, домой не хотелось. Временами думалось: хорошо, что Макс закрыл дверь на ключ. Значит, беспокоился и желал, чтобы она его дождалась. Может, от предприятия путешествий (так расшифровала Елена аббревиатуру 2-П) Макс поехал в далекий рейс?
    Через два дня она поверила в эту выдумку и решила: да, так оно и есть, Макс в далеком рейсе, скоро вернется, и нет никаких причин для волнения. Чтобы не сидеть без дела, Елена навела в квартире идеальный порядок. Даже загорелась навсегда остаться у Макса домашней хозяйкой. Готовить ему завтраки....
    Хотя, если, правда, для Елены сложно проснуться в шесть-семь часов утра. Но, в самом деле, готовила бы Максу макароны, стирала и гладила белье. Никогда не приходили в голову такие сумасбродные идеи, а вот надо же, чего взаперти не придумается!
    Не отказалась бы от научных занятий с ним, а от своих и не думала отказываться. Только воплощение в роль домашней хозяйки происходило независимо от нее. Елене это нравилось, потому что очень хотелось сделать Максу приятное. Для начала.... Ну, что ли, показать насколько уютной и красивой может выглядеть его запущенная квартира!
    Генеральная уборка началась с кухни и, понятно, заняла очень много времени. Но вот – в помещении, кажется, прибавилось света. Шкафчики освобождены от пустых пачек из-под чая, пакетиков из-под молока и сметаны, выброшены пакеты, в которых когда-то были макароны, крупа. "И зачем он это собирал? – подумала Елена. И тут же нашла Максу оправдание. – При нашем темпе жизни, когда мужчине уборкой некогда заниматься?" Вычистила газовую плиту, вымыла окно, постирала штору.
    В один из дней собралась Елена протереть большое овальное зеркало в прихожей. Пыль покрывала его поверхность толстым слоем. Взяла Елена салфетки и давай наводить чистоту. Зеркало пошло пятнами, затуманилось, начало светлеть и...
    Очертания городского пейзажа обрисовались среди разводов грязи!
    Салфетка машинально скользнула по зеркалу раз, два.... Упала на пол.
    Руки проникли через стекло, будто его не существовало никогда.
    Не задумываясь, Елена ступила вперед, почувствовала, что проходит сквозь стену, словно через дверной проем, и вышла, как на порог, на ровную дорожку! Странное ощущение. Добровольная пленница оказалась на земле!
    Зеленая ветка лимонного деревца плакала в окне седьмого этажа. Очертания зеркала фосфоресцировали на бетонной стене, напоминая, где вход в квартиру.
    Елена засмеялась от радости. Значит, можно не беспокоиться! Она вернется домой по знаку. Только насколько долгим будет световой эффект? Она переживала, что время прогулки ограничено. А впрочем? Нужно дышать свежим воздухом. Не от него ли закружилась голова?
    Вечерело. Солнце совсем по-осеннему светило за спиной, и вырвавшаяся на свободу затворница, то ступала в тень, то снова оказывалась на солнцепеке. Лето! Настоящее лето, если не чудесный денек недолгого бабьего. Надо же столько просидеть за закрытой дверью, чтобы ставить под сомнение, что нельзя выйти из квартиры!
    Елена круто повернула влево и ахнула:
    -Улица разноцветная!
    Глаза протерла – на всякий случай. Не зрение же подводит. Желтые, синие, оранжевые здания раскинулись вокруг, будто художник расплескал палитру, а архитекторы изощрялись в фантазиях, как могли.
    Дома очаровывали смелостью форм и откровенно пугали громадностью и высотой. Теперь понятно... Она – в каком-то новом районе города. Ха-ха-ха! Сразу не поверишь! Скорее, новый город! Но почему на улицах нет ни одного человека? Почему дорога свободная, без привычной реки автомобилей?
    Приостановилась. Присела на лавочку около розово-мраморного дома. Возвращаться в квартиру Макса той же дорогой не интересно. Его дома отсюда не видно. Она теперь убедилась: архитектура обделила дом Макса вычурностью, и это пристанище легко найти по серому цвету, потому что в округе не существует другого такого блочника! Елена посмотрела по сторонам. Ничего похожего!
    Над головой возвышались выкрутасы этажей-кубиков, отвесная стена казалась скалой: невысокой – метров двести! Удерживалась скала на карнизе салатного цвета, всего шагах в пяти! Ниже карниза в стену вмонтированы прозрачные камни. Когда на них падает солнечный свет, они переливаются и придают стене мраморный оттенок.
    Неизвестно кому пришло в голову такое архитектурное решение. И факт, пройдись однажды этой улицей – не заблудишься никогда. Каждый дом, как отдельный человек, имеет свое лицо и стильное убранство. Можно было не заблудиться. Но и в трех соснах можно, нет проблем...
    Елена почувствовала: нужно возвращаться назад. Хватит гулять. Одно – выходить на улицу в своем родном районе, другое – попасть в незнакомое место. Она уже бродила среди разноцветных домов. И с чего взяла, что должно быть страшно? Макс, наверное, счастливый. Это приятно – жить среди красок. Она считала бы себя счастливой! Только тишина мучила присутствием скрытой угрозы. Не переставала вводить в транс архитектура.
    Внезапно желтая стена дома мармеладною массой выгнулась в сторону Елены. Как будто раздувался детский шарик зигзагообразной формы – медленно, с шипением – и мог втянуть ее в себя.
    Елена изо всех сил бросилась бежать. Задыхаясь, добежала до серого здания. На стене чуть заметно отсвечивал зеленый прямоугольник. Подскочила вверх, паря в воздухе коснулась прямоугольника руками и... упала на пол Максовой квартиры, больно ударившись. Кто заявил, что Елена не должна бояться? Первый раз в жизни она оказалась в обстоятельствах, не поддающихся никакому анализу и ко всему...
    До этого времени была уверена, что на свете не существует никакой любви, не интересовалась мужчинами. Сколько же туфелек довелось стоптать прежде, чем встретился этот Макс! А живи, как все знакомые – смеялась бы со своих приключений. Точно знала бы, как себя вести в общении с мужчинами. Во всяком случае, не выходила бы на прогулку через зеркало! А то натворила! Сторожит чье-то жилье и при этом, стыдно подумать, ревнует и боится, и не понимает....
    Елена покосилась на зеркало. Оно целое! В прихожей разлита вода, валяется грязная салфетка. Нет, пыль стирать не надо. До стекла руками лучше не дотрагиваться! Пора скрыть следы путешествия! Не обращая внимания на боль от падения, Елена вымыла пол по всей квартире. Почему-то показалось, что Макс придет домой через минуту. Приложила руки к голове. Горячая! Ну, что же, еще не хватало заболеть.
    Жалеть себя и хныкать – последнее. Этого себе она не позволит!
    -Эй, дорогая моя, что ты там делаешь? – спросил Макс с порога. – Извини, я немного задержался. Сегодня был сложный день.
    -Ничего себе – немного! Ты отсутствовал почти неделю, – Елена вымученно улыбнулась.
    -Шутишь? – он спокойно направился мыть руки в ванную и смазать лицо специальным кремом.
    А она побежала в зал, забралась в полюбившееся широкое фиолетовое кресло. Свернулась в комок, подобрала под себя ноги, переплела руки. Не отпускала одна единственная мысль: это у нее время растянулось в ожидании Макса, или Макс так занят работой, что не замечает дней?
    -Милая, ужин на столе, – услышала приглашение Елена. Макс любил возиться у плиты, готовил с удовольствием, а блюда подавал красиво оформленными, как в ресторане
    С кухни донеслось звяканье тарелок. Елена посмотрела на часы. Стрелка стояла на двенадцати. Ровный дневной свет лился через окно в комнату. Солнце спряталось за тучи, но голову на отсечение – на улице полдень, только не полночь!
    -Макс, сколько времени? – крикнула она с отчаянием в голосе.
    -Полдесятого, – спокойно раздалось из кухни.
    -А на дворе, почему так светло?
    -Лето, моя хорошая.... Иди скорее, еда стынет!
    Макс терпеть не мог проволочек, и был пунктуален, как бабушка. Елена почувствовала, что запуталась до "не могу". Осень – это факт. Возможно, Макс имеет в виду "бабье лето"?
    -На твоих часах – двенадцать. Плохо! – она не видела смысла прикидываться.
    -Ввод часов не установлен. И хватит об этом! Давай кушай!
    -А ты? – Елена посмотрела ему в глаза.
    -Я сейчас, – сказал он, украшая бутерброды зеленым укропом и ломтиками лимона.
    Красиво работал он на кухне, просто сердце таяло от удовольствия за ним наблюдать. Мужчина на кухне – это всегда немножечко сказка. Но вот почему Макс никогда ничего не ел и даже не перекусывал? На все уговоры отвечал, что кушает, мол, на работе. Но должен же быть общий ужин при свечах. Ну, да ладно....
    "Интересно, какой ввод часов?" – подумала Елена, уплетая картошку с салатом. И опять заметила: Макс налил себе кофе и не дотронулся до чашки.
    -Послушай, – сказала она, опираясь руками о стол. – А мне же нужно домой...
    -Бабушка волнуется? – прищурился Макс.
    -Нет, не бабушка. Шеф, – выпалила Елена и сама поразилась сказанному.
    Она так никогда не называла Евгения Доминиковича. Но почему-то перед Максом назвала так своего непосредственного начальника. Лучше бы она ничего не говорила! Лицо радушного хозяина вмиг покраснело, на виске взбухла синяя жилка. Его светлые глаза стали больше и побелели. Макс поднялся со стула и выбежал в другую комнату.
    -Вот! – сказал он и протянул мобильный телефон.
    Новое сообщение и поразило, и обрадовало: "Елена, отдыхай с размахом. На работу разрешается не ходить".
    Елена подумала: "Неужели Евгений Доминикович для своих сообщений пользуется новым, неизвестным способом передачи? Переговоры с инопланетянами на любых волнах – обыденное дело, это понятно. Межгалактические вмешательства в работу земной связи не то, чтобы нельзя представить...".
    Молчание могло бы не длиться, но.... Макс заметил руку Елены со свежим кровоподтеком, который появился после пикирования с зеркала.
    -Что случилось? Ты где так? – он вцепился в руку, причиняя Елене ощутимую боль. – К тебе кто-нибудь приходил? С кем ты была в мое отсутствие? Отвечай немедленно!
    –У меня никого не было! – возмутилась Елена.
    Никто и никогда с ней так по-свински не обращался.
    -Ты ходила гулять? Сегодня, вчера?
    Елена не знала что сказать. Правду? Макс никогда в нее не поверит, потому что они жили в разных измерениях времени. Как специалист-уфолог, она смогла бы объяснить подобный феномен. Однако поймет ли Макс? Имело право на существование и еще одно объяснение: не от одиночества, растерянности и безнадежности Елена увидела во сне или выдумала Разноцветный город, оказавшийся наяву не пустым. Показать перед Максом свои знания? Нет, она не могла опечалить его! Он не виновен в том, что она понимает его. Сама решила остаться!
    -Почему ты молчишь, Елена?
    Ее серьезность еще сильнее взбесила Макса. Он, однако, смеялся и приводил совсем дикие версии женской измены. Он говорил красивые слова, стоя перед ней на коленях. Он договорился до того, что Елена скучала в квартире во время его отсутствия.
    Получается, он ревновал день и ночь, и брезговал прикоснуться к женщине, которая рядом. Они же ни разу не целовались! Елене вдруг сделалось невыносимо больно и обидно. Ручьем потекли слезы. Вот! Отдала ему душу с первой встречи, бросила ради нескольких минут с ним все на свете – и что получила взамен? Город, в который попала через зеркало в ванной комнате?
    -Макс, ты закрыл меня в квартире и не оставил ключи от входной двери, – прошептала Елена, всхлипывая, и опустила голову.
    -Ты уверена?
    -Да!
    Макс рванул ее за руку и потянул в прихожую.
    Там, на самом видном месте, на полочке для обуви, лежали ключи. Свои ключи он, молча, достал из барсетки...
    И в эту минуту Елена поверила: Разноцветный город существует на другой планете, в параллельном мире Альфа-Зэт! Чтобы не придумал Макс, но… нужно, чтобы он сказал правду! А если скажет…

    November 6, 2014 at 9:00 am | Reply
  22. Сташка Гринич

    Глава 7

    Начальник утомленно вытянул ноги на диване в своем кабинете. Вытер пот с лысины. Ох, и тяжелое дело, быть молодым! Он и забыл уже, что его звали Теодором. Где тут с проклятой работой не забыть! Сбежать бы отсюда вместе с Дашей. А еще лучше, чтоб она сама пожелала встречи. Следили б вместе за планетарным порядком...
    Однако теряется бесценное время. Начальник встал с дивана. Хватит, минутка отдыха прошла – пора браться за дела. Открыл видеопапку особого назначения. Так, и есть, наблюдатели намудрили без него – у робота, "бескровного киллера", не переведена шкала времени на время его объекта. Мало того, что их рознят миры, еще и живут в неодинаковом ритме!
    Через мгновение в кабинет вбежал Ягур.
    -Поздно, – сказал он. Наклонил голову, виновато посмотрел на Начальника. – Измерение времени не поддается регулировке.
    -Так он же робот! – не выдержал Начальник. – Попрошу не церемониться с машинами.
    -Даже с теми, к которым утеряны инструкции?
    -Это – недосмотр не нашей организации. Для нас важно своевременно закончить это дело!
    -Значит, теперь по воле судьбы! – маленький Ягур нервничал. Неопределенность выводила его из себя и мучила. Тем более, что он знал больше других.
    -Земная девушка попала в Музейный район ….
    -О, да! – с чьей-то помощью! А теперь – самовольство тупой машины, владеющей разнообразной информацией, но не способной выбирать для своей деятельности определенное столетие со всеми его атрибутами. Зачем тогда было использовать музейный дом, привычную обстановку, имитировать пейзаж за окном? Наконец, выдумывать сценарии...
    -Ты наглеешь, Ягур! А вообще, хватит! Приказываю отменить спектакль!
    -А что будет с Еленой?
    -То и будет! Мой рабочий день закончен.
    Дверь разноцветного кабинета закрылась с обратной стороны.
    Растерянный Ягур проводил Начальника взглядом. Развитие событий по сценарию робота Макса недопустимо. Но все идет именно так!

    ...Разноцветный город вечером. Начальник любил бесцельно бродить по улицам. Когда тихо и незаметно краски, высвеченные глазницами окон, цветниками фонарей уплывают в небо, притянутые Вселенной. Когда остаешься один на один со своими мыслями....
    Он шел, не обращая внимания на прохожих. Его не интересовала улица. Думы Начальника кружились вокруг единственной проблемы.
    «Царствуй, Теодор! – думал он. – Ты бесповоротно запутался! Порядок превращается в беспорядок. А когда-то предупреждал человек, многое познавший в жизни: не доживись до того, чтобы, отходя на работу, целовать самого себя в зеркале. Не путай собственное "хочу" с "могу"! Нельзя и возразить.
    Но хотелось как лучше. Предполагалось. Только зачем девушке с двадцать первого столетия, землянке, возможности параллельных миров? Параллели не пересекаются!"
    И тут неожиданно Начальник послал Лене зов, обыкновенный для Агентства Планетарного Порядка:
    -Ты хочешь говорить со мной? – прокричал внутри, с напряжением концентрируясь.
    Он представил, как растерянная Лена бежит к Максу.
    -Макс, ты звал меня? – спрашивает она.
    -Нет, – спокойно отвечает робот.
    Начальник хорошо знал, что земляне Центра и теперь относятся к телепатии и левитации со скептицизмом. Герович, кибермеханик, человек многим интересующийся, собиратель различных преданий, едва ли наделил Макса таким качеством. Человеческие мысли узнать в любом случае важное задание для машины.
    -Лена, Теодор просит тебя завтра в двенадцать часов дня выйти из дома.
    -Кто ты? – услышал Начальник.
    -Я – твой друг!
    -У меня нет друзей с таким именем...
    Сеанс связи оборвался.
    -Ха-ха-ха! – зазвенело над головой у Начальника.
    Земля под ногами проваливалась. Все слилось в один пронзительный звук. От мелькания красок сами собой зажмурились глаза, прыгнуло вверх кровяное давление. Количество ударов пульса в минуту достигло критической отметки, как при огромной физической нагрузке.
    -От, Фед! Спаситель! – только и смог выдавить из себя Начальник.
    Теперь он находился за столом, в помещении, залитом ровным голубоватым светом. Подземный район Разноцветного города иногда и таким способом принимал гостей, для их удобства – сразу в главной резиденции, в огромной голубой комнате. Там стоял длинный черный стол и мягкие кресла с высокими спинками. Ничего отвлекающего, тихая обитель после цветного шоу Агентства Планетарного Порядка.
    -Докладывай! – презрительно бросил худощавый усатый мужчина, немного сощурив близорукие глаза. – От чего я спасаю? Ведь каждый может дознаться...
    -Нет, молодцы, люди! Люблю юмор!
    Тут Начальник приврал. С юмором у него нелады. Обижался быстро и прощал также быстро – это друзья знали. А Фед не церемонился.
    -Слушай, Теодор! В мире миллионы пользователей этого вида связи. Когда ты, спотыкаясь, доходишь до входных ворот сервератэла, то вспомни хотя бы о том, что к твоей линии могут легко подключиться другие!
    -Провались я сквозь землю...
    -В чем проблема? Ты провалился, но, имей в виду, умственный потенциал от этого не потерял опять-таки ни один человек!
    -Я...
    Начальник начал оправдываться, потому что и ему самому было хорошо известно про "пиратские" выходы на чужие каналы связи. Но, чтобы лично попасть в подобную ситуацию! В голову ничего толкового не приходило. И тогда Начальник вспомнил первую строчку Кодекса охранников планетарного порядка:
    -Я должен следить за порядком, подчиняясь одному закону: "Всему свое время!".
    -Ха-ха-ха! – снова не смог сдержаться Фед.
    Отсмеявшись, вытер пот со лба и сказал:
    -Прогресс наступает тогда, когда ставятся вопросы, а не повторяются цитаты и мысли минувшего. Как раз Время вышло из-под вашего контроля и работает против вас. На Временном траке обстоятельства развиваются независимо от ваших усилий. Кстати, конкретно, чего вы хотите добиться от этой свидетельницы неземного обустройства реальности? Настоящая ее практика только подтверждает многочисленные гипотезы. Ее очередной рабочий проект, как специалиста-уфолога, заслуживает большого внимания.
    Информированность Феда удивила Начальника. Его службисты ничего не знали о рабочем проекте Елены Вышинской. Они занялись восстановлением порядка в мире Альфа-Зэт. А порядок таков – нечего инопланетянам бывать на этой планете, видеть, изучать. Все новое требует тщательной проверки. Также и контакты с ними.
    -Внимание бы проявили к гостье с Земли, – не отставал Фед.
    – Рано землянам Центра иметь информацию о мире Альфа-Зэт даже на стадии гипотез. Знания об использовании охранного поля при полетах на другие планеты для каждого землянина должны оставаться недостижимыми. Иначе в реалиях времени существующего эти знания начнут действовать против людей. Человечество стремится к преобразованиям. Я против любых перемен.
    -И за счет уничтожения личности невиноватого человека тоже?
    Начальник задумался. Он не мог ответить на вопрос сразу.
    Фед ожидал.
    - Кибера модели УН УЧР уже несколько столетий сняты с производства как запрещенное вооружение.
    -Подло, Начальник. Специально уничтожать лучшие качества, способности, чувства! Им нужно радоваться и беречь их!
    -Разрешите не согласиться, – сказал Начальник. – У людей роскошь восприятий исчезает с годами. При помощи робота УН УЧР мы закапсулируем знания и стремления Лены навсегда. Ей без боли покажется это полным разочарованием в жизни и апатией. Ее знания сохранятся на будущее, на то время, когда настанет пора вскрыть капсулы. В конце концов, мы не такие жестокие. Краски весен и зим, красота рассветов, ну и тому подобную бытовуху оставим.
    -Что ж...
    Фед смотрел на Начальника как-то странновато и недоверчиво.
    - Теодор, а ты сам уверен, что ни разу в жизни не ошибся?
    Начальник поднялся из-за стола, вышел на середину голубого помещения. Этими действиями он желал подчеркнуть, что не услышал последнего двусмысленного вопроса. Очень уж досужий этот Фед! Мало того, не может без фокусов.
    А Фед внимательно следил за подчиненным: неужели самостоятельно не догадается: в подземной резиденции отсутствует и свет солнца, и луны, и звезд.
    Нет, Начальник не догадался. Взволнованный, он ожидал привычного эффекта, чтобы подняться на поверхность. Перемещение не могло совершиться! И тогда Фед глубокомысленно заметил:
    -Не шути с эмоциями, Теодор! Они ввели тебя в заблуждение. Что тогда говорить о девушке, которая не понимает жизни. Оставим девчонку на волю судьбы! Пусть земляне о нас узнают!
    Сейчас совещание на самом деле было закончено. Фед вежливо улыбнулся подчиненному и сказал:
    -Сегодня, уважаемый, призываю вас отдохнуть от дел земных. Конечно, Подземный район не отличается яркостью красок. Все же цвет присутствует в другом воплощении. Смотрите...
    …Растерянный Начальник очутился на городской улице, которая переливалась всеми оттенками сине-фиолетового цвета. Холодным спокойствием веяло от нее. Дома расплывались в сиреневом сне и уплывали, ничем не запоминаясь. Раскидистые деревья с серебристой листвой казались похожими одно на одно. Цветы были голубые и синие.
    Это не могло долго развлекать. Начальник знал. Известно ему было и то, что Подземный район Разноцветного города – отличный курорт. Здесь сбываются любые желания. Конечно, при условии абсолютной искренности отдыхающего. А он не мог себе такое позволить! Там где-то Даша всматривается в фотоснимок молодого светловолосого парня... Здесь тот же светловолосый парень, однажды познавший любовь, выбрал именно любовь способом проникновения в тайны астронавтки. Чтобы узнать ее секретное задание на планете Альфа-Зэт. Хорошо, что она не знает еще о Подземном городе…
    "Зря Фед решил, что я смогу обмануть самого себя и нарушить порядок, – подумал Начальник. – Как раз сейчас не время для отдыха!"
    -Скажи лучше – для того, чтоб стать честным человеком! Теодор, ты хочешь говорить со мной?
    Фед применил телепартию. Вернее, они находились по-прежнему на канале телепартической связи. Будто один перед одним.
    -Фед, я хочу домой...
    -Понял, но мы еще увидимся.
    -Разноцветный город большой...
    -Как для кого...
    – Ты забыл одну старую истину: человек не может жить в одиночку!
    -Я не стою на страже истин.
    -Отлично! Просто молодец! Ты...
    И голос Феда заглушил гром. Прямо над головой пересекла небо молния.
    Наконец Начальник мог вздохнуть легко и свободно. Негласный контроль над ним снят, пусть в отместку и довелось попасть под сильный дождь. Ай да ну! На поверхности другие расчеты. И задачи, и методы решений!

    ...Дом Макса под дождем выглядел в Музейном районе ядовито-серым. Разноцветки посвежели и напоминали яркие обертки от конфет. Необычная архитектура строений создавала атмосферу неуемного детского праздника. Под дождем высвобождалась своенравная энергия тонов, которая полностью овладевала человеком. Терапия от серости и бессилия...
    Начальник сердито поджал губы. Да, сейчас его никто не узнал бы, как ни старайся: у Теодора в Разноцветном городе знакомых не было! Однако почему из дома не выходит Лена? Возможно, он мог бы послать ей еще один телепартический зов. Внеслась бы какая-то ясность. К сожалению, пользоваться телепартией пока невозможно. На сегодняшний день и так счастье, удалось ускользнуть из-под пристальных Федовых глаз, проникающих везде...
    Лена задерживалась. Она могла вообще не придти. Светловолосый парень, ожидающий ее под дождем, прохаживался взад-вперед около подъезда. Сидел на лавочке. Снова мерил шагами дорожку. Он промок, но ожидал, уверенный, она обязательно придет.
    "Я и в самом деле кажусь себе молодым Теодором, – подумал Начальник. – Сколько дождей прошло с той поры в Разноцветном городе! Сколько цветов завяло в том городе, где произошло мое первое свидание! Буду ждать, как тогда! Да к чему себя убеждать в несуществующем..."
    Он повернулся и обомлел: прямо перед ним в комнатных тапках и в клетчатой мужской сорочке, накинутой вместо халатика, стояла... его Даша!
    -Ты откуда? – прошептал он чуть слышно.
    -Я – со стены, – ответила она и показала на зеленый прямоугольник на стене. – А вы – Теодор?
    -Дашенька, ты меня не узнала?
    -Меня зовут Лена.
    -Можешь выдумать себе любое имя, но для меня ты – Даша!
    -Хорошо, – сказала она и засмеялась.
    -А я здесь на самом деле прозываюсь Начальником и только для тебя я – Теодор.
    -Вот как! А я для вас – Лена.
    Обстоятельства явно складывались не на пользу Начальника. Сам не представляя того и не осознавая собственной ошибки, он рискнул впутаться в новую головоломку. Тем более что всем сердцем желая обмануться, за всю жизнь так и не пригласил свою Дарью Сергеевну Вышинскую остаться в Разноцветном городе. А тут какая-то Лена, так на нее похожая…

    November 6, 2014 at 9:01 am | Reply
  23. Сташка Гринич

    Глава 8

    Тайное становилось явным. Герович ухмыльнулся. Подтверждения не требуется. Елена пришла к Начальнику на свидание через стену дома?! И главный блюститель порядка допускает подобное? Ведь девочку должен был привести к нему Макс. Культурно, как все своих любимых на праздник приводят. Если рассуждать правильно, робот Макс, прежде всего, работает сторожем.
    Михаил Константинович Герович спрятался за дом так, чтобы не попасть на глаза Елене и Начальнику. Их беседа его не интересовала. Чего слушать пустые разговоры? А вот фосфоресцирующий зеленый прямоугольник на стене стоит повышенного внимания. Его цвет говорил о том, что эта прогулка у девочки не первая. Это ж надо как она ловко достигает седьмого этажа – полет воздушной гимнастки!
    Герович залюбовался Еленой, которая вмиг исчезла в сером блочнике. Вскоре погас прямоугольник. Потом на улице не стало прохожих. А Герович по-прежнему бродил вокруг дома – ответы на вопросы могли придти из Космоса именно сейчас, в этом месте.
    Кажется, до сегодняшнего дня все шло отлично. Да, Герович не собирался никогда больше использовать Макса в работе, но почему бы и нет – раз он уже нанят Агентством Планетарного Порядка? Спасибо этой службе. Она подбросила шикарную идею: робот может поработать на своего создателя. А почему бы и нет? Тем более что теперь на карту поставлена любовь (амурная – с завязанными глазами, к роботу – смешно сказать!). Какие же они глупые, женщины!
    Герович медленно шел между разноцветных домов. Он знал: планеты не уединены, а находятся в общении. Космические мысли в разных формах попадают на Землю, и земные уходят в космическое пространство. Была же ему в такую ночь подсказка о синем троллейбусе, в который сядет Елена. Вернее, он знал об этом виде космического транспорта. Но на какие ухищрения довелось пойти, чтобы заставить девушку выйти в Разноцветном городе!
    Кто бы мог представить, что так хорошо ляжет карта! Лучшими помощниками Геровича оказались две самых уважаемых службы мира Альфа-зэт: Агентство Планетарного Порядка и Высший Планетарный Совет. Михаил Константинович улыбнулся мыслям, бросил равнодушный взгляд на двух драконов за оградой дома в виде "облепихи с клубничными листьями". Превыше всего кибермеханик ценил знания. Знания помогали ему по жизни и спасали в трудных обстоятельствах.
    Здесь, в Разноцветном городе, Герович многому смог научиться. Он освоил метод передвижения – не сразу, с трудом, долго бился над изучением телепартии. Телекинез забросил, решив отдать силы одной цели. О! О нем еще услышат, он еще заявит о себе. План выглядел идеально. Для того чтобы его раскрутить требовалось копировать с мозга Елены ее способности и овладеть ими. Как раз робот мог помочь незаметно и безболезненно проделать все эти операции.
    -Ты где? – попробовал вызвать Макса на разговор Герович.
    -Идет запись на алавэр. Сеанс связи прекращен до утра, – ответил робот.
    Михаил Константинович не ожидал такого ответа. Максу не разрешалось по инструкции прерывать контакт с разработчиком. Значит, настало время увидеться с роботом лично. А Лена?
    Герович остановился посреди улицы. Вот она – долгожданная мысль!
    -Девчонка вышла в мир. И – дело провалилось. Макс ничего не сможет сделать.
    -Начальник пусть празднует свой профессиональный провал, но я никогда не проигрывал, –
    Герович произнес это вслух.
    Может, где-то услышали...

    Глава 9

    Дворовый пейзаж изменился неузнаваемо! Теперь Елена не сомневалась: в городе живут люди! Евгений Доминикович Василевич, ее начальник, утверждал: такое возможно. Он изучал тему иллюзий в свете философии, геронтологии, психосоматики и космографии.
    А Вышинскую раздражал подобный коктейль! Она приходила на работу и с головой ныряла в разработки гипотез многогранности Вселенной. Конечно, могла заявить: "Когда я заблудилась на Меркурии...". Ей разрешалось видеть звезду Тидщери и посвятить ей оду. Ее понимали. Но никто не объяснял, как конкретно ориентироваться в каждом параллельном мире. Что он за такое только можно было узнать путем его исследования и знакомства с инопланетянами. Сотрудники знали: Елену интересует информация, относящаяся к работе. И все. А она шутила, мол, мне без надобности острова в Тихом океане. Это мечта отдыхающих и подростков на каникулах. Да уж... Сатурн великолепен!
    Елена смотрела через кухонное окно на улицу и не могла унять профессиональные амбиции. Ну, как же! И интересное существует. И не где-то в воображении или научных разработках – а вот, прямо за окном. Здесь все изменилось за одну ночь! Максов блочник теперь имел форму буквы "П". К разноцветному зданию большого торгового центра вел тротуар для пешеходов. На ветру развевались флаги, наверное, с рекламой. Солнечный свет переливался на разноцветных приспособлениях детской площадки. Вон, около карусели жалось ближе к земле хилое деревце, как вопросительный знак в тексте. И завершали эту роскошь машины. Целое стадо машин разных марок и лет выпуска. Как на соревновании – лучших по скорости и внешнему виду! Такая шикарная автомобильная стоянка мертвым кольцом окружала не самую благоустроенную детскую площадку.
    Вчера этого не было! Искренне! И вот – на многих этажах Максова дома балконы и окна укреплены решетками, а балюстрада щерится белыми бетонными зубами. Этого тоже не было! И окно Макс наполовину закрыл специальной сеткой! Когда? Ночью что ли?
    Дрожащими пальцами Елена схватилась за карандаш, чтобы неизвестно для чего составить реестр пережитого. Карандаш сломался. Со злостью разорвала бумажку на мелкие кусочки. Ситуация требовала неординарного восприятия. Дальше как? Себе-то она верит? Зато теперь имеется подтверждение вывода Евгения Васильевича: когда человек попадает в полосу неизвестного на другой планете, он живет в другой реальности. Прошлым живет. Как тот Теодор, который вчера добрый час вспоминал свидания с какой-то Дашей и даже не засомневался в ошибке!
    "Да, – подумала Елена, – там воспоминания незабытой любви. А тут – смеяться и смеяться». Пейзаж за окном изменился до того, что стоило б задуматься: может, я путешествую ночами, как лунатик, и нахожусь не у Макса дома? На всякий случай, стоит убедиться, что солнце проходит по небу привычный маршрут...".
    -Плохой план лучше полной бездеятельности! – громко подытожила Елена свои "аналитические" рассуждения впрямь, как солдат американской пехоты. И спиной почувствовала присутствие Макса, но не обернулась.
    -Рано просыпаешься? – спросил он. – Почему ты вышла в другую комнату, не дождавшись, пока проснусь я?
    Елена ощутила, как внутри у нее закипает буря.
    -Это закамуфлированный приказ не ходить по квартире? – процедила сквозь зубы. Направилась в кухню, зацепилась за край ковровой дорожки в прихожей, поскользнулась, чуть не грохнулась.
    Еще мгновение и будет взрыв! А нужно пропустить странную формулировку мимо ушей! Повторить в уме слова о любви, пусть они никак не увязываются со строгим и серьезным вопросом. Елена не представляла, как это сделать, поэтому растерялась:
    -Макс, я берегла твой сон. На цыпочках вышла в кухню, чтобы тебя не разбудить. Даже кофе не приготовила.
    -Не люблю кофе кем-то приготовленный.
    -А-а... Не понимаю. Почему?
    -Здорово придумано. Как это звучит, пожалуйста, повтори!
    Елене показалось: он не хотел оставаться в одиночестве. Долго был одиноким. И боится обычного внимания и заботы! Она прощебетала что-то нежное, ласковое, о том, что, между прочим, не переживала с ним.
    -Мне снилось, что я снова в одном из кабинетов, где все разноцветной окраски. Потом краски остаются одинаковыми, превращаются в цвета весны, зимы, лета, осени. А я – художник с планеты Меркурий.
    Когда Макс ушел на работу, в ее душу закралось первое сомнение. Вот уж этот кофе! Они разговаривали о кофе. И все! Остальное – иллюзия, от которой Елена ни за что на свете не согласилась бы отказаться. А так... Макс не мог слышать ее боевого лозунга. Скорее, она сама его лозунгом и разбудила. Мой ты Бог! Знать бы кому про иллюзорный Максов сон! Но это впереди....
    Как примерная домашняя хозяйка, Елена принялась за уборку. Не терпелось проверить все ли по-прежнему в доме, если необъяснимые странности творятся за окном. Убедилась: изменения произошли за окном, в квартире все осталось, как и раньше. А дел по дому набралось много. Обман, что домашние хозяйки имеют уйму свободного времени. Дома работы выше крыши! Только возьмешься за плиту, как появляется необходимость отдраить до блеска кастрюли. Еще нужно навести порядок в шкафчиках...
    Елена открыла прикроватную тумбочку в спальне. Внимание сразу же привлекла красная папка с металлическими уголками. На ней большими буквами было выведено: МАКС УН УЧР. Конечно, не смогла побороть любопытство, заинтересовалась, какие бумаги милый хранит в такой папке. Отвернула первую страницу. Да это же... паспорт!
    От неожиданности Елена уселась на мокрый пол, впилась глазами в печатные буквы. Что за наваждение? Она перечитывала снова и снова:
    "МАКС УН УЧР (Максимально обновленная компьютерная система "Универсальный управляемый человек разумный", год выпуска 5053, Разноцветный город, параллель Альфа-зэт). Применяется для специальных заданий, связанных с эмоциональным воздействием электронно-волновым методом...".
    Елена читала и поражалась:
    - Что?! Патент выдан кибермеханику М. К. Геровичу. Максимально обновленная компьютерная система снята с употребления с принятием Закона на запрещение галактического оружия"...
    Слезы закапали на красную папку. В голове звоном отдавалось: Макс, МОК-с, МОК-с... система? О, зачем, почему? Какая система? Было от чего разреветься! Ее Макс! Она выла и не могла успокоиться. Что делать? Документы – подлинные! Чья-то милая шутка? Елена первый раз испугалась. Это Разноцветный город с его достижениями, не дающими покоя!
    Нервы сдали. Она топала ногами и кричала:
    -Герович! За что?! Герович – кибермеханик! Я не хочу вас знать!
    Боль разрывала ее на части.
    И тут послышался мягкий и тихий голос:
    -Я же говорил, Лена, что мы еще встретимся.
    Прямо перед Еленой в кресле сидел седой человек в темных очках. Случайный знакомый по синему троллейбусу!
    -Как... вы... здесь... как... – бесполезно пробовала она связать слова в предложение.
    И быстренько спрятала за спиной красную папку с металлическими уголками.
    Не обращая внимания на ее растерянность, гость спокойно сказал:
    -Будем знакомы, Михаил Константинович Герович – кибермеханик, главный конструктор, можно сказать, отец бескровного киллера. Ваш знакомый. Прошу отдать папку
    -Нет! – закричала Елена так, что даже стены задрожали.
    Герович подождал с минутку. А потом подошел к ней, забрал папку.
    -Это, – показал он, – паспорт Макса, я принес его сюда, когда ты ходила на прогулку в Разноцветный город.
    -Зачем? – Елена постепенно осознавала реальность событий, разворачивающихся в тесной, оклеенной серовато-голубыми обоями, спальне.
    – Вы, Михаил Константинович, знаете, как я выхожу на улицу?
    -Я о твоих прогулках мог бы трактат написать. Поэтому считаю своей обязанностью помочь тебе!
    -Вы звонили мне?
    -Когда? – Геровича насторожил вопрос. Он сказал:
    -В мире Альфа-Зэт мобильная телефонная связь нужна только в экстренных случаях определенным ведомствам. Здесь пользуются телепартией. И давно!
    Елена не поверила бы, но сама же недавно шла на встречу с Теодором, движимая внутренним чувством...
    Нужно во всем разобраться по порядку.
    -Я сама позвала вас? – спросила Елена с надеждой на отрицательный ответ. И с недоверием подняла глаза на Геровича.
    Тот открыто улыбался без всякого старания ввести в заблуждение. Снова снял темные очки. Его большие, голубого цвета глаза успокаивали неподкупной искренностью.
    Они прошли на кухню. Михаил Константинович, как дома, налил воды в электрочайник. Приготовил кофе, насыпал в Ленину чашку две ложки сахара и ни одной – в свою.
    -Откуда вам известно, что я сыплю в кофе две ложки сахара? – не удержалась Елена.
    -Слава Богу! Девушка начала рассуждать! – воскликнул Герович. И продолжил:
    – С мелочей завязывается любая беседа. Я и вправду про тебя, Леночка, знаю много чего. И то, что ты, как уфолог, решила самостоятельно проверить свое гениальное предположение возможности путешествовать по траку Времени.
    -В самом деле, я занимаюсь такой проблемой, – ответила Елена. – Только, вы же сами видите, проверка не отменяется. Я по некоторым причинам на работе. И ничего вам не расскажу. Причины личного характера.
    Герович засмеялся. Как будто мог знать о ее чувствах к Максу. Она обиженно дернула плечом. Вот еще!
    -Моралистом не был, и быть не собираюсь, – он осторожно подбирался к теме. – Я создал Макса в эпоху Эмоций. Именно эмоции вызвали тогда пристальный интерес науки. Они передаются электро – и другими энергетическими волнами, во многих мирах досель неизвестными. Например, люди Центра используют энергию земли, солнечных лучей, воды. Ты случайно открыла источник энергии Времени.
    -Это как? Я ничего не открывала. О времени и скоростях во времени давно известно. Парсеки…
    -Открытия бывают случайными, не единожды проводятся опыты. Впрочем, мне нужно тебе сказать…
    -Но... – Елена перебила Геровича. Ее вопрос касался контактов с инопланетными цивилизациями.
    Тот совсем не собирался отвечать на вопросы. И упорно продолжал рассказывать дальше:
    -Для того чтобы перенестись из прошлого в будущее, из одной реальности в другую, человеку на самом деле не нужно никаких усилий. Кроме нового канала воображений или программных спецкарт. В пространстве существует множество параллельных миров. Об этом издревле знали люди. Недаром говорили: "на другой параллели". Какой второй вопрос? Вас что-то интересует?
    -Угу, – бездумно кивнула Елена, рассматривая желтые цветы на кухонной клеенке. Потом перевела взгляд на темные обои ядовито-зеленого оттенка, переходящего в коричневый цвет. Невыносимо долго находиться в этой мрачной комнате! Сколько раз просила Макса поменять обои...
    -Ну, так вот, – Герович добрался до самого главного. – Твое воображение "подсунуло" тебе синий троллейбус. Ты смогла увидеть представителей других миров.
    -Что-то они очень не похожи на нас! – Елена внимательно слушала, хоть и возвращалась в мыслях к Максу.
    Михаил Константинович пропустил замечание мимо ушей.
    – Время сжалось до того, что ты ни в чем не разобралась и просто вынуждена была оказаться в мире Альфа-зэт!
    Здесь уже от Елениной выдержанности не осталось и названия.
    -Попрошу вас, не дурите мне голову! – повысила она голос. – Окружающая обстановка свидетельствует, что я нахожусь в незнакомом районе неродного города! И на другой планете!
    Герович внимательно посмотрел на Елену и выложил на стол... красную папку с металлическими уголками.
    Елена тяжело вздохнула. И вдруг закричала взволнованным голосом:
    -Макс явится с минуты на минуту! Как объяснить ему ваше присутствие в его квартире?
    -Во-первых, это не его квартира, а Музей земной цивилизации, точнее, ее Центра на данном этапе Времени. В разных районах Разноцветного города есть уголки-музеи многих известных нам параллельных миров. Во-вторых, я сделал все ради того, чтобы никто не смог переустановить шкалу Времени жизнедеятельности Макса. Ваша неделя для него – это два дня.
    Елена охнула от неожиданности. Вот почему Макс сутками не появлялся дома! Она зло посмотрела на Геровича. Казалось, еще секунда – и она ударит его по лицу!
    -Видишь, Леночка, даже и ты не можешь сдержать эмоций. Я проверил тебя! Ты помимо воли увлеклась Максом. Верю, более романтической, возвышенной платонической любви не существует во Вселенной. Макс создан с целью пробуждать, именно, такие чувства. Он – идеал!
    -И – универсальный убийца?! Управляемый человек разумный?
    -Не пугайтесь. Он – самый лучший кибер, который бескровно и методично вершит свое дело. Предполагаю, кое-что тебе довелось испытать?
    Елена закрыла лицо руками и не стала отвечать Геровичу.
    -Через восемь месяцев я не гарантировал бы нашей встречи, – сказал он.
    -Простите, а... сколько? – она, заикаясь, пыталась узнать что-то и боялась спросить.
    Герович с пониманием отнесся к невысказанному.
    -Семь!
    -Дней? Да? – она не ориентировалась во времени.
    Кибермеханику и не требовалось это объяснять. Чтобы было понятней, он сразу перевел для нее дни на земное время.
    -По-вашему, Лена, ты находишься с Максом в Разноцветном городе мира Альфа-Зэт семь месяцев и двенадцать дней.
    -А почему мне кажется, что...
    -Год пролетел, как один день? Привычное для землян Центра ощущение.
    Елена задумалась. Рассказывать Михаилу Константиновичу, что она пережила с Максом, не имело смысла. Как конструктор, а может, психоаналитик, он мог это представить со всей полнотой, потому что сам планировал подобное. И дикие всплески необъяснимой ревности на голом месте, и меланхолические сцены, замаскированные под легкое непонимание, и целые спектакли-мелодрамы с невероятными мыслями...
    – Раньше за окнами квартиры Макса ты не видела Разноцветного города. Ты жила среди любовных иллюзий. Я узнал, что ты не приняла зрительного обмана. И сумела побывать там, где было не нужно. Поэтому нашу с тобой встречу больше нельзя было откладывать.
    -Макс... – невольно вырвалось стоном.
    -Лена, Макс с виду человек. Ты видела запасные части: чипы, плато, блоки. Считаю, не маленькая, убеждать не надо. Рассказала бы ты о своем задании.
    -Михаил Константинович, родненький, лучше бы он сам выслушал меня!
    Герович нахмурился.
    -Макс и так хорошо постарался. Одно: тебя спасло твое же эмоциональное поле. Я не могу остановить стремительные события, повлиять на ситуацию. Хотя бы по такой причине: Макс теперь на работе. А где ты думаешь? В центре программирования. Там считывается старая и закладывается новая программа. Кстати, с анализом твоих мыслей в его восприятии. Макс имеет специальный алавэр, приспособленный для этого. Так что, не надейся, Леночка, на тайну. Хозяевам роботочеловека известен не только каждый твой шаг, но и мысль.
    Елена растерялась. От сердечных коллизий до кражи интеллектуальной собственности? Макс стал режиссером классного кино.
    Нет! Такого поворота событий на любовном фронте Елена не ожидала. Ее глаза впились в красную папку с металлическими уголками. Цвет папки стал ярче.
    И вдруг папка вспыхнула языками пламени. Паспорт загорелся! Через секунду от паспорта осталось горстка пепла. Что-то сказать Елена не успела…
    В дверном замке повернулся ключ. Герович подхватился:
    -Нам нужно идти! Робот возвращается! Он – робот! – неожиданно быстро произнес он.
    Тогда Елена решительно взяла Михаила Константиновича за руку. Вывела его, как маленького мальчика, в прихожую. И поволокла за собой, проводя через зеркало на улицу...
    Через мгновение их обдал свежий ветер. За спиной фосфоресцировали ясные очертания прямоугольника. Елена была в комнатных тапочках и клетчатой мужской рубашке – далеко не лучшем наряде для прогулок по Разноцветному городу.
    Но, стоп! Кажется, прогулка на этот раз отменялась. Вокруг завыли сирены. Фиолетовые полосы света стали прорезать землю мазками художника-абстракциониста.
    -Они включили Систему Поиска! – крикнул Герович. – Думаю, Макс не сумел сообщить им, где мы? Не становись на свет!
    -Машины?
    -Какие машины?! В мире Альфа-Зэт единственный способ передвижения – световой поток!
    -Фиолетовые лучи отыщут предмет в замкнутом пространстве?
    -Тот, кто разрабатывал Систему Поиска, не рассчитывал на экстремалов клаустрофобии. Где ты слышала, чтоб поиски велись на площади метр на метр? В таких условиях разве в домино играть!
    -Надеюсь, домино нас и выручит!
    Елена решительно рванула дверцу машины, около которой они как раз и находились. Машина, на счастье, во дворе Музейного района не закрывалась ни на какие замки, не стояла на сигнализации. В соответствии со всеми правилами она была заправлена и подготовлена к поездке.
    Михаил Константинович не умел водить автомобиль и потому, извиняясь, уселся на пассажирское место. Елена круто вырулила с общей стоянки и начала наращивать скорость. В зеркале заднего вида обрисовались людские силуэты. Люди в фиолетовой форме стояли по обеим сторонам дороги.
    -Роботы! – сказал Герович.
    Он умел владеть собой. Ни одна мышца не выдала его тревоги. Елена изо всех сил вцепилась в руль. Чувствовала, как раскраснелись щеки. Но сдаваться не собиралась!
    Машина лихо мчалась по каким-то колдобинам и карчам. В надоедливом мельтешении фиолетовых полос. Под вой сирен. Лучи скользили по движущемуся предмету непонятной формы, фиксировали его черепашью скорость, искали человеческие фигуры...
    -От чистого сердца признаюсь, в мою честь еще никогда не устраивали подобной иллюминации! – засмеялась Елена и еще прибавила скорость. – О! Таких гадких дорог я тоже никогда не встречала!
    – В мире Альфа-Зэт нет дорог, как и дорожных пробок, – сказал Герович. – Дороги тут не нужны. Для передвижения хватает солнечного света. Зато как красиво строится Разноцветный город! А машины музейные что ли?
    -Да!
    -А разве можно попадать в подобные переделки!
    -Не преувеличивай! Фиолетовый цвет разбавляется зеленым. Для нас – это хороший знак.
    Елена заметила, что и горизонт становится зеленоватого оттенка. Вправду, через час они выбрались из города на старинном средстве передвижения, известном Елене по планете Земля. И были застрахованы от сюрпризов Разноцветного города и его – на вид – безобидной и торжественной палитры!
    Озеро, заросшее белыми лилиями, встретило их тишиной. Они вышли из машины и усталые бухнулись на траву. И как будто разом смолк угрожающий, выворачивающий нутро вой сирен Системы Поиска. Не хотелось даже, словом радости нарушить безграничность спокойствия. Елену тянуло к воде. Но, как только она наклонилась к водной поверхности, Герович ловко перехватил ее руки.
    – Вода передает информацию, – услышала Елена. – Вода принесет очередное испытание, если ты дотронешься до нее. И тем более, на воде – солнечные лучи!
    -Да как жить в вашей разноцветности?! Как? Вокруг, везде опасность, вместо людей – управляемые разумные человекороботы! Чувства сведены до уровня смертоносного оружия! Жилища напоминают тюрьмы! А солнце... возит!
    Нервы сдали. Елена расплакалась горько и безнадежно.
    Герович не успокаивал. Он знал: любое слово вызовет бурю эмоций. Он лишил ее, кем-то созданной сказки. Сердце девичье неимоверно болело. И боль, непростительная до обиды и непонимания, называлась Макс УН УЧР... Универсальный управляемый человек разумный…

    November 6, 2014 at 9:02 am | Reply
  24. Сташка Гринич

    Глава 10

    - До чего голубым бывает небо в Подземном районе! Как чистые глаза ребенка. Посмотришь в них – соврать стыдно... И красивый серый цвет глаз…
    -Ох, этот Макс! – упрекнул Фед Начальника.
    – Металлолом! Ошибка конструктора, примитивная до "не могу". А ты? Даже ошибиться с достоинством не можешь, а еще поддерживаешь Планетарный Порядок! Попал под влияние иллюзий? Признавайся!
    Начальник замолчал. С Федом нужно продумывать каждое слово. Тем удивительней, что при путешествии в подземный мир отказало охранное поле. Видно, пришло в негодность за годы.
    -Кто бы представил, что планы могут рухнуть за один день! – сказал Фед. – Макс сообщил: объект растворился в воздухе. Моментально сработала Система Поиска. И не нашли! Будто та Лена, на самом деле, растворилась. О, если бы я был в воздухе! В таком случае ее ничего не спасло б – поисковые фильтры ведут слежку на уровне фантастики. А факт вот в чем – девочка вышла на Линию Жизни и ее спас земной прагматизм. Трудно поверить даже мне, отрицателю всякой романтики, она стала первой, кто смог уберечься от чар Макса! Он – идеал, которым бредят женщины в розовых мечтах. Тот идеал, чьи черты и качества характера случайно открываются во многих мужчинах, но не могут принадлежать одному человеку. Конструктор Герович создал в единственном и единичном воплощении чудо!
    Начальник мрачно сверкнул глазами. Он понимал свои ошибки. И мог бы обойтись без помощи, так нет же!- все ровно Фед всунулся, смешал одно с другим, как теперь – систему Поиска и Макса...
    -Алавэр Макса даст полную информацию о делах и мыслях объекта, – ответил Начальник. – Сотрудники Агентства Планетарного Порядка постараются добыть ее как можно скорее.
    Фед удовлетворенно хмыкнул, поджал губы. Начальник знал, что теперь-то ему не избежать провокационного замечания.
    -Теодор, смотри! – Фед помолчал, будто предостерегал от ошибки. – Даже твоя личная иллюзия может называться Дашей...

    …Как ошпаренный, выбрался Начальник из Подземного района. Никак не мог успокоиться, даже выругался со злости. Им, зачем лезть в его сердечные иллюзии? Сменили бы лучше освещение на желтый цвет. Хоть бы не угнетала холодная синева...
    "В-общем, кто такой Фед, чтобы из-за него портить настроение?" – подумал Начальник.
    Эта мысль придала уверенности. Иначе и сунуться не стоит к секретчикам-программистам.
    Комнатенка, где размещались программисты, напоминала вокзал. За день сюда сходилось множество роботов и людей-охранников. Маленькие коробочки – алавэры – сдавались в "кассы", около которых вечно толпились очереди в ожидании возвращения драгоценных аппаратов. Владельцы информации получали ее в другом помещении.
    Макса в алавэр-зале не оказалось. Начальник подошел в нужный отдел. Проверка личных данных заняла несколько секунд. Оператор, молодая девушка, внимательно посмотрела на Начальника и сказала:
    -Для вас никакой информации нет. Полтора часа тому назад по вашему разрешению расшифровку алавэра получил робот.
    -Как? И вас не заинтересовало, почему нет подтверждения разрешения? Ведь вы должны знать причины, по которых, информацию получает не ее владелец.
    Девушка рассказала, как сотрудники алавэр-зала пытались найти Начальника Агентства 2-П при помощи экстренной телепартии и получить у него подтверждение. Никто не отозвался. И тогда было решено выполнить просьбу робота.
    -Я находился под землей, у Шефа! – чуть не закричал Начальник, но сдержался, схватившись за сердце. На самом деле – вот, перед глазами, махонькая карточка с личным номером... Девушка выложила ее на стол на пять секунд из уважения к Начальнику. И тут же убрала. Чистую.
    Начальник лучше других знал, что информация выдается владельцам роботов в единственном экземпляре и табло с ней уничтожается. Это что ли Ленин алавэр?!
    -Значит, копию забрал Макс, потому что информация была ему нужна. Сейчас действия робота предсказать трудно, а может, и невозможно.
    Новость насторожила сотрудников Агентства Планетарного Порядка.
    -Информационно вооружен, значит – опасен! – задумчиво сказал Ягур, когда услышал о новом повороте событий. И добавил:
    – Может, как раз теперь и начинаются трудности. Кто она, эта Елена Вышинская, попавшая к нам с планеты Земля? Может, тоже, Герович вмешался со своими фантазиями и подарил нам девушку-робота? И не признается?
    -Слушай, не накаркай... А, между прочим, проводилась ли раньше алавэр-проверка у Елены Вышинской?
    Начальник нажал кнопку на своем рабочем столе. В кабинет тут же вплыла секретарша. От восхищения красивой фигурой у Ягура даже дыхание перехватило. Ему давно нравилась Стелла, и для Начальника это секретом не являлось. Почему не пошутить?
    -Стелла, чем отличатся Ягур от робота?
    Секретарша ни нашлась что ответить.
    -Вот, не знаешь, – хитро прищурился Начальник, – Ягур любит тебя и ничего не соображает в любви. Робот осведомлен во всех ее мелочах, а любить не может, ибо не имеет сердца.
    -Я запомню, господин Начальник. У вас еще имеются ко мне вопросы?
    -Да, есть! Как часто робот Макс проходил алавэр-проверку?
    -Регулярно. Господин Начальник, вы же сами назначали ему срок считывания информации. И позволяли ту информацию забирать для выработки плана дальнейших действий.
    Во второй раз за день Начальник чуть не потерял сознание. Его лицо пошло красными пятнами. Дрожащими руками он взял стакан воды, быстро поданный Стеллой. Холодная вода помогла справиться с эмоциями.
    -Спасибо, Стелла, – виновато улыбнувшись, сказал Начальник. – Прости старика. Желаю тебе выйти замуж за робота!
    Секретарша улыбнулась. И ничего не ответила. Когда она тише, чем обычно, выскользнула из кабинета, в ее защиту кинулся взволнованный Ягур:
    -Понимаю, запуталось дело. Только Стелла невиновна. Вы, возможно, забыли. Сами дали разрешение Максу анализировать информацию с алавэра на одной из ваших первых встреч.
    Несколько минут в кабинете царила тишина.
    …Начальник вспомнил: в тот день он встречался с Дашей в ее уютной квартирке на окраине мегаполиса Центра! Возвращение в молодость, оживление эмоций его самого – Теодора... Треугольный талисман для любимой, живущей в другом пространстве и измерении Времени. Неожиданное появление не Даши, а Лены в мире Альфа-зэт...
    "Конечно, Фед прав! Сам я попал в герои выдуманного для специалиста-уфолога спектакля, – громоподобное открытие выбило Начальника из колеи. – Воздействие иллюзорной реальности в Музейном уголке Разноцветного города непреодолимое! Подпав под ее воздействие, я тогда принял Лену за Дашу. Это часть информации...".
    Ягур решился оборвать молчаливые рассуждения Начальника.
    -Получается, Макс действовал по самостоятельно разработанному плану?
    Начальник вздрогнул от неожиданности.
    -Железка вышла из-под контроля, – тихо выговорил Ягур. – Раз алавэр считывал размышления Лены... Она изучает контакты с внеземными цивилизациями. Нельзя отклонить допущение, что роботу в данный момент известен коммуникационный канал восприятия реальности этой девушки с планеты Земля и...
    -Продолжай, – приказал Начальник, заметив Ягурову осторожность.
    – Человекоробот становится объектом угрозы номер один. Он согласился придти к нам, но вот, что… мы не имеем инструкции к его мозгу. Очень мало веры тому, что неизвестно. Мало веры, что груда металлома начнет беспокоиться о порядке во Вселенной. А он на Вселенную очень ловко вышел. Повезло!
    -Макс повторял, что он – человекоробот, – не выдержал Начальник. – Повезло! Подозреваю, мой верный помощник, не придется ли нам с тобой спасать ту Лену, ради которой мы организовали весь бедлам?
    -А наблюдатели?
    -Молодец! Именно наблюдатели могут внести хоть какую-то ясность в эту историю. К ним и направимся.
    Музейный район параллели Центра встретил сотрудников Агентства Планетарного порядка высокими стенами неуклюжего строения в форме буквы "П" и стадом машин во дворе, которое пришлось обойти, чтобы попасть в нужный подъезд. Набрали по домофону код срочного вызова. Хорошо, договорились заранее. Аронина и Сильчинского довелось по меркам мира Альфа-Зэт ожидать чуть ли не год. И как это земляне Центра не экономят время!
    -Попал в волчью стаю – вой по-волчьи! – заметил Начальник нетерпеливому Ягуру.
    -И откуда вы знаете подобные мудрогелки? – поинтересовался тот.
    – Во-первых, мы в Музейном районе, где мысли Центра, носятся в воздухе. Исторические передачи можно увидеть на стенах домов. Во-вторых, я многое изведал за время своей работы в Агентстве.
    -Ну, не желал бы я провести хотя бы час среди волков. Даже в музейной обстановке...
    Распространиться о себе и о своих желаниях Ягур не успел. Запыхавшиеся наблюдатели обрушили на них тысячу новостей. Робот использовал наличие соседей, как возможность приревновать Лену. Его не волновало кто они, чем занимаются, как выглядят...
    -Лена, ни разу нас не видела, – докладывал Сильчинский. – Но ей неслабо доставалось за то, что мы есть и пока – живые. Рисуемый соперник робота мог быть пауком, иметь вид машины, – какая разница! Наконец девушка стала проклинать себя и свою жизнь!
    -Она находилась под сильнейшим воздействием эмоционального поля Макса, – вставил Аронин. – Наверное, в древности так умирали от радиации!
    -Оставь выводы статистам! – перебил Начальник.
    Совершенно не было ясным, почему Лена исчезла. Причем, наблюдатели проворонили, как это происходило.
    -Можно дополнить: во дворе насчитывается одной машиной меньше, на стене дома какой-то шутник нарисовал зеленый прямоугольник в человеческий рост. А еще...
    Сильчинский будто раздумывал спросить ли:
    – Вы, господин Начальник, встречались с Леной?
    Начальник хмуро кивнул.
    -Мы подумали, дело приобрело новое направление, – вмешался Аронин.
    -Направление меняется кардинально! Без помощи Офиса Систем Поиска мы, естественно, не обойдемся...
    Сотрудники Агентства 2-П с неприязнью относились к поисковикам. Одно – задания часто пересекались. Но неодинаковые методы вносили противоречие в работу двух по сути родственных организаций: поисковики не признавали архаических способов упорядочения, отрицали опыт других параллелей, который просто вынуждены были учитывать охранники планетарного порядка. Наконец, поисковики никогда не использовали бы для выполнения любого задания робота, замшелого от старости, с неизвестными характеристиками. Так и было заявлено Начальнику. Это же возмутительно, робот осмелился послать сигнал тревоги на системный пульт! А никакого нарушителя общественного спокойствия не нашли!
    -У вашего металломаразматика – тараканы в голове! – вот и все, что могли сказать вежливые коллеги. – И Разноцветность им...
    -Надо думать, разноцветность – тараканам, – прокомментировал Сильчинский на расставание. А вообще, шутить никому не хотелось...
    Начальник не представлял, как дальше действовать. Распрощавшись с верными помощниками, бродил по улице, обдумывал происшедшее. Потом вернулся в офис, в кабинет заходить не стал. Присел, измаянный, на пороге Агентства Планетарного Порядка. Неожиданно пришло в голову: Фед! Остается только Фед – председатель Высшего Совета, к которому обращался за помощью в редких случаях. Можно и теперь обратиться!
    -Ты хочешь говорить со мной? – услышал вдруг в тишине Начальник.
    Это был Фед, с которым расстались не так давно. Он вырос на пороге мгновенно, только мелькнул и исчез голубой луч...
    -Не часто ты, Фед, радуешь вольное пространство Разноцветного города своим появлением, – без живинки в голосе произнес Начальник.
    Фед не мог удержаться от смеха. Отсмеявшись, присел на ступеньку рядом с Начальником и серьезно сказал:
    -Извини, Теодор! После прелестной архитектуры нашего подземелья приветствовать Разноцветный город и твою растерянность иначе не могу. А мое появление – когда в голове металломаразматика появляются тараканы, а лучший мой работник дарит талисман-пропуск в будущее, когда коммуникационный канал восприятий реальности открыт между мирами, а кто-то намеревается поспать – я не могу не появиться.
    Начальник уныло посмотрел на Феда.
    -Перестань паниковать! – сказал Фед. – Пока ничего страшного не произошло. Ты же сам понимаешь, мы не могли устеречь девочку от реальности и не предполагали, что может вытворить Макс.
    -Мы не знали, да?
    -Ты запутался, Теодор. Основной аналитический принцип робота-информатора трактуется двумя словами: "Выживай сам".
    -Его "выживай" закончится с отключением ана – лазера!
    -Согласен. И все же... Герович мог бы с тобой поспорить. А можно ли использовать подземные суеверия в Музейном районе?
    -Подземные суеверия?
    -Когда-нибудь обязательно организуем. Только не сейчас. Теодор, теперь главная наша задача и твоих подчиненных. Нам нужно найти Елену и спасти ее от Макса. Он вышел на тропу войны. Дубляж важной научной информации делает его еще более упрямым и жестоким.
    -Что ли ему самому надлежит сделать выбор между жизнью и смертью? Макс спасает себя в результате уничтожения Лены? Предполагаю, Макс обязательно вернется в Музейный район, чтобы получить подтверждение неудачного воздействия эмоционального поля, так? Машина должна провести проверку собственной промашки.
    -Герович вам поаплодировал бы.
    -Может, и станцевал. Напрасно! Прошу обратить внимание: Герович не проходил по спискам Подземного Неба. Я не знаю, где он находится! Прощай, печальный герой!
    Фед вытянул вперед правую руку с большим перстнем на среднем пальце. С перстня блеснул голубой луч. И правитель планеты Альфа-Зэт с Подземного города вдруг исчез. Будто никого и не было на крыльце офиса Планетарного Порядка.
    Начальник остался один на один со своими проблемами. Зато теперь ему было ясно: начинать нужно, как и при первом ознакомлении с этим делом, с максимально обновленной компьютерной системы – комом в горле проклятая Лена!
    Буквально через пять часов сотрудники Агентства 3-П вышли на след робота.
    -Он считает в шкафу рубашки, – сообщили Начальнику.
    –Странное для робота занятие, – телепартировал тот.
    Никакой логики в действиях Макса не наблюдалось. Как примерная домашняя хозяйка, он просматривал швы, карманы, прощупывал ткань, всматривался в ее рисунок. Чтобы это означало, не придумал никто. Но робот был занят своим делом. И странно: Лены рядом с ним в этой его квартире не было!

    November 6, 2014 at 9:02 am | Reply
  25. Сташка Гринич

    Глава 11

    Елена лежала на толстом ковре зеленой травы рядом с Михаилом Константиновичем Геровичем и думала: "Нет больше Максовой тюрьмы, или как там? – музейной квартиры. За нами никто не гонится. Ощущение – класс!
    Озеро в лилиях. Жаль, до воды не дотронуться. В небе плывут розоватые облака, похожие на суфле. Вот дожилась: семь месяцев в мире Альфа-Зэт – и ни разу не видела облака! Как-то попросила Макса погулять по улице, хотя бы обойти вокруг дома. Тут же нашлась у него отговорка. Что-то вроде: мне нужно заняться цветоведеньем. Теперь неважно, какие там интересы изначально конструктор привил Максу, и чем он по его программам занимается...".
    Елена внимательно посмотрела на своего спасителя, Михаила Константиновича. Тот дремал, подложив под щеку ладошки. Устал. Поездка по бездорожью никому не прибавляет энергии. Разве...
    Плавное течение мыслей сбилось. Как резкая боль в сердце, перехватила дыхание тоска по Максу. Елена с нежностью погладила свою клетчатую рубашку.
    -Михаил Константинович, вы спите? – спросила она в надежде поделиться сокровенным. Мечтательно произнесла:
    -Хорошо, что на мне одета Максова рубашка. Пусть и не лучший наряд для прогулок по Разноцветному городу... Но в рубашке я меньше печалюсь по Максу. Мне кажется, мы скоро увидимся.
    -А? Что ты говоришь?!
    Герович подскочил, как ужаленный. Содрал с себя свитер и протянул его Елене:
    -Переодевайся! Быстро!
    -Я не хочу переодеваться. В Максовой рубашке мне не так тоскливо.
    -Ты давно придумала такое?
    -Только что! – призналась она со злостью и отвернулась.
    Герович сменил тактику. Елена несколько минут слушала его и не понимала, как это в мире Альфа-Зэт мысли не бывают случайностью.
    -Макс должен произвести идентификацию гардероба, – издалека начал Михаил Константинович. – Иначе быть не может! И такой процесс для кибера сочетается с множеством задач, хотя бы по той причине, что я покупал для него одежду полстолетия тому назад по временным меркам Альфа-Зэт. Не видишь, в какой ты рубашке?
    -Нет, Михаил Константинович! Макса долго не было дома. Я сама взяла из шкафа его рубашку – нужно же во что-то было одеться, пока одежда вымытая сохнет!
    -Именно – "во что-то"! Давай сюда, упрямая девушка, свой наряд. Покажу чип, который записывает информацию о тебе!
    Теперь настала Ленина очередь испугаться.
    Герович разорвал рубашку по швам. С одного вылетела черная жемчужина и почему-то с грохотом брякнулась на землю.
    -Гремит... – сказала Елена, удивленно воспринимая происходящее.
    Жалость, какой обиженной и растерянной смотрелась девушка в синем широком свитере, со слезами на глазах! Кажется, она прощалась с еще одной сказкой...
    А Михаил Константинович сорвал широкий лист высокорослого растения, взял им (пальцами не дотронулся) черную жемчужину, понес и выбросил в озеро. Та же участь постигла и клетчатое тряпье. Потом Герович схватил Елену за руку и потянул прочь от неподступного озера и его возвращающей в любовь тишины.
    -Куда вы меня тащите, как тряпочную куклу?
    Протест остался неуслышенным. Только, когда девушка увидела перед собой разноцветные здания вычурной формы, Герович, наконец, заговорил. Он сказал:
    -Мы идем в магазин, чтобы одеть безмозглую куклу.
    -Ну, и не этакая уж безмозглая, как вам кажется. Вы создали этого Макса, видите его насквозь. Поэтому я слушаюсь вас и считаю это правильным.
    Михаил Константинович, оставшийся сам в светлой рубашке с длинными рукавами, не ответил ничего. Пошел медленнее. А Елена не могла отвести глаз от городской улицы, даже про синий свитер с чужого плеча забыла! Будто картинки из книжки рассматривала, вертелась из стороны в сторону и повторяла:
    -Яркая! Все переливается!
    Герович уже знал, что ее восторг, как правило, заканчивается вопросами.
    -Зачем этот фейерверк? – не выдержала Елена. – С какой целью люди раскрашивают здания?
    Он спокойно объяснил, что цвет, как ни удивительно – величина постоянная у всех народов, в разных параллельных мирах обозначат в принципе одно и то же.
    Линия Жизни имеет цветной стержень в сочетании черного, белого и красного. Это три самых главных цвета. Такой триколор сам по себе имеет особенное значение. В Разноцветном городе невозможно его увидеть. Зато по настроению и собственному желанию можно выбрать дом определенной расцветки. В оформлении жилищ и служебных помещений предотвратить ошибки.
    -Ты, Лена, родом из серого мира. На первый взгляд, тебе многое кажется удивительным, – сказал Герович. – Но не лишним будет знать: фиолетовый цвет угнетает, синий – близок по эмоциональному воздействию к фиолетовому.
    Елена потрогала теперь уже свой синий свитер. Но задать нахальный вопрос не решилась. Герович не посчитал ее жест достойным внимания. Он продолжал:
    -Зеленый цвет несет жизнерадостность. Красный – моральную возбужденность, голубой – успокоение.
    -Ага, Михаил Константинович, мой любимый желтый цвет считается цветом здоровья, – она счастливо улыбнулась, будто это являлось ее личным достижением.
    -Правильно-правильно, не сомневайся. Я же сказал, что в мире Альфа-зэт, как и на Земле, язык цвета не поменялся и не поменяется. Вот белый – чистота, справедливость. Коричневый – не очень хороший цвет. Черный – цвет почвы. Я тебе и так много секретов раскрыл. Ты смотришь фейерверк на улицах и читаешь затаенные людские мечты.
    -Может, в Разноцветном городе на самом деле исполняются желания?
    -А что ты желаешь сейчас? Абсолютная неожиданность! Неужели можно пожелать что угодно?
    И Елена капризно заявила:
    -Хочу мандаринов и холодненького мороженого с настоящими черными ягодами.
    Герович рассмеялся.
    -Возможно, в мире Альфа-зэт не растут мандарины? – спросила Елена, стараясь не отставать от Михаила Константиновича. А он уже приближался к дверям малинового здания пирамидальной формы.
    -Ну, скажем, они есть, но не оранжевые и не черные. Вот проходи, садись за столик и немного подожди. Хорошо, Леночка?
    Что оставалось? Один отдел здания напоминал мини-кафе. Два зеленых столика, обычные деревянные кресла... Елена уселась на одно, как в надувной бассейн провалилась. Приятным холодком и покоем веяло от этого кафе. Но кроме Елены во всем помещении не было никого.
    Вскоре прибежал радостный Герович.
    -Я купил тебе мандарины! – сообщил он. – Почти задаром!
    Никогда не позволяла она мужчинам рассчитываться за себя. Самолюбие взыграло.
    -Сколько я вам должна, Михаил Константинович?
    -Ай... – махнул тот рукой, положил на столик (оранжевые!) мандарины и кинулся к стойке бара.
    Елена заметила: на поверхности барной стойки высветилось миниатюрное табло. Тут же появились две тарелочки. Два ряда прилавков с красивой выкладкой разнообразных товаров перечеркнулись огнями. Огни вспыхнули новогодней гирляндой и погасли. Товары исчезли, а, может, их стало не видно за огнями.
    Улыбающийся Михаил Константинович поднес угощение. К оранжевой вкусноте – мандаринам – прибавилось белое мороженое с черникой. Обед на зеленом фоне столика выглядел очень празднично и аппетитно.
    -Как вкусно! – накинулась Елена на мороженое.
    Герович лениво помешивал ложечкой в своей тарелке.
    – Мой сладкий Монблан уменьшается на глазах, – пошутила Елена. – Я вспомнила правила этикета и решила вежливо поинтересоваться первым, что пришло на ум: вы долго учились, чтобы стать кибермехаником?
    -Сладкий вопрос, – засмеялся Герович. – Имею правило – всегда отвечать серьезно. В Центре принято при анализе любого процесса высчитывать коэффициент полезного действия. Ты помнишь об этом?
    Елена кивнула.
    -Учеба имеет пятнадцать процентов полезного действия, – он внимательно смотрел на свою собеседницу. – Остальное образование – в песок, какие бы ученые степени не имел человек. Например, учеба используется при запуске вот этого компьютера, – Герович постучал пальцем по седой голове. – Все, в конце концов, зависит от самого человека с той небольшой поправкой, что любая учеба – ход вперед, в сторону, но ни в коем случае, ни назад. Запоминай и учись!
    -Я учусь, только вот...
    -Зачем тебе учиться сейчас? – перебил Герович.
    -Стараюсь научиться вести себя в новой реальности. Не могу свыкнуться с новой действительностью и понять, – она не успела сформулировать свой ответ, как прозвучал вопрос:
    -Что ты хочешь понять?
    -Почему я не вижу людей?
    Михаил Константинович протянул ей темные очки.
    -Прости, я не подумал про необходимость такой учебы. И совсем не учебы даже. В мире, где ты очутилась, свои законы восприятия реальности. Одевай очки. Мне они не нужны.
    Елена надела очки и ахнула: магазин переполнен людьми, как районный супермаркет! А около их столика стоит женщина – толстая, старая, маленького росточка, в перепачканной черной юбке, в цветастой зеленой блузке.
    -Детки, можно я с вами присяду? Ненадолго?
    -Конечно, – ответила Елена.
    Женщина отодвинула от столика кресло, села, вытянув вперед ноги в стоптанных ботинках. Потом сморгнула замком огромной сумки и достала грязный стакан.
    Елена быстренько схватила со стола и затиснула в кулак последний оранжевый мандаринчик. Почему-то ей не хотелось, чтобы мандарин, пусть и случайно, очутился рядом с прибором неприятной компаньонки.
    Старуха достала из сумки бутылку с красной жидкостью. Открутила пробку и налила полный стакан. Выпила. Через стол протянула руку к тарелке Геровича с мороженым.
    -Сынок, дай...
    -Вы хотите мороженого? Забирайте! – сказал Герович.
    –Нет, забирать не буду, ты дай...
    -Может, она просит денег? – спросила Елена.
    Женщина подняла на нее круглые удивленные глаза в обрамлении коротеньких рыжих ресниц. Михаил Константинович набычился.
    -Дай, сынок! – продолжала старуха скрипучим голосом. – Моя рука чистая! И ты, внучка, не бойся. Я всю жизнь отработала в Корпорации приготовления деликатесных блюд. Угощала пришельцев со всей Галактики.
    Елена слушала и поглощала холодное мороженое так быстро, как никогда в жизни. Михаил Константинович смотрел на старуху. Он пробовал ее уговорить – забрать его тарелочку. Женщина упиралась, руку не убирала. И тогда Елена схватила ложку Геровича, набрала мороженого и шлепнула холодный ком в коричневую ладонь незнакомки.
    -Спасибо, – сказала старуха. Слизнула языком мороженое, затем облизнула руку и сплюнула на мозаичный пол мини-кафе.
    -Я вас знаю, – сказал ей Герович. – Вы всю жизнь учились делать добро.
    -Теперь я предпочитаю зло. Давным-давно. С той поры, как осталась одна. Вы понимаете, дети, нет на свете страшнее беды, чем остаться одной...
    Елене стало так жутко, что она вскочила из-за столика. Герович догнал ее на улице.
    -Лена, подожди, – слова звучали взволнованно.- Видно, запомнится наш обед! – Лена, не уходи! Нам нужно приобрести тебе туфли, платье. Мы сюда пришли с этой целью! Возврати мне, пожалуйста, очки. Лучше любуйся пустым городом и архитектурными выкрутасами, чем получать нервные стрессы. Рано тебе смотреть на Жизнь, а, еще не сходя с ее Линии.
    Ни слова не понятно! Только про платье и туфли. Очки она послушно отдала. Не хотелось новых напоминаний об одиночестве даже из царских уст. Смело вошла в пустой магазин. Села теперь уже за другой столик.
    Герович сам выбрал ей платье без всяких примерок. Беленькое, с черненьким ремешком, оно сразу понравилось. Элегантное, легкое, как на нее пошитое! Черные туфельки по земным меркам гармонировали с платьем.
    -Если бы я не наслушалась о ваших патентах, я заявила бы, что вы – модельер, – от чистого сердца поблагодарила Геровича Елена.
    - Не нужно долгих разговоров. Нам важно быстрее покинуть это место! –
    -Побежали!- сказал он, оглядываясь по сторонам, и протянул Елене руку.
    -Почему?
    -Потом!
    Елена во второй раз согласилась на роль куклы, и они побежали по магазину, стараясь быстрее добраться до двери, над которой мигала маленькая оранжевая лампочка.
    -Не бойся, лампочка всегда горит, – успокоил Михаил Константинович, заметив
    испуганные Ленины глаза.
    Уже на улице он объяснил Елене, что заметил в магазине Ножницы Афураджи.
    Это что-то наподобие земных телекамер слежения. Ножницы Афураджи призваны "записывать" незнакомые лица и еще выяснять данные, имеющиеся о подозрительных людях в службах обеспечения общественного спокойствия.
    -Видишь ли, Леночка, на самом деле, Разноцветный город не любит чужих. Его гостеприимность и материальные блага распространяются на постоянных жителей, – сказал Герович. – А мы уже попали под зоркий глаз систем Поиска, нами интересуется Агентство Планетарного Порядка. На него работает Макс. Так что, мы с тобой – молодцы, быстро бегаем!
    -Чего уж! Пора на Олимпийские игры! Как раз взяли бы золото по бегу на длинные дистанции с препятствиями, – она чуть не плакала.
    - Мне неинтересно, где работает ваш робот!
    -А я не справочное бюро, – ответил Герович, переводя дыхание. Беспокоиться теперь не о чем: он знал это наверняка.
    Елена поджала губы и быстро перевела разговор на другое. Она спросила:
    -А как же та одинокая старуха? Почему она отнеслась ко мне с настороженностью?
    -Долго объяснять. Помнишь ее изумление, когда ты спросила о деньгах? В Разноцветном городе отсутствуют деньги.
    -Да ну! А зачем тогда магазины? За что вы купили мне вещи? – Елена выглядела мрачно. Ее тянуло нагрубить. Герович после пробежки улыбался и отвечал спокойно.
    -За четыре радости и шесть удивлений.
    -Как?
    -Совсем элементарно. Я отдал продавцу свои собственные радости и удивления. Известно, на эмоциональном уровне. Сделал для него доброе дело. Человек стал более счастлив.
    -А вы?
    -Я найду свое, создав что-нибудь.
    Они медленно шли через Разноцветный город к тихому озеру. Впереди каждого ждала неизвестность. Как оно сложится?
    -Вы создадите еще одного Макса?
    -Нет! Тогда я хотел добиться... разбогатеть. На том этапе деньги существовали! Другое было время. Да и Макс... Я никогда не предполагал, что в результате получится универсальный экземпляр. Я стремился создать женский идеал – привидение, за которым гоняется прекрасная половина человечества. Всю земную мудрость, порывистость, нежность я заложил в его программы. Ну, учебное пособие для мужчин, инструкция для Донжуанов и покинутых влюбленных...
    -Сохранилось пятнадцать процентов полезного действия?
    -Конечно. Я готов отдать все до одной радости, никогда не улыбнуться, лишь бы уничтожить обновленную компьютерную программу. Я не обновлял ее, Лена! Но я дал ей жизнь с завышенной самооценкой человекоробота. Полезно понять, что зло рождается и множится из добрых побуждений. Дико, когда разворачивается спекуляция на базе научного эксперимента.
    Елена едва поспевала за Геровичем. После комнатных тапок туфли на каблуках не являлись удобной обувью. В голове не укладывалось, что кибермеханик говорит о Максе и его собирается уничтожить. Вот же вляпалась кукла в шоколад!
    – Мы можем спокойно чувствовать себя только в лесу! – твердо заявил Михаил Константинович, заметив, что Елена справилась с чувствами.
    -Отлично, будем ночевать в лесу, лишь бы там была какая тропинка, – сказала Елена. И тяжело вздохнула.
    -Тропинки есть, – ответил Герович. – Видишь – тень, свет проникает слабо, ветви переплетаются над головой. Однообразные тени создают прерывистую световую "морзянку". Именно из-за нее сотрудники системы Поиска в лесу не так быстро смогут найти беглецов.
    -А если дождь?
    -В дождь мы выбрались бы из Разноцветного города в миллион раз быстрее. Но в этом месяце дождей не бывает.
    Елена замолчала. И Герович не вмешивался в ее мысли. Шли рядом по полю, к видневшемуся неподалеку лесу. У каждого из них хватало проблем. Кто-кто, а кибермеханик представлял, как отчаянно кричит у девушки душа, и как сложно будет избавлять человека от беды, когда он считает эту беду иллюзорным счастьем. "Мне не удалось бы увести ее из музейной квартиры, – подумал вдруг Герович. – Она ушла, потому что боится моего робота! Смешная! Любит, боится, любит, выбирает лес и шагает в неизвестность. Отчаянная, девка!"
    Начался лес. Они углублялись в чащу, пока верхушки деревьев полностью не закрыли небо. Высокие ели не оставляли просветов, не давали пробиться солнцу. Первая ночь в Разноцветном городе под открытым небом, однако, без него!

    November 6, 2014 at 9:03 am | Reply
  26. Сташка Гринич

    Глава 12
    Дарья Сергеевна ожидала внучку. Ожидание превратилось в главное занятие. Семь долгих дней внучка не отзывалась. Сегодня утром Дарья Сергеевна позвонила ей на работу, в институт уфологии. Там ответили, что специалист по контактам с иноземными цивилизациями Вышинская Елена находится в служебной командировке. Сама попросилась, написала заявление без указания сроков. Уставом отдела такое позволялось при условии разработки новой темы....
    Кто-кто, а Дарья Сергеевна знала на собственном опыте, как захватывает новое открытие в космологии. Или намек на взаимопонимание с обитателями Галактики. Когда-то сама не могла оторваться от работы. Пор года, не то, что дней, не замечала....
    Она посмотрела в окно по привычке и подумала: " Как быстро весна наступила! Какая красота на улице! Только-только расцвел жасмин. Вослед зажгут белые свечи каштаны... Вознесут мою молитву о встрече с Леночкой!"
    -Дарья Сергеевна! Ну, сколько можно пялиться в окно! Время и на меня обратить внимание. Разве допустимо, я ожидаю гостеприимную хозяюшку, а она посылает приветы птицам!
    -Ой, ты снова в своем амплуа!
    -Неповторимый, однако!
    -Как гром среди ясного неба.
    Теодор, как всегда появился неожиданно. К таким визитам привыкнуть сложно. Да они настолько редкие!
    -Никакой я не гром. Свет! Дашенька...
    Только Даша повернулась от окна к нему, сидящему за столом...
    И тут Теодор грохнулся с табуретки. У нее давно шаталась ножка, которую необходимо было поправлять для устойчивости – не было в доме хозяина!
    Хозяйка притащила на кухню кресло из зала. А Теодор...вот чудак! Достал из антресоли молоток, гвозди и придал колченогой табуретке нормальный вид.
    -Нет хозяина в доме, сразу видно! – сказал Теодор.
    -Разве? Ты ошибаешься. Вот ты – с молотком в руках!
    Даша, любуясь, смотрела на Теодора.
    Теодор заметил:
    -Дашенька, у нас все сложилось бы. Ты тогда сама превратила Линию нашей Жизни в точку. Я не смог помешать. А сейчас при встречах с тобой молодею. Видишь? На самом деле, я совсем не так выгляжу...
    Дарья Сергеевна игриво помахала рукой.
    -Ай, любимый мой, светловолосый парень с другой планеты! Как хорошо! Личико бабушки изменено до неузнаваемости. Вспомнила: молодеть я начала перед первым твоим появлением в моей одинокой берлоге! Тогда...
    И они, как молодая пара, занялись обсуждением событий того дня. Ни одну мелочь не пропустили.
    -Я выглядела на семнадцать, когда с тобой познакомилась.
    -Дашенька, промолчу про свой возраст. Не тебе рассказывать, что в мире Альфа-Зэт по-иному идет Время, и люди кое-как научились им управлять. Так что, любимая моя сторонница небесного порядка, разный он, как обычный беспорядок. И понял я это недавно. Оказывается...
    Теодор замолчал. На его лице отразилось сомнение. Имеет ли он моральное право выносить на суд самого дорогого человека в Галактике свои размышления?
    Но Даша высказала его затаенную мысль:
    -Теодор, жизнь, прожитая в одиночестве – без пользы прожита. Пусть была работа, достижения...
    -Да! Осознание этой мрачной истины приходит поздно.
    В комнате потемнело. По окнам забарабанил животворный весенний дождь.
    -Ох, и люблю я ваши дожди, – признался Теодор. – Под их мелодии хочется вспоминать самое доброе, чистое, светлое...
    -А я так и делаю! – улыбнулась Даша. Ей вдруг захотелось показать Теодору альбом с фотоснимками. Никогда она их никому не показывала. Хотя сама часто смотрела.
    -Я не уверена, что действую правильно. – Ее голос зазвучал взволнованно. – Мое сердце подсказывает мне, что потом будет поздно.
    Даша подошла к книжному шкафу, встала на цыпочки и достала с верхней полки тяжелый альбом в велюровом переплете. В руках не удержала: не наклеенные, просто вложенные в альбом фотографии, веером разлетелись по ковру. К ногам Теодора упал фотоснимок девушки с темно-русыми волосами и большими зелеными глазами. Девушка показалась похожей на...
    -Это Леночка, внучка моя! – объяснила Даша, собирая разбросанные по полу фотоснимки. – А вот я в ее годы...
    И Теодору на колени легла еще одна фотография.
    -Знакомые считают, что мы с Леной очень похожи. Так не бывает, на самом деле. Но люди говорят, значит, правда? Пускай, она выбрала мою специальность и такая же старательная.
    -Ага, – произнес Теодор.
    Сейчас было ясно! Неслучайно Лена наткнулась на коммуникационный канал восприятия реальности, открыла источник энергии Времени и попала на Линию Жизни. Кто знает, может, и сам Теодор посодействовал развитию событий именно таким образом. Это же он сигал в прошлое, чтобы увидеться с возлюбленной, используя всевозможные доступы и передовые технологии мира Альфа-зэт. Он нашел раньше для встреч с Дашей, тогда – в молодости, канал связи между Землей Центра и параллельным миром Альфа-зэт! Однако почему Лена наделена способностями обитателей его родины? Может, это выдумка?
    -Даша, я хочу познакомиться с твоей внучкой.
    -Это невозможно.
    -Почему?
    -Она в служебной командировке. Возможно, в другом измерении. Даже боюсь признаться, мы не виделись семь долгих дней. Я ей позвонила, просила приехать. Как я живая до этой минуты? Сгорело сердце в тревоге! Будто семь кругов ада прошла. А ты не мог бы мне помочь узнать, где Леночка находиться? Теодор! Ты можешь!
    Дарья Сергеевна смахнула с глаз неожиданно нахлынувшие слезы и тихо-тихо промолвила:
    -Не чужая тебе моя девочка! Твоя и моя внучка, раз я так захотела... А это... дочка наша Ника, кровиночка твоя, Теодор. Мать Лены...
    Светловолосая девочка смотрела на Теодора с фотоснимка. Она была похожа на него! Вот хлопает в ладошки и радостно смеется... Пробует ползти... Делает первый неуверенный шаг, опираясь на чьи-то подставленные руки. Вопросительно поглядывает большими глазами в пушистых ресницах, будто хочет и не может спросить: отчего знакомство с названным отцом с другой планеты случилось так поздно!
    -Отчего? Почему? Зачем ты молчала?!
    И посыпались вопросы. И полились слезы. И подступала жалость. И не было ответов...
    Самыми близкими людьми во Вселенной почувствовали себя, наконец, Теодор и Даша. Между ними теперь не существовало секретов, не происходило мелодрам. Жизнь намного талантливее любых мелодрам. Она расставляет точки...
    -Да, мы превратили Линию Жизни в точку, – сказал на прощание Теодор. – Я обязательно отыщу Лену, где бы она ни была. Помогу ей вернуться домой. Это я тебе не просто обещаю – считаю за обязанность. И не стану отсылать тебя, Даша, в другую комнату, чтобы в мгновение ока исчезнуть!
    На полу обрисовалась полоска солнечного света.
    "Он не вернется", – подумала вдруг Даша.
    Она ошибалась. Теодор обязательно должен был возвратиться. Отбитый кусочек зеркала – талисман-пропуск остался в том месте, куда спрятала его Дарья Сергеевна. А его нужно было вернуть в мир Альфа-Зэт, где таблица элементов Менделеева была совсем другая.
    Теодор из-за оглушительных новостей забыл спросить про талисман.
    Зато Фед мог сделать своему подчиненному очередное замечание. Он ворвался в горькие размышления Теодора, как только тот попал в Разноцветный город.
    -Начальник, мне известно, где ты побывал и что ты пережил. В некотором смысле я даже тебе сочувствую, – телепартировал Фед. – Нужно поседеть, чтобы дознаться, что у тебя была дочь и что ты – случайно – едва не довел до самоубийства собственную внучку, оказывается! А ты молодец, друг, если хорошо то, что хорошо кончается. Поздравляю!
    -Не нужно, Фед! Знаю я твою похвалу. Сейчас буду у тебя, в подземелье. И тогда выскажешь все, что про меня думаешь.
    Подземный район Разноцветного города на этот раз показался Начальнику особенно мрачным. Спасибо Феду – он дал возможность сначала пройтись по улицам, а потом предстать перед его насмешливыми глазами. Вынужденная прогулка среди синевы успокоила. И когда Начальник, наконец, уселся напротив Феда, он нисколько не волновался.
    -Отлично! Человек слова! Быстро появился! – сказал Фед. И улыбнувшись, добавил: – Не будем мучиться. Поиграем в детскую игру.
    Это только так называлось – "детская игра". На самом деле, в мире Альфа-Зэт с детства приучали людей говорить правду и только правду. В редких случаях игры использовались взрослыми.
    -Пересядь, пожалуйста, на кресло "правды"!
    Начальник подошел к белым креслам, которые стояли одно против другого. Выбрал левый ряд. Фед садиться не торопился. Он выбрал себе место только тогда, когда в кабинет один за другим начали входить представители Высшего Совета. Многих из них Начальник видел впервые, поэтому сидел перед ними абсолютно спокойно. Каждый из опрашивающих имел право задать только один вопрос.
    И вот прозвучал первый:
    -Вы могли бы поменять планету?
    -Нет! – убежденно ответил Начальник. – Я жертвую многим в жизни, однако мир Альфа-Зэт нравится мне больше других. Не потому, что тут мне лучше. Просто, так правильно.
    -Вы любите путешествия?
    -Я вначале сам думал, что по натуре странник и не смогу жить без дорог. Затем пришло понимание: от самого себя не убежишь. А я пробовал...
    -Ваш любимый цвет?
    -Желтый. Одному тоскливо под солнцем. Это же цвет солнца. Думаю, мне не хватает в жизни душевной теплоты близкого человека.
    Тут же задал свой вопрос Фед. Без укора.
    -Что такое жизнь?
    -Жизнь – это любовь! Теперь я не признаю других истин. Хотя было... Обманывал самого себя, утверждая: жизнь – карьера, работа, благоустройство. Что угодно. А любовь, оказывается, придает смысл всему существующему. Без любви не существует жизни.
    -Вы уважаете самого себя?
    Начальник сморщился. Ему не хотелось отвечать на этот вопрос. Игра не позволяла хитрить, давать неточные ответы.
    -Я.... Не могу разобраться со своими жизненными проблемами. Это отбивается на самочувствии, на работе, на отношениях с друзьями, трудовой деятельности. Я...стыд...не могу уважать себя, хотя и хочу.
    Одни вопросы вызвали у Начальника трудности, затронули за живое, другие – вообразились ненужными. Все же игра утомила. Фед видел это, но и после "правды" не отпустил своих сотрудников. Он сказал:
    -Играем в "стоп-предст"!
    Правила этой игры позволяли фантазии разгуляться, как гостям на свадьбе. Каждый из участников предлагал другому экстремальную ситуацию. Из нее требовалось найти выход. Надо же, дошла очередь до Феда и Начальника! Фед начал:
    -Твой отдых в Подземном районе закончился. Ты с радостью прогуливаешься по проспекту Разноцветного города. Но торопишься решить неотложную проблему, беспокоящую тебя. Пользоваться каналом телепартической связи не можешь. Ты становишься на полоску солнечного света, чтобы переместиться в нужное место. И...ничегошеньки не выходит! Полоска превращается в пику – древнее оружие воинствующих землян Центра. Шокированный, поднимаешь пику с земли. Она светится в твоих руках, ибо это совсем не пика из глубины тысячелетий, а новейшее смертоносное оружие, которое дотла разнесет мир Альфа-Зэт, если его бросить. Ты...
    -Я выхожу из игры! – закричал Начальник.
    И решительно направился к дверям, хотя ни разу не позволял себе так покидать кабинет Феда и заседания Высшего Совета.
    -Иди, Начальник! Теодор, не нужно сомнений!
    Слова Феда звучали спокойно. Не слишком ли? Уже за дверью послышался телепартический зов:
    -Твои мысли для меня не составляют секретов. Не обижайся напрасно! А в Разноцветном городе мы еще доиграем. Сам увидишь...
    В принципе, Начальник был не против "доиграть" на любом эмоциональном уровне. Только не теперь! Его ждало цветное шоу в рабочем кабинете, которое не просто успокаивало. Реальный ход событий требовал срочных действий службы 2-П. Повлиять на них невозможно. Робот Макс продолжает искать землянку Лену через Систему Поиска. А вот – Начальник задумчиво отложил на край стола небольшую оранжевую открытку – наиважнейшая информация с Центра Дактилологии. Макс, используя язык жестов, пробует перенять мудрость жителей параллельного мира номер один. Значит, все-таки вышел на канал связи. Просчитал по алавэру Лены способы проникновения в другую реальность. Путем умозаключений вывел способ возвращения в мир Альфа-зэт. Чего жаждет машина?
    -Фед, ты хочешь говорить со мной? – телепартические позывные Начальника были сейчас очень настойчивыми. – Скажи мне, что планирует машина?
    -Мы люди с тобой пока... – тоном университетского профессора ответил Фед. – Но есть предчувствие...
    -Всегда ты веришь предчувствиям! Предсказать действия робота невозможно из-за отсутствия его кибер-характеристик. Ясно одно: неслучайно он выбрал параллель номер один, самую наиближайшую к Центру. С этого и начнем.
    -Все зависит от памяти!
    -Ну, не скажи! Земля заражается воинственностью от параллели номер один. Паразиты с генами войны возвращены в то прошлое, когда жестовый язык предшествовал звуковому. Они не могут передать свой апломб словами, но не имеют никаких препятствий сделать это жестами.
    -Макс – не воин!
    Фед терял терпение. Последняя фраза прозвучала со злостью.
    -Твой Макс – любовник! Так в любви не обязательны слова! Он знает язык жестов, спроси об этом у Геровича. И когда роботу хватит памяти.... Начальник, я не шучу! Найденная тобой железка нарушит равновесие между Параллелями! И мы не сможем пользоваться одним нам известным методом достижения любой планеты.
    -Фед! – позвал Начальник.
    Никто не ответил. Огромное пространство представляло собой пустоту!
    Впустую растрачивалась энергия! Фед упрямо отмалчивался. Начальник подумал: " Решать проблему дальше необходимо одному. Да и беды сам натворил: сначала использовал коммуникационный канал и надеялся, что никто его не откроет. Потом выдумал способ уничтожения информации при помощи любви. А любовь? Ее сокрушающая сила.... А может, созидающая? Вообще, где этот Макс? Пусть бы рассказал все, что знает об этой чертовой шутке Геровича! "
    Начальник, измученный, расстроенный, обхватил голову руками. Да так и уснул – прямо в кресле, за рабочим столом.
    Наступающий день грозился новыми проблемам

    November 6, 2014 at 9:04 am | Reply
  27. Сташка Гринич

    Глава 13

    Герович, любуясь, смотрел на Лену. Поджав ноги, скрутившись калачиком, она спала. Сбоку валялись туфельки...
    "Леночка, девочка моя незнакомая, – подумал он, – сколько же тебе довелось вытерпеть из-за моей гордыни! Как же стремился я когда-то воплотить женскую мечту, создать этого Макса... На прощание что-то хотел доказать любимой женщине! Вот теперь жизнь в старости – ни женщины, ни удовлетворенности изобретательством, ни веры в идеалы. А моя девочка страдает...".
    Где-то крикнула сова. Елена не открыла глаза.
    " Долго не могла заснуть, – снова вернулся в мыслях к своей попутчице Герович. – Нет! Женщины – непонятные существа. На всех параллелях, в любых мирах. Недостижимый идеал – цель. И , когда женщина находится рядом со своим идеалом тоже.. Недаром же Леночка рвалась на улицу через стены. Она с седьмого этажа через окно сиганула и снова вернулась – до того интересно ей было с Максом! Вишь, полагают женщины, идеал – беспредельность.... И верят выдумке. А так не бывает! О, Лена хотела научиться видеть Разноцветный город! Я ее по-другому научу видеть, и жизнь покажу с изнанки. В конце концов, не по книжкам в отделе по наведению контактов с другими цивилизациями на Земле знакомятся с жизнью!"
    -Мне никак не хочется знакомиться с жизнью, по-вашему, – сказала Елена и посмотрела на Геровича.
    -Так я вслух рассуждаю? – встревожился он.
    -Зачем вслух, а, Михаил Константинович? В мире Альфа-Зэт имеется телепартическая связь. И боюсь, что люди могут приходить во сны.
    -Тебе что снилось? – он приготовился внимательно слушать, сел поближе.
    -Возможно, лес, – она засомневалась. – Не могу точно описать, где это было, зато могу рассказать, как разворачивались события.
    -Я слушаю.
    -Мне снилось: пришли утопленники. Много утопленников и среди них Макс. Они вели себя очень культурно, с детской непосредственностью. Я сдерживала себя, чтобы не пожалеть его. А ему так хотелось нежности! Поцелуев, объятий. Я откуда-то знала, поцелую Макса – сама превращусь в покойницу, и так же буду выпрашивать ласки.
    -А причем тут лес?
    -Подсознание подбросило какие-то ужасы, потому что мы ночевали в лесу. Смотрите, ветви деревьев поднимаются в небо ступеньками. Во сне я оказалась на самом верху. Меня заставляли сойти на землю. Вы! Это было страшно: сделать шаг на ступеньку ниже. А Макс.... Он стоял на земле и звал меня. Я плакала и кричала от ужаса. Сердце разрывалось на части, потому что я осознавала, насколько мне хочется к нему, и насколько я боюсь своего желания. И тут опять вы, Михаил Константинович, вздумали познакомить меня с жизнью.
    Герович с облегчением вздохнул. Лена услышала только последние слова его долгих рассуждений о женских бесцельных поисках несуществующих идеалов!
    -Лена, – сказал он, – Сны есть сны. Беда в том, что эмоциональное поле не распадается. Человек, сколько бы лет ему ни было, способен восстановить в памяти события, связанные с любовью. Земляне Центра (а мы так зовем твою родину) не сомневаются, что существует интуиция. А оно – и первое, и второе – называется воздействием эмоционального поля.
    -Зачем мне урок?
    -Скорее, истина.
    Герович на секунду задумался. Лена протянула руку за очками, которые лежали на траве:
    -Хочу увидеть разноцветный лес!
    -Не торопись. У нас другие планы.
    -Какие? И неужели не вы сами объяснили мне вчера вечером, что слово "план" камуфляжное? Прячет бездеятельность, не обозначает даже мечту!
    -А ты хорошая ученица! – улыбнулся Михаил Константинович. – Пора приготовить завтрак.
    Елена удивилась:
    -Завтрак в темном лесу, где снятся недобрые сны? Вы собираетесь кормить меня ягодами и съедобной травой?
    Он заявил голосом, не терпящим возражений:
    -Завтракать будем в кафе "Спайдер".
    -Вы не поверите, но я изучала английский язык.
    -Рад, что для тебя не существует неожиданностей!
    Как же Герович ошибся! Елена не представляла даже, что он приведет ее в место, кишащее пауками! Она не сразу увидела, что происходит вокруг.
    Когда вошли в кафе, залитое светом, вдруг ощутила резкую боль в глазах. До крика! Закрыла лицо руками, закусила губы – и почувствовала: горячие слезы хлынули из глаз! Вначале растворялась в слезах! И Герович мог бы решить, что ее облик делается расплывчатым в свете "Спайдера", если бы....
    Елене вспомнилось, как горел под ее взглядом паспорт Макса. То же самое ощущение помогло не удивиться, не растрогаться от собственной непохожести на других, а внутренне собраться. Усилием воли она остановила вулканическую лаву своих слез. Может, тем самым спасла саму себя и не исчезла, а приобрела зрение! Вообще, сколько можно жить в Разноцветном городе наполовину незрячей, видеть дома и не видеть – жителей!
    Только пауков врядли назовешь жителями... Там, на Земле. Тут же....
    Все правильно, с людей в кофе присутствовали только Лена и Герович!
    -Михаил Константинович, хозяева "Спайдера" организовали специальное обслуживание? – спросила Лена, вытирая слезы. Переплела косу и сразу похорошела.
    -Ничего такого, Леночка. Просто это кафе – наиближайшее. Тебе будет здесь интересно.
    -Конечно! Я останусь голодной. Вынужденный день диеты откорректирует мою талию. Во всяком случае, пауки не подают гостям салат с кукурузой.
    -Ты сказала "пауки"?!
    Герович не мог поверить, что Елена видит без помощи специальных очков!
    -Мне сейчас без надобности очки, – Елена радостно улыбнулась. – Но я никогда не слышала, чтобы пауки хорошо готовили и имели собственное кафе.
    Она могла иронизировать сколько угодно. Салат с кукурузы оказался – за уши не оттянешь. На десерт подали клубнику со сливками и приятный, наподобие ананасового, сок. Тарелочки овальной формы, высокие узкие стаканы доставлялись на стол .Кстати, коричневый. Елена стала обращать внимание на цвет. Стаканы подавал настоящий паук, который почему-то показался ей особенно печальным.
    Голос скрипки оттенял эту печаль. Но Елену не интересовали пауки-музыканты, игравшие для посетителей на маленькой эстраде – паучьей сети.
    -Михаил Константинович, – тихо спросила она, показывая рукой на официанта, – у него что-то случилось?
    -А ты у него спроси.
    -Как спросить?
    Честно говоря, Герович в очередной раз поставил ее в тупик. Потому что с пауками она еще никогда в жизни не разговаривала! Вот и сказала:
    -У нас такое не принято!
    -Да ну! И в Центре, где многое не так, как в мире Альфа-Зэт, считается, что пауки поддаются дрессировке. Известный факт. Врядли встретишь подобных меломанов. Как видишь, скрипкой они зачарованы.
    Она не нашлась, что ответить Михаилу Константиновичу. Белая паутина волнами раскачивалась на коричневых блестящих стенах. Музыка касалась в душе каких-то струнок одиночества, заброшенности, безнадежности.
    -Вы снова рассчитаетесь своими радостями и удивлениями?
    -Нет! На этот раз ты рассчиталась с официантом "Спайдера" сама. Неужели не заметила?
    Елена растерялась, да так, что Герович пожалел ее:
    -Хочешь, я...
    И голос Михаила Константиновича ...пропал!
    В глазах Елены колыхнулись белые волны. Вдруг потолок начал рушиться на голову под пронзительный скрипичный речитатив. Плавно качнулись стены и исчезли, будто их не было.
    -Меня не интересует паучье бытие! – крикнула изо всех сил Елена.
    Но протестовать в условиях безнадежности – последнее дело. Никто не спрашивал, что ее интересует. Грустный официант с кафе "Спайдер" перебирал лапками рядом с Еленой, и в его взгляде не читалось сочувствия.
    -Где я? – выдохнулось стоном в пространство.
    Ответ прозвучал неожиданно. Елену поразил приятный мужской тембр. Как сразу представить, что это разговаривает паук? Да не была бы она уфологом! Внешний вид свидетельствует о разнообразии жизни. Паук только подтвердил этот известнейший факт, какому, известно, в повседневной жизни не придается значения.
    -Вы отдали мне свои радости и удивления в тот момент, когда я в них не нуждался, – сказал он. – Я теперь работаю бесплатно. Поймите... Никто не решался платить мне в последнее время. Поэтому я должен или вернуть вам плату, или помочь вам спасти меня. Может, нахальство просить об этом?
    Елена удивленно посмотрела на паука.
    -Вы попали в беду? – она не представляла что ответить.
    -Наоборот, – уверенно произнес паук, – я попал в счастье!
    -Как это?
    Бессмысленный вопрос! Елена знала, что за ней такое водится. И далеко не сразу до нее дошло: паук торопится на встречу с самкой (простите, со своей любимой!). Поиметь с ней минуту счастья у домовых пауков – то же самое, что ступить на заминированное поле. Хотя "поле" то – обустроенное заботливой хозяйкой жилище.
    -Моя Аллерия – отличная мастерица, – рассказывал паук, пока они шли по темным коридорам, под арками и через переходы. – Я не умею быть таким старательным и терпеливым. Она же талантливая, самая красивая, самая большая!
    И снова Елена не сдержалась, чтобы не вставить бессмыслицу:
    -Она выше тебя ростом?
    -Конечно, – ответил паук, осчастливленный таким интересом к Аллерии. – Все паучихи большие, а моя самая-самая!
    Тут он немного помолчал. А потом со стоном вырвалось:
    -Она – каннибалка. И по закону Всемирного Существования обязана съесть меня, чтобы я не мешал воспитывать детей...
    -Но как же без отцовской помощи вырастить детей? – Елена в первую минуту не смогла сдержать возмущения. А паук продолжал:
    -Чем я ей помогу? Лишними заботами, тревогой? Тем, что буду заставлять делить ее свое сердце?
    -Ну... – Елена попробовала поставить себя на место Аллерии и засомневалась, – возможно, это и называется полностью посвятить себя детям. Мы, женщины, созданы для того, чтобы исполнить свой материнский долг. Однако съесть любимого?!
    -Так лучше! Не остается никакой возможности возвратиться назад и можно достигнуть полного слияния...
    -Ага! Нирваны! – засмеялась Елена – Зачем же тогда тебе спасение?
    Паук ответил очень серьезно:
    -Я не могу стать покойником при наличии радостей и удивлений. Этот мир не отпустит меня даже при ловкости Аллерии.
    -Чем же я помогу тебе, чудак? – разговор начинал смахивать на проявление параноидальной мании страхов.
    -Чем хочешь, – бросил на ходу паук и вдруг, неожиданно вскочил на огромную сеть паутины. Его лапки очень осторожненько коснулись дворца Великой каннибалки Аллерии. И тут же, как ручеек, зажурчали слова:
    –Милый, почему ты так долго заставляешь меня ждать?
    Елена не представляла, свидетельницей чего станет, как будет себя вести в условиях опасности. Печальный официант мог обмануть ее, тем более, она не знала, зачем нужно возвращать назад неизвестные ей радости и удивления. Подумаешь...
    Паутина, перед которой Елена стояла, начала расшатываться, как батут в дырах. На батуте кто-то прыгал, стараясь не провалиться! Ее сердце затрепетало от ужаса: паук готовится стать жертвой в головокружительном ритме любви. Вспомнит ли он в объятиях своей Аллерии, что бегство – есть возможность спасения жизни?
    Минута. Еще минута....
    И тут раздался крик, отчаянный, безнадежный: "Это нахальство, но прошу, помоги!" Голос из гроба! И тогда, не думая, Елена ударила рукой по паутине. Она разлезлась так же легко, как и дома, при уборке. Черная тень молнией пронеслась по стене и исчезла в глубине коридора.
    Елена повернуться не успела, как на нее уставились притягательные глаза огромного монстра в обличии паука. При этом движения девушки начали замедляться, сила пропадать, она чувствовала, что слабеет. Попробовала идти по коридору, но какая-то неведомая сила держала. Елена села у стены, подперла руками подбородок, ее русая коса упала на грязный пол. С усилием подняла Елена глаза и посмотрела на монстра.
    -Я не боюсь, – сказала она. – Что ты хочешь от меня?
    -Ты не убежишь, пока не объяснишь, зачем разрушила мой дом! – голос вливался в уши и, правда, напоминал журчание ручья.
    -Ты – Аллерия? – спросила Елена.
    -Да! А ты – нарушительница закона Всемирного Существования, – сказала паучиха.
    -Ваша наглость обижает! Как же так? Я жизнь спасла, а попала в злоумышленники! Дорогая Аллерия! По вашему закону получается: в мире всему цена – одиночество. Вы выбрали его для себя и ваших детей.
    -Правильно, – ответила Аллерия. – Только не одиночество, а полный покой. Мне без нужды любовь, когда есть дети. Того, кому ты помогла теперь, будет любить другая паучиха. Он отдастся ей полностью. У вас так не принято. И та паучиха уже не останется без угощения и дома.... Пускай мне теперь нужно заново отстроить хоромы для моих малышей, а ты.... Паутину разодрала. Попробуй-ка лучше выпутаться из своей! Вот-вот! Попробуй, да не из скользкой, а из иллюзорной паутинки. С так называемой любви своей выпутайся! Тьфу, на тебя, пропащую!
    Аллерия засмеялась так, что ее огромное тело заходило волнами, и плюнула на Елену, как делают бабули от сглаза. Она едва успела закрыть лицо руками...
    -Лена, просыпайся! – послышался голос Геровича.
    -Михаил Константинович, я не спала. И с официантом поговорила...
    Герович внимательно выслушал Елену. И ни слова против!
    У нее мелькнуло предположение, что ему это приключение уже известно от и до. Он не задал ни одного вопроса, не бросил никакого замечания. Музыка кафе "Спайдер" вообще никак не способствовала разговору, наводя на тяжелые размышления.
    -Пойдем? – спросила Елена.
    Герович оглянулся. Официант-паук нес к их столику букет пышных белых цветов. Иголкообразные лепестки раскачивающихся цветов напоминали паутину!
    –Это, конечно, кафе из некоторых, – зашептала Елена. – Но погуляем лучше по темному лесу.
    –Зачем по лесу? Глянь, как обаятельно улыбается тебе наш паук. Он обидится, если ты не примешь от него подарок.
    Елена взяла паутиновые "хризантемы". И еще, да! – заговорщицкая улыбка официанта улучшила настроение, и – было чему удивляться!
    –Он вернул тебе плату за завтрак, – безразлично сказал Герович.
    Чего стыдиться?! Аллерия задала Елене непростую задачку. Ее нужно было обдумать в полной тишине чужую неизвестную жизнь, неприемлемую для нее, но вдруг открывшуюся, как страница. Теперь понятно, почему опасно делать выводы под чужестранную восторженность обманщицы-скрипки!

    November 6, 2014 at 9:05 am | Reply
  28. Сташка Гринич

    Глава 14

    Макс внимательно прослушивал информацию, записанную с собственного алавэра. Информация переводилась в слова специальным приспособлением робота и сразу расформировывалась по его программным блокам.
    –Отлично! – шептал робот. – По схеме!.. Соответствует стандартам... Сбой! Несовмещаемо! Неправильно!
    Он не выполнил поставленную задачу при всех выверенных условиях. Бросил на то все ресурсы, а результат – нулевой! Пока! Макс отметил это в своей голове, и решительно вышел с... синего троллейбуса на знакомой Лене остановке Разноцветного города. Путешествие в параллельный мир номер один оставило после себя алавэр, информация с которого не может быть расшифрована вообще. Ни-ког-да. А значит, никогда не попадет в память. Пусто... Хотя! При введении кода! Ага! Имеет смысл обратиться к разработчику. И тогда получится другая раскладка. Задание будет выполнено! Машины не имеют право оставить что-то на потом!
    И Макс круто повернул в Музейный район. Ему просто необходимо было вернуться на старую квартиру, чтобы убедиться: объект исчез, нужно начинать с нуля...
    Развалившись в фиолетовом кресле, Макса ожидал Начальник. Он знал: чтобы не случилось, робот явится на место своего поражения, прежде чем сделать новый шаг. Все действия человекоробота теперь будут брать начало с музейной квартиры!
    -Заходи! Докладывай! – сказал Начальник вместо приветствия.
    Макс нисколько не удивился неожиданному гостю. Поздоровался, переобулся, заглянул на минутку в ванную.
    Начальник ожидал. Робота не переспоришь, он будет, с пунктуальностью, съехавшей с ума бабки, автоматически выполнять необходимое. И от заданной схемы не отступит. Наконец, Макс подал Начальнику чашку горячего кофе и, молча, уселся напротив.
    "А неплохо!" – подумал Начальник, попробовал ароматный, приготовленный по всем правилам напиток. И заметил:
    -Из тебя получилась бы отличная домашняя хозяйка, при условии, что ты не подсыплешь в кофе приворотное зелье.
    -Зелья тут нет, – сурово произнес Макс. – Без надобности.
    -Ага! Зелья не применяем , но Лена отсутствует! Докладывать также не о чем? Говори правду, путешественник!
    -Я не могу ничего сказать.
    -Хорошо, принимается! Тогда начнем иначе. Что такое "жестуна"?
    Макс незаметно включил свои программные спецкарты.
    -Язык жестов – жестуна. Напоминает эсперанто. В отличие от эсперанто для жестуна не создана отдельная грамматика. Разработано около полторы тысячи жестов, разгруппированных по темам: люди, межличностные отношения, юстиция, природа. Жестуна входит в межпланетарный лексический фонд. Люди предполагают, – здесь робот сделал паузу, – жестовый язык предшествовал звуковому. У каждого из них есть жесты-приказы, самостоятельные реплики, акценты, удивления, сигналы, указания. Роботам дается правильно знать жестуна, и сразу предостережение: иногда жесты противоречат словам человека!
    -Неужели фразы, которыми мы обмениваемся, ничего не значат?- Начальнику стало жарко.
    -Чаще всего! – Макс улыбнулся привлекательной улыбкой киногероя. – По вашим рукам, Начальник, я читаю, что совсем не язык вас интересует. Методам ана-лайзерного сопоставления, каким способны пользоваться только роботы, я прихожу к выводу: вы желаете заставить меня рассказать о стране Жестунии с параллельного мира номер один. Да?
    Начальник сощурился, глотнул еще кофе.
    -Макс, а что ты можешь рассказать мне о Жестунии? – вопрос завис в воздухе. Пауза затягивалась. Робот не спешил с ответом. Через пятнадцать минут Начальник услышал:
    -Сделайте выводы с той информации, что я вам подарил. Вы найдете в ней ответ на тревожащий вас вопрос.
    – Ты же молчал!
    -Это все?
    -Да. Других сведений не имею.
    -Макс, ты – роботочеловек. В твоей памяти сохраняется жестовый лексический запас?
    Робот не думал ни секунды:
    -Для моего предопределения достаточно знаний! – И вышел на кухню, не ожидая следующего вопроса.
    Начальника неприятно резануло по душе безразличие Макса. Его отсутствие начинало раздражать. Телепартический зов Феда ворвался в мысли неожиданно, да еще бесцеремонно.
    -Ты кого из себя строишь, а? – спросил Фед.
    -Начальника.
    -У-у! Тебе нельзя отказать в оригинальности.
    -Я – злой, – ответил Начальник.
    -Тогда давай попроси у Макса мир-чая.
    -Я не хочу.
    -А зел-чая?
    Фед уже стоял в комнате музейной квартиры прямо напротив Начальника, и нагло щерился ему в лицо желтоватыми зубами.
    -Ты без меня теряешь бдительность. И вообще...
    -Фед, пожалуйста, не насмехайся над моими неудачами. Если честно, я готов убить этого неуемного путешественника, – Начальнику было тошно подбирать слова и что-то объяснять насчет недавнего разговора с Максом.
    -Ого!
    Фед покосил глаза в сторону кухни. Его очки, как у профессора, съехали на самый кончик носа. Привычно подтолкнул оправу вверх и совсем серьезно сказал:
    -Поднимайся, двоечник! Нам пора.
    Понять, что к чему времени не хватило. Фед буквально выдернул более объемного Начальника с кресла. Поставил его на полосу света, обрисовавшуюся на полу. Через пару минут над головами давних друзей и коллег по работе зашумели березы и клены. Земля! Голубое небо затянуто облаками.
    -Земля. Центр... – растерянно выдохнул Начальник.
    -Ну! Живого не воспринимаешь! Заимел привычку сквозь землю проваливаться. Претендовать на таланты друзей с твоей стороны – абсолютно безмозгло.
    Фед продолжал шутить в своей гадкой манере. Начальник никак не мог придти в себя.
    -Слушай, не имею желания возиться с тобой, как с младенцем! А еще нацеливался на всезнайство! – Фед резко остановился посередине парковой аллеи.- Ты что, в самом деле, собираешься стать молотобойцем или утилизатором?
    -Я...
    -Ты не киллер, Начальник. И в киллерах нет нужды, когда разговор заходит о роботах. Они не умирают, а сдаются на утилизацию. Теодор, проснись, наконец! Мне надоела психоаналитика!
    Они уселись на лавочку около высокого клена и начали разговор. Как выяснилось, Фед давно знал, что робот, использовав коммуникационный канал восприятия действительности, посетил планету Жестунию.
    -Это проще простого. Сам понял, а, Теодор? И у меня не возникло никаких проблем, когда я решил пройти твой путь, тот – одному тебе известный. Ты же бегал к Даше. Вот так и мы с тобой – раз и на Земле оказались. Хороша шутка?
    Начальник опустил глаза.
    -А Лена? – спросил он. – Ведь теперь вопрос стоит иначе. Лена открыла источник
    энергии Времени и может без проблем попасть в любое время на любую планету. Мудрость Вселенной может быть передана через нее в другие эры и на иные планеты.
    -Что – Лена?! Она – твоя внучка! Гены, братишка, гениальная кавер-версия. Может,
    тебя нужно расстрелять первым, а не Макса?
    -Все же Макс намеревался замахнуться на мировой покой. Жестуния – закрытая параллель, галактическая тайна.
    -Начальник, Макс шикарно хранит любую тайну. И спасибо за это Геровичу.
    -Причем здесь Герович?- возмутился Начальник.
    -А ты помнишь: робот подчеркнул, что язык жестуна не имеет собственной грамматики в привычном для нас виде. Жесты не озвучиваются. А значит, не могут быть восприняты компьютерной системой, как полноценная информация..
    -Но роботы имеют свой язык!
    -Не спорь со мной, Начальник. С тем небольшим запасом жестуна, имеющимся у Макса, он смог воспринять примерно...
    Фед раскинул в стороны руки. Два провода протянулись вдруг откуда-то с высоты. Их концы, будто наушники малюсенького плеера, легли на Федовы ладони.
    -Возьми, – сказал Фед. И протянул "наушники" Начальнику. – Вставляй в уши!
    Приказ! Начальник не мог отказаться от фокуса Феда. Но и выдержать такое под силу далеко не каждому! Дикая какофония пронизывала мозг. В одном ухе слышались одни слова и звуки, другое – раздиралось какой-то плавной мелодией вперемешку с имитацией взрывов. Все вместе оглушало, не давало сосредоточиться, вызывало желание быстрее спастись от удовольствия слышать...
    -Не хочу! – закричал Начальник с перекошенным от боли лицом.
    Фед неторопливо освободил своего подчиненного из музыкальных тисков – материализированных звуковых волн. Проводами они потрепетали в воздухе и растаяли.
    -Какими это концертами вздумал ты меня порадовать? – Начальник больше не собирался придерживаться субординации. – Разговор идет о войне, а не о каком-то вокале дикарей!
    -Ну, разошелся! Кто бы мог подумать...
    Энтузиазма у Феда хватило бы унять и не такой накал страстей. Как ведро холодной воды вылил на голову Начальника:
    -Тише с эмоциями! За подверженность эмоциям ты можешь получить пожизненную ссылку из Разноцветного города! Ты завалил дело! Мало того, по твоей вине открыт доступ ко всем параллелям Галактики! При решении любых задач используется информация Альфа-Зэт и только! Кто дал тебе право забыть первый пункт Правил охраны Планетарного Порядка? Эпоха Эмоций ушла безвозвратно! Им нет места в сердцах граждан мира Альфа-зэт. Вспомнил? Черт побери!
    Начальник все же начал обороняться:
    -Неужели не те же самые эмоции нагнетаются твоей агрессивной Музычкой? Или это не ты кричишь от интеллектуальных перехлестов?
    -Я дал тебе послушать два мира. Также Макс воспринимал реальность на Жестунии. Твоя память осталась глухой! Зато выплеснулись эмоции. Роботу недостижимо последнее. Понимаешь, Теодор, Макс рассказал тебе правду. Посещение параллели номер один оказалось для него пустой тратой времени. Насколько пустой, ты сам смог почувствовать. Но для этого мне понадобилось... – Фед поддел ногой желтую опавшую листву. – Центр, знаешь, имеет свои особенности. В Разноцветном городе я не смог бы ничего тебе объяснить. У тебя не возникает никаких вопросов?
    -Я не готов думать.
    -Вот тебе и на! Прахом все мои старания! Хорошо, выручу! – сказал Фед. – Проанализируем обстановку....
    Они шли уже по многолюдному проспекту Малевича, когда Начальник произнес:
    -Робот не мог случайно попасть на Жестунию. Перед ним была поставлена какая-то задача. Врядли мог он и самостоятельно затребовать абсолютно новую информацию.
    -Продолжай!
    -Боюсь, снова фишка Геровича. Он же убедил своего металломаразматика в принадлежности к высшей касте людей.
    Фед снял очки, внимательно окинул близорукими глазами подчиненного. И будто черту подвел:
    -Разберись, Теодор, с этой головоломкой, прежде чем действовать. Может, и Макса воспримешь, как надлежит. А то... На тебе, Начальник – киллер! Ну, раз я тебя не уволил за крамолу, давай отдыхать, пока мы здесь, а работа там. Хочешь, загляни к Даше. Хочешь, вернемся назад в Разноцветный город.
    -Нет, Фед! Я люблю головоломки.
    -Любишь? И в самом деле, горишь желанием пройтись по лабиринту, созданному Геровичем? Без ключей откроешь, на ощупь будешь пересовываться шаг за шагом вперед? И ни разу не нарушишь правила?
    -Да!
    -Теодор, я тебе завидую!
    -Вот чего не ожидал от тебя, Фед, так зависти. Слушай, а не с нее ли все и берет начало?! Ты не знаешь, зачем Геровичу нужно было создавать Макса?
    -Толковый вопрос. К сожалению, без ответа...
    На этом закончилось импровизированное совещание двух сотрудников большой планетарной структуры. Фед спешил в Подземный район. Начальнику захотелось побродить одному по улицам, где царила осень. Ему требовалось сам-насам обмозговать увиденное, услышанное, недодуманное.
    В далеком Дашином окне горел свет. Он звал своей теплотой. А холодный ветер срывал последнюю листву с каштанов. Эх, осень, осень, знала бы ты, какое головокружительное в Разноцветном городе лето...

    November 6, 2014 at 9:06 am | Reply
  29. Сташка Гринич

    Глава 15

    После встречи с Аллерией, уже в лесу, Елена раззнакомилась с серой пичужкой. Михаил Константинович места себе не находил от возмущения: надо же, птичка прилетела, и она ее приручила! Крохотная птичка порхала от радости – внимание уделяют! – и клевала хлеб у Елены с ладони. Вообще, Михаил Константинович эту пичужку заподозрил: кто она такая – неизвестно, о чем щебечет – тоже, лес кругом, никакой цивилизации. Терпел он, терпел детство да не вытерпел: прогнал пернатое создание.
    -Что она тебе? Скажи, зачем? – отчитывал он Елену.
    -Мы вместе изучали вопросительные местоимения.
    -Хорошо, я ошибся. Но это могла быть... криминалистика!
    Елена грустно посмотрела на Геровича.
    -Давайте, Михаил Константинович, спать. Надеюсь, завтра мы уже выберемся из леса, и нам станет намного легче.
    -Да! Завтра все будет по-другому.
    Герович замолчал. Он думал: "Эта девушка сделала то, что не удалось мне – открыла источник энергии Времени. Значит – свободный доступ в прошлое и будущее, в любой параллельный мир, к любой планете. Мой робот скопировал способности Елены на алавэр, чтобы потом я изучил их и смог осуществить свои задумки. Планета Жестуния хранит великую тайну: властвовать над миром можно без войны и системы принуждения. Тайна раскроется. Я узнаю, как это делать. И тогда скажу: цель достигнута! Я должен оставить Елену одну. Нельзя больше терять с ней время. Там, в Разноцветном городе, Максу расшифровали его алавэр. Информация может попасть в чужие руки. А это нельзя допустить, потому что на карту поставлена моя жизнь".
    Ночь прошла в раздумьях. И с первыми солнечными лучами Герович разбудил Елену и привел ее на опушку леса.
    -Извини, у меня к тебе просьба, – его голос звучал официально. – Мне необходимо отлучиться на часок-другой. Ты будешь ожидать меня на опушке. На этом самом месте. Чтобы ни случилось... Не выходи в город!
    -Михаил Константинович, а чем я буду заниматься? – Елена не могла понять, о чем просит Герович, она не представляла, что будет делать целый день одна в лесу. – И потом, если жить настоящим – будущее не вырисовывается...
    -Отбрось философию! События развиваются должным образом, – лицо Михаила Константиновича стало сосредоточенным.
    Елену как током ударило! Перед ней стоял совсем другой человек. Она подумала: "Я совсем ничего о нем не знаю! Приняла его помощь, не рассуждая!"
    Незнакомец исчез также неожиданно, как и появился. С Еленой разговаривал внимательный, доброжелательный Михаил Константинович...
    -Леночка, – сказал он, – девочка моя! Выполни мою просьбу. Погуляй по лесу. Но вернись на опушку. Я буду тебя там ожидать. И думаю, ты не станешь нарываться на неприятности. Их в Разноцветном городе много!
    -Ну, что вы со мной как с ребенком? Я дождусь вас.
    -Отлично! – сказал Герович. И исчез.
    Елена никак не могла привыкнуть к световому способу перемещения в Разноцветном городе. Михаил Константинович долго объяснял ей, что нет в этом ничего сверхъестественного. Наоборот, скоро, и в других мирах откроют подобный способ использования солнечной энергии. Елена смеялась, представив, как разозлится начальник, когда она засидится на работе до ночи и заснет прямо за рабочим столом, потому что солнце не завезло ее домой. А то еще лучше, опоздает работник утром на службу из-за пасмурного неба, полностью затянутого облаками! А неужели все жители Разноцветного города ночью спят? Ведь далеко не всегда хватает дня, чтобы все сделать и везде успеть. Да, а вдруг кому-то захочется посидеть в ночном ресторане?
    Спросить что-нибудь у Геровича Елена не успела. А когда, наконец, дошло, что стоит одна на опушке, смотрит вдаль....
    Подняла голову на небо и поразилась: ни облачка! Теплый солнечный денек. И надо куда-то идти, только вот – куда? Чуть переставляла ноги по лесной тропинке и шла обратно в лес – лишь бы идти, озабоченная одним вопросом: неужели сама такая невнимательная, или...
    Встречаться с людьми не хотелось. Только отступать поздно. Тропинка привела Елену к самой стоянке или к лагерю туристов. Навстречу торопился мужчина, одетый в черное. Елена подумала: "На разноцветном фоне его одежда смотрится экстравагантно!". Не менее экстравагантно прозвучало и приветствие:
    -День – безразличие! Ты наша?
    -Здравствуйте, – прошептала смущенная приветствием и вопросом Елена.
    -Не будем спорить, – ответил мужчина. – Я – Встречающий... К нам приходят те, кто знает, в чем настоящее счастье.
    -Я не знаю...
    -Все неважно, – его ответ прозвучал спокойно, как абзац из книги на пороге снов.
    Вдруг вдалеке послышалось: "Зачем нам эти звезды? Мы в них не нуждаемся..."
    К Елене начали по очереди подходить люди, одетые в лоскутья разных цветов. Некоторые наряды выглядели очень торжественно, как для бала. Некоторые – смущали и вызывали отвращение. Люди держали в руках фосфоресцирующие звезды, прикрепленные, будто игрушки, на длинные ножки.
    Елена удивленно расширила глаза.
    -Если ты думаешь, что это все для тебя, грустно ошибаешься, – сказал Встречающий.
    А она ничего не смогла ответить, потому что люди начали скидывать ей на руки свои звездные жезла. И вскоре, как охапку дров, держала она на вытянутых руках блестящие звезды и уже прогибалась под их тяжестью.
    -Я не могу больше!
    Встречающий строго посмотрел на Елену:
    -Сможешь! Скоро все закончится.
    Он внимательно изучал ее лицо, видно, намеревался прочитать мысли.
    -Кажется, на меня взвалили небо! – прошипела Елена, когда последний "шутник" подскочил и вскинул свою "планету" (а он так и сказал!) на самый верх горы неожиданных подарков.
    -Пошли... – как-то неуверенно произнес Встречающий.
    И они – мужчина в черном балахоне и молодая девушка в синем свитере с охапкой звезд на руках, не разбирая дороги, направились в лес. Чаща расступилась. Перед ними открылась поляна в окаймлении молодых елей.
    -Куда мне положить это богатство? – спросила Елена.
    Ее утомленный голос, в котором хорошо слышалось отчаянье, поразил Встречающего.
    -Нет, ты – не наша! – вдруг воскликнул он. А потом сказал:
    - Бросай звезды под ель. Их найдут те, кому они нужны. Смелее, не бойся! Бросай! Вот так... Я теперь осознаю, что ты не была нашей и никогда ее не станешь. Просто многие люди не догадываются в чем настоящее счастье и гоняются за идеалами.
    -За какими идеалами? – заинтересовалась Елена. Провела рукой по свитеру, счищая невидимую звездную пыль.
    И тут Встречающий резко схватил Елену за руку и закричал, что было сил:
    -Убегаем! Быстрей! Тебя настигает Образ Пустого Пространства! Побежали!
    Он тянул Елену так, что она раскачивалась в воздухе, как тряпочная кукла, и все ровно не успевала, сбивалась с шага, царапала ноги и руки о сучья кустарника. Одна из елочек совсем не ласково проехалась лапой ей по лицу. А в воздухе между тем звучала тягучая, как мед, мелодия, сладкая, пронзительная, зовущая обратно...
    -О, жуть! – так мчаться по лесу! – просилась Елена.
    -Тихо! – только и повторял Встречающий.
    Наконец смолкли все звуки. Вокруг установилась оглушительная тишина. На пригорке, пахнущем чабрецом, они рухнули под ель. И сколько еще не могли отдышаться!
    -Прости, – Встречающий чувствовал себя перед Еленой виноватым.
    -Да, что вы, не нужно, – сказала она.
    – Объясните только, от какой беды мы убегали?
    -А-а! Это связано с жизненным укладом людей, с которыми вы познакомились, и их звездами, – он заговорил монотонно. Видно, ему часто приходилось отвечать на подобные вопросы.
    -А где живут эти люди? Они пришли из Разноцветного города? – не унималась Елена.
    -Может и так. Но живут они по-за Добром и Злом, и поэтому любой город Вселенной могут называть своей планетой. Но они не имеют своих планет.
    -Я не понимаю вас.
    Встречающий раздумывал. И тут он заметил, как внимательно наблюдает девушка за резвящимися на ветвях кустарника чижами. И тогда сказал:
    -Неважно. Человек по собственному желанию отворачивается от жизни. При помощи специальных напитков, наркотических средств, да мало ли каких занятий. Ему кажется, что он достиг цели и избавился от боли. Постепенно очерчивается Образ Пустого Пространства, который им принимается за счастье. Но это очередной обман! Образ! Он очерчивается, зарисовывается, заполняется. Понимаешь ли, Пустого Пространства во Вселенной не существует!
    -А звезды? Зачем они поотдавали мне свои звезды?
    Елена повернулась к Встречающему. И застыла пораженная: выражение его лица менялось на глазах. На лбу, около губ появлялись глубокие морщины, кожа делалась бледно-желтой, будто он много дней провел за решеткой. Безразличный взгляд с наплывом черной неизбывной грусти блеснул и спрятался за маской равнодушия и бессердечности.
    -Эти чудаки вручили тебе свои судьбы, чтобы ты не платила страданиями за несуществующую жизнь. И не гналась за идеалами, – его голос стал более звонким.
    -За какими идеалами? – повторила Елена мучающий ее вопрос.
    Но Встречающий только упрямо поджал губы.
    -У тебя есть цель в жизни. Значит, не трать время напрасно. Занимайся порученным тебе судьбой делом. Только не выбирай бездорожье и не отказывайся от звезд. Когда почувствуешь желание заняться обрисовкой Пустых Образов, приходи к нам – поможем! Мы умеем быть счастливыми, не наша! Мы научим тебя лепить пустые образы на планете Альфа-Зэт. Если захочешь. Но ты не готова к этому. Люди поверили в то, что их звезды помогут ярче разгореться твоей звезде. Дай им верить сразу и в обман, и в правду. Не отбирай у них Образ, а, не наша? Но не обманывай ни их, ни себя... А, может, ты вспомнишь, ты – наша.… Или…
    Ни одного больше слова не прибавил Встречающий. Не указал дороги, которая вывела б.... Куда? Елена не знала. Выбор Максовой тюрьмы, если сравнить его с жизненным выбором создателей Образов Пустого Пространства – новый контакт – казался ей теперь мелочью...
    Елена вернулась на опушку леса. Ждала Геровича до самого вечера, а потом нашла в лесу место, где они останавливались. Улеглась под раскидистой елью и вмиг уснула, так, будто "сели батарейки". Она не хотела, а сон сверкал звездами, которые раскачивались по небу и цеплялись за него тонкими ножками.
    Когда Елена раскрыла глаза, ее окутывала густая, черная, как тушь, ночь. Герович не отозвался... И тогда она, сонная, измученная, решительно направилась в сторону Разноцветного города. Ее цель не могла и не позволяла ждать ни минуты! Об этом говорил Встречающий и та птичка, что прилетала вчера вечером...
    Когда в чащу прилетает птичка? Более того, кажется, до Елены дошло, насколько просто скатиться в Пустое Пространство. Лично ее рукой там начертано золотыми буквами имя – Макс. Но все дороги ведут теперь в другую сторону. Ха-ха! Именно это напела пичужка (ах, криминалистка!), пока Михаил Константинович не прогнал ее. Елена шла по лесу и совы вторили ее размышлениям:
    -Куга! Ага! Правильно. Иди, не сдавайся! Верь в себя! Иди! Астронавтка! Тебе осталось совсем немного: добраться за ночь в Разноцветный город!
    Теперь она не собиралась погибать в неизвестности, бояться и прятаться. А чего скажите, молодая красивая девушка, по специальности уфолог, должна пасовать перед трудностями? Новый мир открывался перед Еленой. Праздником являлось освобождение из самой, что ни есть, черной черноты!

    Глава 16

    Досада сжигала его душу, разрывала сердце. Казалось, еще чуть-чуть и оно не выдержит этой адской боли. Герович пришел в музейную квартиру утром – семи часов не было. И вот – профессиональный провал! Робот в двадцатый раз одинаково отвечает на вопросы и при этом смеет обвинять в недоработках своего создателя!
    -Ты не стер в памяти информацию о том, что натворил? Знаешь, что натворил?!- Герович не мог спрятать раздражения, глядя на тупую машину. Да, я устал, но этот ты – робот...
    -Я – человекоподобный робот, – вновь произнес Макс. – Знаю свое предназначение, задачи, храню информацию. Последнюю задачу не смог выполнить из-за ваших ошибок, разработчик.
    Широкое кресло стало тесным для Геровича. Еще секунда – и он бы побежал по комнате. Почему-то вспомнилась умершая жена. Он подумал: "Почти так я не умел сдерживать своих эмоций много лет назад, перед самым разводом. Как раз тогда мне и пришла в голову идея создать Макса УН УЧР. Очень уж умно говорила моя белокурая Виктория. Рекламировала собственное "я", будто на трибуне, утверждала и подчеркивала свое достоинство. А я сам... что? Несчастный инженер? Ох... Человеколюбивый завистник? Малорослый Геракл? Затурканный Нарцисс?! Виктория ловко подбирала сравнения. Умело! Но и она не могла догадаться, что под эпитеты, хлесткие метафоры и гадкие слова в моем воображении рождается человекоробот. И идея – это гениальная. Необычайно гуманный, человеколюбивый – такой, каким приходил к ней в мечтах ее сказочный принц! Я старался смастерить для нее по некоторым спецкартам "принца", такого, каким я ей когда-то казался – думал Герович. – Чтобы в одном роботе собрать притягательность всей мужской половины человечества. Чтобы ни одна женщина мира не устояла перед его умом, красотой! Чтобы женщины плакали... Но хватит лирики! Что сказала эта машина? Или послышалось? Разработчик – пошутил с Планетой Альфа-Зэт?!"
    -Слушай, Макс, – равнодушно, как солдат перед боем, – начал новую, отчаянную речь Михаил Константинович, – я точно знаю кто ты и что! Вспомни, чье высказывание: "Если ищешь памятник – осмотрись вокруг"?
    -Латинское, – не медля, ответил робот.
    -Ну, так вот, Макс УН УЧР, оно тебя касается.
    -Я не... памятник.
    -Молчи! Ты же изменил формат. Простенькую задачку!
    -Задайте ваш вопрос в понятной форме. Если я не смогу на него ответить, переспросите меня.
    – Ты не понимаешь, о чем я спрашиваю? – Герович жестко чеканил каждое слово. – И утверждаешь, что виновен разработчик?
    -Да! Разработчик виновен!
    Ничего другого не оставалось: Михаил Константинович применил код. Это была комбинация жестов, заложенная в память робота. Она применялась в экстренных случаях и вызывала полное отключение жизнедеятельности.
    Серо-стальные глаза робота потемнели. Он начал медленно отклоняться назад и упал бы на пол, если бы разработчик не подхватил его вдруг приобретшее жесткие формы тело. Он взял Макса на руки и перетянул на диван.
    -Надо же, до чего похож на человека! – сказал Герович. – Хлынула бы кровь, так бы и подумал, что плохо стало... Но что у тебя, милок, вместо крови? Сейчас посмотрим, поинтересуемся, какой заразой тебя подкосило в мое отсутствие!
    Михаил Константинович взялся быстро разбирать робота. Обязательно требовалось просмотреть автоматический поглотитель важных известий – С-грамму, вогнанную в мозг. С этого нужно начать. Но....
    Герович вздрогнул: капсула в голове Макса имела форму буквы С. Ее стенки расплылись, затронув основную кибернетическую начинку!
    Герович начал лихорадочно рассуждать. Значит, Лена вторглась в умственный процесс кибера со своим эмоциональным полем! Предполагал же, что нельзя ни на шаг подпускать их друг к другу....
    Любовь! Любящи! Контакты плавятся! И как только Макс смог самостоятельно обновить и запустить отключенные программы?! Ведь после того, как он сам очаровал Викторию и разошелся с ней, – все было забыто. А программы УН УЧР были нужны и использовались для других целей. Самому Геровичу после того, как Виктория ушла, все стало ненужным, кроме его работы. С горя Михаил Константинович тогда еще кое-как подновил программы робота. Конструкция, чтобы быть проданной за хорошие деньги, требовала серьезной переработки и доработки. Появились деньги, возможности.
    Потом Герович заблокировал даже выходы на познавательные программы, съехал с квартиры, разыграл свою смерть, начал путешествовать, обосновался в Разноцветном городе. Эх, жизнь! Сколько в ней разных неожиданностей....
    Одно время Герович верил, что сделанные в жизни ошибки, можно исправить. Мол, человеку и одному легко выбраться из любой катавасии. Так нет! За глаза хватает разных нелепостей и с ними, ох как непросто тянется и тянется время!
    Теперь одно: перенастроить эту железку, попробовать достигнуть поставленной цели. Последней! Тогда любая "Виктория" будет победой на самом деле!
    Размышляя так, Михаил Константинович копался в шкафчиках, открывал тумбочки и ящики. Ему позарез были необходимы инструменты и детали для "лечения" Макса, а точней – для правильной постановки его диагноза.
    Облака пыли вздымались в воздух, груды ненужного хлама мешали поискам. Если бы Макс был человеком, он никаким образом не спасся бы от аллергии. Геровича уже мутило от запаха старья, замшелости давно отслуживших свое вещей. Бесили битые кружки, бумажные полоски чьих-то старых кардиограмм, пакетики из-под молока и кефира, макарон и крупы, баночки, коробки из-под тортов, чая, сложенные полиэтиленовые мешочки из-под... сметаны.
    О, Боже, сколько, барахла! Такое чувство, что время остановилось, забыв свои визитки в названиях использованных продуктов и ценниках изношенных вещей. Огромная мусорница открыла Геровичу... его прошлое. Да в таких мелочах, до которых не додумался бы ни один музейный работник! Металлические номера квартир, где Герович жил, согнутые гвозди и крючки – на них висели пальто, картины, шторы. Кнопками обивались двери, гайками, болтами скреплялись установленные конструкции, куски резины служили для определенных целей. Водопроводные трубы, не новые и новые, краны, каких хватило бы на множество подобных квартир... Запасные колеса и запчасти для автомобилей, давно не существующих...
    Ох! Пыль не давала продохнуть, забивала легкие. А сердце угрожало остановиться от "аккуратненького", распаковано-систематезированного количества чипов!
    -Да я же не стремился создать санитара! – вырвалось оправдание у Геровича.
    - Я добивался от Макса... А чего добивался? Мой универсальный человек разумный превзошел мои предположения. Но порадовал мое самолюбие, порадовал! Надо же, какой музей из ничего собрал в мою честь! Хотя и в самом деле не оправдал надежд. Сыночек...
    Герович исподлобья осмотрел зал, превращенный в мусорницу, с брезгливостью передернул губами. И снова, вслух, с отчаянием продолжил:
    -И никогда Макс не оправдает моих надежд, если я не найду нужного лекарства от...
    Мусорница свидетельствовала о напрасных поисках кибермеханика. Герович перешел из одной комнаты в другую, рванул дверцу очередного шкафчика.
    -Боже, за что такое мучение! В конце концов, почти моя квартира! Макс так старался приспособить ее под меня... Могу активно вести поиски. А это... Ну...
    От резкого движения незадачливого изобретателя на пол посыпались ватманы, шнуры, старые электронные плато. Герович попробовал приостановить бумажно-экстремальную лавину. Так и стоял с поднятыми руками. А со шкафчика сыпались еще фотоснимки...
    Снова прошлое, благодаря Максу! Этакое выдержать выше человеческих сил!
    -Ну! Я тебя создал, я тебя и прикончу! – закричал Михаил Константинович.
    С ненавистью зыркнул на недвижимого кибера. Смахнул со злостью пот со лба и направился на кухню.
    Макс на диване, похоже, зашевелился! Причем, его развороченная, теперь с разноцветной внутренностью и серебристым блеском, голова повернулась вослед создателю.
    Герович приостановился. На миг. Кому лучше известно, что Макс – робот!
    –Ты – железка! Я ненавижу тебя!
    Собственный крик успокоил Геровича. Теперь он уверенным шагом направился на кухню. Ведь ему на самом деле было все ровно! Поставил на плиту чайник. Через три минуты уже потягивал с чашки почти холодный кофе.
    "Так, – подумал он. – Отбросим свидетельства, подсунутые подсознанием. Эксперимент удался! Только с самого начала вмешались Фед с Начальником. Мол, дай им, поднеси прямо на синенькой тарелочке с цветной каемочкой коммуникационный канал восприятия действительности! А может еще тайну гениальности разложить по ДНК-формуле? Оно известно: Лена....
    А что Лена? Именно я, Герович, первый предупредил ее об опасности, подстерегающей в мире Альфа-зэт на каждом шагу. А как старался, играл роль в троллейбусе! Не каждому под силу такой спектакль – правдивый, философско-обаятельный. Даже исконное предопределение женщины обыграл в сказочке о милых деточках! Надеялся: одумается, вернется к земным заботам. Так нет, потянуло девочку на подвиги! О, с этими женщинами всегда нужно держать ухо востро. И поучения, приказы, просьбы, выговоры для Леночки – пустой звук. Она, несчастная, попала в руки инопланетян!
    Кто бы знал, что Герович на самом деле спасал робота от этого ангела в юбке! И робот потерпел от Леночки. Еще как потерпел! Все мозги в кучу съехали... Работенки, зараза, прибавила! За что взяться, с чего начать?"
    Михаил Константинович настраивался трудиться очень серьёзно. И сейчас он хорошо знал, что повозиться с Максом придется с недельку, если не больше. Обновления требовали все основные программы. Но это мелочь. Важнее было разобраться, что же натворила со своим термоядерным эмоциональным воздействием эта наивная девчонка. Если даже кибер, железка какая-то, не выдержал напряжения...
    А при разработке, между прочим, предусматривались защитные функции от разных напастей! В то же время просчитывалось и разрушительное воздействие человеческих эмоций. Казалось бы....
    Нет, существовала уверенность – полная! – машине такой беды даже вирусом не занесется. А вот же! Будто эта Лена чем-то от других людей отличается!
    Герович и сам не подозревал насколько близко подошел он в своих рассуждениях к истине: Лена являлась только наполовину землянкой!
    Пустая чашка грохнулась об стол и зазвенела. Ужасом присутствия привидения из прошлого открылась форточка. Ну-у-у....
    - Ах-нну-у-у-у, – повторил из комнаты Макс.
    Стоит только дать волю нервишкам и расплакаться от невезения! Пора браться за работу! Михаил Константинович сосредоточился на последнем. Если с прикидкой, то потребуется неделя-другая, чтобы привести в действующее состояние собственное изобретение и не уронить достоинство.
    Валяется теперь достоинство посреди мусора. И ничего... Ничего!
    Макс больше не похож на робота. Гора деталей! Гору не обойти и не объехать, ее необходимо перебрать по дробинке и не так, чтобы....
    Герович посмеивался над собой. А еще смеялся с Лены. Несчастная девочка! Вырвалась из лап Агентства 2-П, и не грустит одна в Разноцветном городе – заклятом место во всей Галактике!
    Герович вышел в прихожую и набрал номер телефона, как-то не задумываясь над тем, что делает. И аж вздрогнул, услышав в трубке голос Начальника.
    -Алло! Я слушаю, говорите, Макс!
    Герович молчал.
    -Говори, чертов кибер! – наверное, всегда вежливый Начальник не отличался терпением. – Говори, приказываю, если без приказов не живешь!
    -Это... – Михаил Константинович расслабился всего на секунду. Разговор имел для него определяющий характер.
    А Начальник, видно, не разобрался кто с ним на связи:
    -Макс, не медли. Начинай с окончания, потому что пропустил начало.
    -Начальник, ты сам не разобрался в существующем! Я, Герович, заявляю тебе это с уверенностью. Елену Вышинскую не проглотит Разноцветный город. Она не соблазнится романтикой!
    И Герович положил трубку. Ему было все ровно, что чувствует сейчас Начальник. Пускай хоть локти кусает. Зачем вмешиваться в чужие планы? Не нужно было трогать Макса!
    О, Михаил Константинович, если б мог, убил бы сейчас недотепу-Начальника за свою разработку и не одну, а вместе с ним и того аристократа Феда. Под землей легко строить из себя удачливого, самодостаточного. А тут – профессиональный провал? Нет! Не бывать тому! Какая темная тут прихожая!
    Макс лежал на диване беспомощный.
    -Железная рухлядь! – сказал Герович, – я поставлю тебя на ноги. Я обязан сделать это быстро. Ты станешь даже лучше, чем был!
    Потом склонился над кибером и начал кропотливый, упорный труд. Упорство привлекает удачу.

    November 6, 2014 at 9:06 am | Reply
  30. Сташка Гринич

    Глава 17

    Разноцветный город встретил ее волшебными переливами огней. Елена знала: с наступлением ночи он становился особенно очаровательным. Возникали радуги и сияния, затем начинали разгораться краски. Легкая дымка медленно обволакивала здания, расползалась по улицам и стенам домов. Создавалось такое ощущение, будто огни вот-вот улетят и скроются в небе....
    Здания на улицах меняли цвета, как новогодние елки в гирляндах. А в небе огнями выписывалось и реяло над городом знакомое имя. Она проделала большой путь, устала, не знала, куда идти дальше, но это имя было подарком. Елена шла по многоцветной улице и улыбалась. Да, сейчас день, но скоро наступит ночь, и она будет читать имя Макса на каждой стене. По собственному желанию.
    -Ошибаться никому не запрещено! – послышалось вдруг.
    Рядом ни одного человека.
    -Ага, так ты еще и слепая? – расхохотался кто-то невидимый.
    -Почему? – закричала Елена, поворачиваясь во все стороны. – Это ваш город слепой и призрачный!
    -Ого! Она, оказывается, умеет ругаться!
    Этот кто-то восторженно хлопнул в ладоши:
    - Отличное качество! Особенно ближе к полудню. У многих человекоподобных проявляется тогда, когда им наступают... гм... головой на горло. Я говорю – головой, а не ногой. Вы правильно заметили!
    -Что вам нужно? Где вы?
    -Не кричи, слепая! Ты любишь красный цвет? А может, всем другим предпочитаешь серый цвет? Тебе нравится зеленый?
    Шквал вопросов обрушился на нее с такой скоростью, что она перестала осматриваться по сторонам и буквально застыла на месте. Растерянная, злая, поникшая, со слезами на глазах. В широком синем свитере и джинсах, готовая к нападению красавица с русой косой...
    И тогда незнакомец рассмеялся. Да, это был стройный молодой блондин, с ясными голубыми глазами, одетый в элегантный костюм с галстуком-бабочкой. Он возник прямо перед Еленой, заступил ей дорогу. Смотрел, спрашивал и снова смеялся.
    -Вы... невоспитанный. Э-э... недобрый, – мямлила Елена и даже не пыталась ответить разговорчивому парню ни на один вопрос.
    Она не знала, что ему сказать: до того не совпадали в его облике хамство и этот... Галстук-бабочка.
    -Пан Викунья совсем не такой! – женщина, похожая на множество женщин в сорокалетнем возрасте, подошла к Елене и осторожно дотронулась до ее руки. Откуда только появилась? Как из воздуха материализовалась....
    Уважаемый пан, который появился также из воздуха, взялся докладывать своей заступнице:
    -Вы не осведомлены, уважаемая пани! Эта девушка еще не определилась с цветом!
    -Как не определилась? Ей угрожает Образ Пустого Пространства, – тоном школьной учительницы произнесла женщина. На ее вытянутом лице ясно обозначились две складки около губ. Карие глаза излучали холод.
    Елена развернулась и быстро пошла от людей, встреченных на дороге, в другую сторону.
    -Подожди! – закричала женщина. – Ты же оступишься на первом перекрестке!
    Елена возвратилась. И сразу спросила:
    -А откуда вам известно о Встречающем?
    Женщина внимательно посмотрела на нее и оставила вопрос без ответа. Викунья тоже молчал. Какой-то тревогой веяло отовсюду.
    -Хорошо, – сказала Елена тихо-тихо. И подумала: "В конце концов, я не имею никакого права отказываться от благотворительной помощи в незнакомом городе. Здесь на каждом шагу неожиданности. И я не знаю, что делать дальше и куда идти...".
    Викунья взглянул на Елену и, пробурчав что-то нечленораздельное, покачал головой:
    -Ой, как ей необходим отдых на природе! Среди разнообразия цветов и безумства красок! Да не таких! – показал он на городские разноцветки.
    – Этого мало! Милые дамы, я предлагаю вам прогуляться в городской Космический парк планеты Альфа-Зэт!
    -Мы согласны! – сказала женщина, а Елене было все ровно. Она даже не замечала, что ее мысли читают.
    Викунья взял женщин за руки. И вывел на открытое для солнечных лучей место. "Как просто у них с транспортом! Никаких остановок, никаких контролеров" – улыбнулась Елена, но не удивилась нисколько. Она привыкла к тому, что солнце возит.
    Случайные встречные направились в городской Космический парк, мило беседуя о погоде, которая в этот день выдалась замечательной. В парке они с гордостью предложили провести для Елены экскурсию по пяти материкам земного мира. Земля умещалась со всеми своими достопримечательностями на пятнадцати-двадцати метрах альфа-зэтовского пространства. Елена вежливо отказалась. В Арктику ей не хотелось – это точно. Жары южного полушария она бы не выдержала.
    В парке росло множество экзотических растений с других планет. Почему бы ими не полюбоваться? Ходи и смотри во все глаза...
    Но смотреть Елена ничего не хотела. Так, из вежливости глянула на цветущие кактусы со спутников Сатурна Бергельмир и Елены. Викунья еще пошутил, что ее в честь спутника назвали.
    -И колючая ты, как кактус. Ничего тебе не интересно. Почему?
    Елена не ответила. И потом она ничего не спрашивала у Викуньи, а тот не переставал задавать вопросы. Наконец женщина отвела ее в сторону и попросила:
    -Не обижайся на пана Викунью за грубость. Его отец был настоящим деспотом. Как только заметил, что сын может обходиться без материнской помощи самостоятельно, сразу выгнал его не только из дома, но и из принадлежащих семье окрестностей.
    -И без всякого сопротивления?! – Елена представить себе не могла подобной жестокости, да и спросить с какой Викунья планеты не догадалась.
    А женщина произнесла спокойно:
    -Их право! Дите находиться под материнской опекой семь-восемь недель. Так на планете Меркурий. Потом домом становиться белый свет.
    Елена подумала: "Тоска по дому никогда не проходит бесследно. Может быть, я не случайно встретилась с Викуньей в Разноцветном городе, ведь и я хорошо знакома с жизнью без отца, без матери. Это, конечно, не случайная встреча. Только нужно понять, что к чему...".
    Пан Викунья таинственным образом исчез. Зацепившись за куст, висел его галстук-бабочка.
    -Ну, и выдумщик! – засмеялась женщина. – Можешь не сомневаться, бродит где-то рядом и ожидает, когда мы его пожалеем.
    -А что тогда будет? – Елена наклонилась, сорвала маленький голубой цветочек, вдела его себе в волосы.
    -То и будет. Больше ничего! – незнакомка приветливо улыбнулась.
    Елена с сомнением покрутила головой. Женщина чувствовала, что получается не очень: девушке явно не хватает феерического настроения и элементарного понимания того, что происходит.
    -Вообще-то, мы привели тебя в парк не за этим, – произнесла незнакомка.
    -Догадываюсь, – сказала Елена. – Затяните в вечную мерзлоту, скажете, мы – криохирурги. Потом я получу "светлое будущее" и вечную молодость, ведь криотехнология достигла неимоверных высот.
    -Сама ты – неимоверная! – обиженная женщина даже губы прикусила. – Мы с тобой, кстати, находимся в Долине Роз, куда ты мечтала попасть в юности.
    -Какая разница, где мы находимся и зачем? Жизнь усеяна шипами, а не розами, – глубокомысленно заметила Елена.
    Женщина начала наклоняться к ней все ближе и при этом смотрела прямо в глаза. Елена с неподдельным ужасом следовала за ее взглядом и не могла оторваться. У женщины и у самой изменилось лицо. Она быстренько подняла подол своей длинной юбки и вытерла им Елену, как сопливую девчушку.
    -Ну что, претендентка на Пустой Образ, прояснилось в голове? – вопрос прозвучал жестоко.
    Елена только ресницами моргнуть успела.
    Потом женщина разослала на траве цветастый платок и предложила садиться. Правда, почему-то ноги дальше идти отказывались. Елена растянулась на платке, как на надувном матрасе. Ее благодетельница осторожно присела рядом.
    -Я не кусаюсь, – хмыкнула Елена.
    -О, повеселела! – засияла женщина. – Теперь рассказывай, что ты видела в Разноцветном городе?
    -Вода несет информацию, дома проглатывают людей, – медленно начала она, понимая, что слова сами просятся из сердца и рассказать нужно много.
    –И...и... Продолжай.
    –Я влюбилась в робота...
    Женщина засмеялась.
    А Елена заплакала, уткнувшись лицом в колени сорокалетней ведьмы, с которой так и не удосужилась познакомиться.
    Незнакомка гладила девушку рукой по голове, и она успокаивалась. На самом деле почти ничего не видела в Разноцветном городе! Хотя кто-то делился с ней своими радостями, дарил хризантемы, угощал мороженым и объяснял...
    -Стоп! – сказала женщина. – Для меня каждая твоя мысль стереоозвучена. – В Разноцветном городе люди без нужды не пропадают. Легче любоваться разноцветьем, чем пропасть.
    Увещевания старой ведьмы в Долине Роз выглядели истинами. В память врезывалось каждое слово. Может, еще всех цветов радуги окрестность им помогала?
    -Так что, если я люблю серый, то жажду духовного возрождения?
    Елене важно было знать это именно сейчас, как будто вот теперь она собралась преподавать Максу цветоведенье.
    -Иногда выбор серого цвета свидетельствует о тревожности, – пан Викунья неожиданно вмешался в разговор двух женщин, не дав ни словечка сказать старшей наставнице. И снова Елена проворонила, откуда Викунья появился.
    -А когда ты выбираешь светло-серый, то разнесешь на весь мир тайну про твою готовность контактировать с другими людьми...
    По Викунье было видно, что ему не терпится поделиться своими знаниями. Елена поинтересовалась у него из вежливости:
    -А если мне нравится желтый?
    -Отлично! – Викунья даже засветился от радости. – Ты стремишься к независимости, к чему-то новому в жизни. Лелеешь в душе надежду на громадное счастье, свободу и уважение окружающих? Я угадал?
    Елена не стала отвечать. Быстро задала еще вопрос:
    -А что означает пристрастие к фиолетовому?
    Пан Викунья в своем шикарном костюме развалился на траве рядом с женщинами. Заложил ногу за ногу и профессорским тоном заявил:
    -Ну, ты склонная к внушениям, легко соглашаешься с тем, с чем, на самом деле, не согласна в душе. Однако требуешь понимания. Зачем тебе, чтобы кто-то тебя понимал? Ты не самостоятельная, да?
    -Вот Макс любил коричневый цвет, – вдруг вырвалось у Елены.
    Мудрая собеседница поднялась на локоть и заглянула Елене в лицо.
    -Твой кибер стремился избавиться от дискомфорта. Ты это чувствовала?
    -Неужели от меня? – зеленые глаза Елены озарились тревогой и расширились.
    Быстрый взгляд Викуньи вмиг вернул ей сообразительность. А женщина выговаривала раздельно, с паузами, каждое словечко:
    -Дискомфорт мог быть вызван самыми разными причинами: болезнью, отсутствием воли самостоятельно принимать решения и другими причинами...
    Елену не покидала уверенность, что эти путники далеко неслучайно возникли на ее дороге. Иначе не вели бы они подобные разговоры. И Елена гордо заявила:
    -Я заметила, что вы, уважаемые, живете, как во сне. Но я не сплю. Вот откуда вам, женщина, известно, что в юности я мечтала побывать в Долине Роз? Почему я должна вам верить, что нахожусь в Долине Роз, если здесь розы лишь на вашем платке, сударыня? Причем тут цветовая гамма и мои жизненные неудачи?
    -Пора! В добрый час! – вдруг сказал Викунья.
    И земля закружилась у Елены перед глазами уплывающей радугой. Она едва успела схватиться за радугу руками.
    -Как ее звать? – услышала Елена, проваливаясь в пропасть. – Что? Неужели ей суждено умереть безымянной? Такое недопустимо.
    -Лена! Меня зовут Лена! – закричала она изо всех сил.
    И провалилась в радужное сияние.
    Радуга начала разваливаться на разноцветные кусочки. Главное, ухватиться за оранжевую полоску. Елена была уверена, что это у нее получится. Нужно только постараться, напрячься и дотронуться до тоненького оранжевого лучика. А он разгорится пламенем праздничных свечей! Ведь оранжевый цвет создает веселость, наделяет чувством устроенности, дарит радость и веселье.
    Она умеет веселиться, нужно только вспомнить! Только правильно вспомнить, ухватиться и раствориться в радости...
    Посреди столпотворения, развивающегося по полной программе, она мучилась переживаниями своей любви и все же жаждала активной жизни. Прошлая ее жизнь с Максом равнялась неизвестности с любовью. Как же она берегла и охраняла свои земные тайны! Вот он – цвет ожидания и надежды, снова тревожит...
    -Я вернусь в этот город, потому что верю в надежду, – прошептала Елена. И с головой окунулась в желтые радужные волны.
    -Ну и вытворяет девочка! – ясно донесся до Елены восхищенный голос.
    -С чем тебя и поздравляю, – язвительно промолвил кто-то.
    – Сколько лет ты живешь в Разноцветном городе, а, Ягур?
    –Восемь лет где-то. А может, семь? Вы не помните? – бывают же у людей простые проблемы!
    -Естественно, меня это не волнует. Наина, девушка выпутается самостоятельно? Или снова применишь свою терапию?
    Это – командный голос приятного низкого тембра.
    "Вот оно что! Я – подопытный кролик, какому пудрят мозги! Ту ведьму, выудившую у меня признание в любви к Максу, оказывается, зовут Наина!" – догадалась Елена. И продолжала вслушиваться в голоса, доносящиеся, как будто из соседней комнаты.
    -Не настолько все страшно, – довольно хихикнула Наина.
    -Настолько, насколько мне трудно, – кто-то явно не соглашался считать себя оптимистом и шутил над другими.
    -Так что будем делать? – пан Викунья, а может, и не он, искренне беспокоился за здоровье какой-то девушки, и Елена стала уважать этого человека, как друга в стане врагов.
    Возможно, она не оправдала их надежд? Елене не хотелось возвращаться в неизвестность из спектрально-радужного тура в поднебесье. Сейчас она в восхищении летала среди переливов зелени. И никогда не тянуло ее так отчаянно отвоевывать собственные взгляды и убеждения. Никогда она не желала так всеобщего признания. Пусть бы они все согласились: молодец, Леночка! Поискать еще таких терпеливых страдалиц, завидных хозяек, способных отстаивать свои позиции и ни на секунду не усомнится в своей правоте!
    -Нет, – сказала твердо Наина. – Я признаю свою ошибку. Скромность в ее характере заметна. Словом, эту девочку нашим разноцветьем не обманешь.
    Елена прислушивалась к каждому слову людей, находящихся все время с ней. Только как, где, в каком месте? На каком свете, если она уже познакомилась с другими людьми. И спокойно приняла их интересы. Даже смогла их выслушать.
    Теперь зеленый цвет вновь сменился синим.
    -Мне не повредит покой, эмоциональный отдых, возможность расслабиться и обновить силы, – решила Елена.
    Неожиданно белый цвет закрыл от нее радугу.
    -Ну что же, начнем жизнь с нового знакомства! Все заново!
    -Фед. Ты слышал, что она сказала?
    -За голову ухватиться! Начнем с нового знакомства, заново? Разноцветье мое, это шикарная идея, вы не считаете?
    -Так в чем дело, Фед?
    Полная решимости разобраться в происходящем, Елена широко открыла глаза и засмеялась... Она не спала и уже была знакома с Федом.

    Глава 18

    Хлопотливый денек выдался у Начальника. История с Максом полна приключений. И надо же, покойник Герович подал голос! Специально предупредить: Лену ожидает опасность в Разноцветном городе. Рассказать кому про эту головоломку? А может, промолчать? Наконец-то в Разноцветном городе случилось значительное событие! Ожил гений робототехники, с того света посылает предостережения жителям мира Альфа-зэт!
    Не успел Начальник подумать, как тембровый суперприм в его кабинете заворковал голосом Феда:
    -Если ты, мой дорогой, через три часа не сообщишь, где теперь находиться Макс, я обещаю специально для тебя подготовить самую возвышенную волчью арию. И честно обещаю, что следующий месяц ты будешь заниматься изучением снов домашней кошки.
    -Что вы имеете в виду?
    -Ну, Теодор, как можно опуститься так низко!
    -Вот что я не понял: вы даете мне новое задание или отчитываете за невыполненное, а может, это еще одно задание?
    -Десять, – Фед сказал это серьезно, без намека на шутку.
    -Могу отправиться на Жестунию. Но вы мне так и не сказали...
    -И не скажу! Нам неизвестно, куда исчез Макс, лучше отказаться от излишней самоуверенности и предложений.
    -Грустно, – вздохнул Начальник. – Кстати, мне позвонили, Лена...
    –Можешь не продолжать. Лена отдыхает в моей резиденции после Разноцветного тура.
    -Не может быть! – Начальник положил руку на стол, медленно опустился в кресло. Он чувствовал, как у него вспотели ладони.
    -Хорошо, я тебя ожидаю через десять минут в своей "пещере". Наше соглашение насчет Макса не меняется. Ария и кошачие сны для тебя гарантируются. И не нужно ввязываться со мной в спор!
    Суперприм отключился. Сборы заняли четыре минуты шестнадцать секунд.
    Подземный район как всегда приветствовал покоем и голубизной. Сегодня "синяя размытость" показалась Начальнику особенно обещающей, хотя в глубине души он давно уже не надеялся на хорошие вести.
    Потом Начальник убедился, что Фед не шутил. Правда, Лена попала к нему. И можно было устроить маленький праздник. Только Фед сделал серьезное лицо и заявил:
    -Зачем благодарности? Мои подчиненные рады познакомиться с привлекательной девушкой. А у нас с тобой есть более важные дела. Неотложные, которыми позарез необходимо заняться. И ты, Теодор, мог бы сам догадаться. Дарья Сергеевна не меньше волнуется за Лену. Поэтому отправляйся-ка, друг, на Землю. Принеси хоть однажды своей неизменно любимой Дарьи Сергеевне радостную весть!
    -Ага, можно сделать вид, что я тебе поверил, и меня отпустят на Землю? – Начальник опустил вниз глаза, сияющие от счастья...
    -Между прочим, то, что ты слышал – просто так, мелочь, – Фед, как будто, просил прощения за широкий жест. – Я кланяюсь ее милости Даше свет Сергеевне и прошу принять приглашение навестить Разноцветный город. Ты, Теодор, назначаешься почетным послом.
    -Как раз, послом... – язвительно прошептал удивленный Начальник.
    -Замечательно! – Фед не обращал внимания на провокации, особенно, когда разговор касался дела.
    – Не могу сказать, что доверю тебе вести долгие переговоры и тратить драгоценное время на антикварную лирику. Можешь представить?
    Начальник внутренне подготовился к сюрпризу. И не ошибся. Фед театральным жестом высокородного героя протянул ему голубой конверт.
    -Оказывается, мне поручается роль почтальона! – от огорчения у Начальника заблестела лысина.
    -Да не огорчайся ты так! – заулыбался Фед, имеющий черную шевелюру и усы. – Все, кто получает письма, очень благодарны почтальонам. И потом, ты же не станешь искать в моем послании орфографические ошибки, чтобы с меня смеялось все подземелье?
    Председатель Высшего Планетарного Совета знал, как успокоить друга и подчиненного.
    -Это было бы смешно, но, скорее, грустно, – Начальник подобрел. Он гордился тем, что умеет писать грамотно.
    Фед довольно хмыкнул.
    -А ты молодец, – сказал он Начальнику. – Другой поинтересовался бы, с чего я такой добренький...
    -Потом сами расскажете.
    -О, чуть не подзабыл: единственное уточнение – для тебя лучше на этот раз с Дарьей не видеться.
    -Это почему? – серые глаза Начальника превратились в две льдинки.
    -Ну, тебе дается возможность убедиться! Господин любезный, на почтальонов нужно учиться, – Фед повернулся и пошел к окну, в другой конец кабинета.
    "Нет, умеет же он поставить человека в тупик. Не думаю, что почтальону под силу заменить меня – такого неученого", – мысль мелькнула и исчезла.
    -Кажется, Начальник, ты забываешься: я сказал – не трать время впустую!
    Фед подошел к Начальнику, снял с пальца перстень с огромным голубым камнем.
    -Видишь, какой я сегодня добрый!
    Начальник надел перстень на средний палец правой руки и вместо благодарности тихо сказал:
    -А может, в знак вашей доброты я на секундочку загляну к Даше, а? Почтальон должен убедиться, что адресат получил послание. Так?
    -Очень мило! Экзамен на почтальона, считай, сдал. – И уже совсем серьезно шеф сказал: Раз выяснилось, что ты умеешь прощать и не собираешься бросать службу прямо сейчас, разрешаю пошушукаться. Но не долго!
    Федов перстень давал возможность без солнечной, или какой другой энергии перемещаться в пространстве, преодолевать любые преграды. Перстень мог искриться и заключал в себе великую силу, использовать которую можно было только с разрешения владельца.
    ...Через семнадцать минут Теодор находился у Даши на кухне. Как ни в чем не бывало, погрел себе чай, приготовил бутерброды с ветчиной. Хозяйка в это время принимала ванну. Появление гостя в квартире в такой момент – тем более неожиданный для хозяйки сюрприз.
    "Хоть и привыкла Дарья Сергеевна к моим фокусам, но они же отличаются! – подумал Теодор. И взялся мыть посуду. – Пускай Дашенька посмотрит, какой я внимательный и заботливый!".
    Вода лилась с крана в мойку с характерным шумом. Конечно, знатный конспиратор, сам того не ведая, вмиг себя рассекретил. Он и не слышал, как за его спиной появилась женщина в сиреневом махровом халате, с полотенцем, закрученном чалмой на голове.
    -Ой, Теодор! – воскликнула удивленная Даша. И тут же, любуясь, произнесла:
    – Жить бы в таком ладу вечно, наблюдать, как ты моешь посуду в светлом парадном костюме. Ах, и ничего на свете больше не понадобилось бы. Всем пожеланиям – пожелание!
    -Вот-вот, милая, если захочешь. Когда дело доходит до судьбоносных вопросов, к женщинам обычно не прислушиваются.
    -Неужели? – Даша уселась на табуретку. – Нет, ты, милый, мой посуду. Это настоящий праздник, когда мужчина посуду моет!
    -Дашенька, не шути. Поражаюсь, на меня сегодня сыпятся шуточки, как снег. А я уполномочен заняться важными делами.
    -Что же такое важное привело вас ко мне, милостивый пан?
    -Никакой я, Дашенька, не пан, а самый настоящий почтальон.
    Дарья Сергеевна не сдержалась и, всхлипывая от смеха, сказала:
    -Один?
    -Один?! – возмутился Теодор. – Я имею для тебя послание и должен вручить его из рук в руки.
    -Может, тарелку?
    В руках у Теодора, правда, была тарелка.
    -Никогда не читала посланий судьбоносного значения на тарелках!
    -Какой ужас! – почти искренне получилось у Теодора. – Вообще, для человечества лучшим вариантом было бы записывать свои послания по самому ободку посуды.
    -Ага, на глупости не хватило бы места. А теперь спасай человечество, раз имеешь такое намерение, почтальон. Я постараюсь помочь тебе в этом, – хмуро сказала Даша. И поднялась – идти в спальню переодеться, привести в порядок прическу.
    Тогда Теодор протянул ей голубой конверт, чувствуя тихую ненависть к Феду, который сунет свой нос, куда не нужно и когда не нужно.
    -Читай!
    В комнате установилось угрожающее молчание. Теодор весь напрягся, наблюдая за тем, как Дашино лицо становится все серьезней. Подсмотреть написанное? Все же лучше, чем маяться неизвестностью. Но не тут-то было!
    -Ты меня успокоил, – неожиданно жизнерадостно заявила Даша. – Через пять минут я буду готова к путешествию. Подожди меня в зале. И давай мне перстень!
    Теодор, молча, стянул с пальца Федов перстень. Ну, шеф! Ну, подземельщик! Вопреки давней установке Агентства 2-П при любых обстоятельствах держаться правды, без шуточек продолжает игру в "секретчиков"! Можно ошалеть от такого грандиозного доверия и бесцеремонности. Он же знает, понимает, даже высокородными поступками кичился!
    -Теодор, кажется, ты чем-то озадачен? – Дарья Сергеевна заметила, как резко поменялось настроение ее гостя. Он сидел за столом мрачный, от былой приветливости не осталось и следа.
    -Я немного обиделся.
    – Ладно, уж, порадую: тебе досталась честь переквалифицироваться из почтальона в экскурсовода.
    -Изредка и мне выпадает неожиданное счастье.
    -А как же! Только счастье, как лекарство не действует.
    -Ну и денек! – вздохнул Теодор. – Хоть отбавляй юмора, мне, инопланетянину, недоступного. И поучения, которые мое существо отказывается воспринимать...
    -Да ты еще заплачь, молодожен! – неожиданно фыркнула Даша.
    И тут до Теодора дошло: в Разноцветном городе к нему снова вернется настоящий возраст! Даша увидит его лысым, морщинистым, ссутуленным, без блеска в глазах. Она перестанет улыбаться улыбкой, за какую отдал бы Галактику!
    -Я не могу быть экскурсоводом. Не имею права без разрешения шефа, – слова вырвались сами собой, неожиданно.
    –Ты меня успокоил, Теодор.
    Дашу даже не тронуло его заявление.
    - Сейчас можешь исчезать, – сказала она. – Через час и сорок пять минут мы так и так увидимся у твоего шефа.
    "Видно, Фед решил меня доконать" – подумал Теодор и опустил глаза. А когда поднял голову – Даши в комнате не было! Исчезла, использовав силу перстня. Эх, экстремалка! Куда влипнет со своей безрассудностью?
    Теодор бесцельно бродил по квартире из комнаты в комнату. Наконец, прилег на диван и уснул. Тяжелый сон навалился немочью. Снилось: больной ребенок кричал на руках у женщины. Теодор кормил того младенца хлебом, а женщина в это время просила ее спасти. От какой беды? Дознаться не удалось. И чувство собственной разбитости, возможно, болезни увеличилось в миллион раз.
    "А может, старость я принял за болезнь?" – мысль мелькнула и исчезла. Но требовалось срочно проверить. Что? Толком Теодор не ответил бы. Он встал с дивана и пошел в прихожую, к зеркалу. С прозрачного стекла на него смотрел пожилой человек, житель Разноцветного города, сотрудник Агентства 2-П, среднего роста, глаза серые, лысый, какой-то невзрачный и застенчивый...
    И тут, как гром ударил, как бомба взорвалась: "Да я же молодею только рядом с Дашей! И Даша про себя говорила так же!".
    Догадка явилась для Теодора полной неожиданностью. Осознать ее не удалось. Стекло вдруг начало темнеть, и на нем проявились буквы бардового цвета. Будто помадой кто намарал! Буквы сложились в надпись:
    "Лирика в жизни – вещь абсолютно не нужная!".
    Ясно, чьи это выводы, кто за воспитание взялся. Милый Шеф беспокоиться! Мало ему под землей не давать своим подчиненным покоя, мало вечно в дела Агентства Планетарного Порядка свой нос совать!
    -Фед, я не интересуюсь твоими афоризмами! – закричал со злости Теодор, и его голос эхом разнесся по пустой квартире.
    -Зачем волнуешься? – послышалось вдруг.
    А может, Теодор сам себя вслух успокаивать начал?
    Так или нет, а волноваться не стоит! Временами невозможное превращается в реальность. И какая разница ценою чего? Разноцветный город жаждал и жаждет продолжения событий по закону "Сейчас на сейчас". Теодор знал это лучше других.

    November 6, 2014 at 9:08 am | Reply
  31. Сташка Гринич

    Глава 19

    Он думал, что одержал победу, первую, пусть маленькую, но победу. Для него очень важным являлось предстоящее открытие. Это открытие и порождало стремление докопаться до сути. И он должен был воплотить эту идею любыми возможными и невозможными способами. Все сейчас зависело от того, насколько удачно удалось запрограммировать робота на задание.
    -Что ты хочешь для себя? – Герович в который раз задавал один и тот же вопрос. Перебивал однообразный ответ Макса другими вопросами.
    Нужно было убедиться: программа больше не даст сбоев, чтобы не случилось. Памяти про Лену у Макса не осталось ни в "заданиях", ни в "дополнительной информации", словом, нигде!
    Как и не существовало астронавтки, поверившей в Идеал! О, Максик мог бы стать идеалом любой женщины! Герович даром не растрачивает талант на свои изобретения!
    Теперь Макс должен добыть ему славу, подкрепленную властью над этими гадкими человечишками. Главное, докопаться до тайны Жестунии. Главное, не остановиться в самом начале пути. Возвратиться в мир настоящим победителем, а не испорченным мелкой удачей везунчиком.
    -Что ты хочешь для себя?
    Макс сидел, понурив голову.
    -Ничего, – ответ металлический, пресный, без оттенков.
    -Ты понимаешь, что такое "ничего"?
    -Это означает – все. И ничего.
    -Макс, а ты кто?
    -Я человекоробот.
    -Нет, ты роботочеловек, представитель нового поколения киберов.
    Макс заупрямился. Он поднял голову. Неприкрытая злость слышалась в его голосе.
    -Я – человекоробот! Ты знаешь об этом лучше других.
    Герович с ненавистью окинул взглядом свое творение и без комментариев направился на кухню. Единственное место, где приходят светлые мысли!
    Получается, Макс во многом рассуждает, а значит при необходимости, будет действовать, как раньше. Только по каким направлениям развернется работа? Что удалось нейтрализовать в ходе пересмотра основных программ? Что тащит за собой хвост прошлого? Представим, кибер способен теперь записать в памяти жестовый язык. И тогда он выполнит задание и добудет необходимую информацию на Жестунии!
    Мысли потеряли контроль. Подумаешь, создал изобретатель Женский Идеал всех времен и народов! Какая мелочь! Еще ни один за всю историю Земли человек не замахнулся на управление воинственными настроениями. Не умеет сдерживать войны за любовь и без них подчинять себе мужчин и женщин. А сколько могут жесты – заложенная в подсознание бомба. Они поджигают эмоции, ставят на головы толпу, заставляют вытворять невообразимое, высвобождают горячие чувства...
    Герович вспомнил ревущие стадионы во время концертов шоу-звезд. Люди жестикулируют, смеются и плачут, заражаясь эмоциями один от одного. Дикая реакция раскручивается по спирали. А точкой ее отсчета становится обычный жест певца на фоне огненных вспышек. Так, жители Жестунии давно сделали свою планету аккумулятором воинственности. Они имеют определенное влияние на землян. За глаза хватит и тысячной доли их знаний, чтобы тут, на месте, распорядиться этой мудростью с умом для...
    -Что ты хочешь для себя? – Макс перебил размышления Геровича его же вопросом на самой мрачной ноте.
    -Заклинила, железка? Чего на кухню приперся, гора микрочипов? – Михаил Константинович совсем не собирался церемониться с этим земным железным экспонатом Эпохи Эмоций.
    -Я – человекоробот, – в который раз повторил Макс.
    -Ты еще учить меня собрался?
    -Как скажете – так и будет!
    -Тогда запоминай: по траку Времени ты добираешься до Жестунии. В храме Подсознания, который находится на горе Аэол, всю свободную память ты потратишь на фиксацию элементов дактилологической мудрости на одну тему – война.
    -На одну тему, – повторил Макс.
    Михаилу Константиновичу было совсем не до внимательного отслеживания Максовых интонаций. Как-то с головы выскочило, что именно на интонациях кибер в прошлом выстраивал свою деятельность.
    -Ты ничего не пропустишь! Мне нужна полная картина, фигурально...
    Макс не дал Геровичу договорить, снова перебил.
    И снова разработчик не обратил внимания на особенности поведения кибера и эту важную деталь разговора – интонации.
    -Но, – сказал Макс, – люди не есть шахматные фигуры! Люди даже горе переживают по-разному, они по-разному любят!
    -Ну, да! Про любовь ты знаешь в совершенстве!
    Герович аж позеленел от нахальства, созданного им же существа. Невольно сорвался на крик:
    – Ты не имеешь права на размышления, понял!
    Некоторое время на кухне стояла тишина. Человек пытался подавить в себе раздражение. Только, видно, сегодня был не его день. Первым отозвался робот. Он будто пытался помочь своему создателю и потому тише обычного заметил:
    -Без причин итог недостижим.
    Ага! Спокойствие Макса являлось не единственным превосходным достижением разработчика. Последний всплеск раздражения вылился в издевательский тон:
    -Так или, достигай! Тупоголовик архаического поколения! Я даю тебе новое, совсем новое задание и объясняю те причины (а ты станешь искать их следствия по новой схеме), чтобы я, ты слышишь, я! – смог подвести итоги!
    -Понимаю.
    И все завертелось сначала.
    -Что ты хочешь для себя?
    -Ничего. Я собираю для вас нужную информацию на Жестунии.
    -Кто такая Лена?
    Михаил Константинович сберег этот вопрос на самый последний этап языкового тестирования кибера. В домашних условиях невозможно ни поломки исправить, ни проверить, насколько удачно работы были выполнены. О, сколько довелось корпеть над конструкцией, не спать ночей! Герович окинул Макса внимательным взглядом. Робот молчал.
    -Лена – это... – подсказка была ошибочна! Даже в такой форме!
    -Пробел, – сказал Макс.
    Герович с облегчением вздохнул: наконец ликвидированы недостатки. И радостно повторил (не Максово – свое!):
    -Лена – это пробел! Максик, ты гений! Человекоробот! И ты, и я – мы умеем выбрасывать из головы женщин! Великолепно! Мы – настоящие мужчины. Лена – пробел! Есть в этом мире более важные дела. Значит, удачи! Ты будешь иметь возможность придти на эту квартиру через неделю. Напоминаю, ты имеешь право направиться сюда сразу же после того, как закончишь выполнять задание. Ты будешь ожидать меня здесь, на музейной квартире. В голове ты должен иметь память с сохранением жестунской информации и алавэравозможностью. Это мое достояние!
    Робот кивнул. Их дороги не расходились. Яснее не бывает.
    Как только за Геровичем захлопнулась дверь, Макс уверенным шагом направился к одной из книжных полок в зале, отодвинул в сторону книги и достал малюсенький чип...
    -Что это? – Герович возник в комнате неожиданно, как привидение.
    -Моя разработка, – ответил Макс так, будто у него интересовались прогнозом погоды назавтра.
    Удивление, ярость, недоразумение отразились на лице Геровича. Макс покрутил чипом в воздухе и разжал пальцы. Казалось бы, по-правильному, чип должен свалиться на пол. Так нет! Он поднялся в воздух, покружил над головой кибера. И…исчез.
    –Макс, я применю код!
    -Вы забыли: по новой программе с применением кода я превращусь в железку, в гору чипов. Все сообщения, инфограммы, логи, задания и – полностью сама память исчезнут.
    Робот смотрел в глаза своего создателя. Геровичу даже показалось, что Макс засмеялся. Но он был очень серьезен. Михаил Константинович проговорил со злостью:
    -Я не просил тебя заниматься творчеством.
    -Никого не просят. Творчество – это способ самоутверждения в мире.
    –Ты читал мои книги?!
    -А оставалось что-то другое? Можете поставить крест на своем изобретении, уважаемый Михаил Константинович. А именно – на мне! – спокойно сказал Макс, – нет в мире штуки более бесполезной, судя по вашему состоянию. Да и по какой причине вы так нервничаете, мой создатель? Если вы правильно заложили в мою память задание, я выполню его – обязательно, машина не умеет обманывать! Кстати, это не означает, что я допущу просчеты, и вы уничтожите меня. Все обойдется хорошо – я позаботился о собственном охранном элементе.
    -Ладно, пускай, – Герович решил изменить тактику, и сейчас в его голосе звучал энтузиазм. – Вместе мы сможем добиться самых лучших результатов. Но... Мне очень интересно.
    -Вы все еще надеетесь, что я вернусь?
    -Не сомневаюсь!
    Михаил Константинович подошел к Максу и тихо погладил его по руке. Странная ласка!
    -Советую вам отдых на берегу моря, – вежливо сказал Макс. – Считаю, Разноцветный город высосал с вас жизненную силу.
    Герович смутился.
    -Спасибо, доктор. Все же на моей памяти я не записывался в пациенты.
    –Вы записались в воители... Ну вот, а я хочу просто жить.
    Последние слова робота прозвучали странно. Герович снова не обратил внимания на интонацию. Зато нашел способ подчеркнуть собственную, очень важную мысль:
    –Прекрасно! Жить и правильно выполнять мои задания.
    Макс улыбнулся. Взаимопонимание между человеком и человекороботом было достигнуто за исключением каких-то досадных слов, которые воспринимались каждым по-разному, а значит, имели разное смысловое наполнение.
    -Теперь ты вернешься, я знаю.
    Герович достал из кармана темные очки и почему-то одел их.
    – Возможно, я на самом деле наведаюсь в гости к морю, пока ты будешь постигать тайны жестунских аборигенов. Иди, Макс! Я не сомневаюсь, ты первый имеешь право открыть дверь и ступить за порог нашего дома!
    ...Наконец в музейной квартире установилась тишина. Этот факт был официально зафиксирован в Офисе Систем Поиска по просьбе сотрудников Агентства 3-П Аронина и Сильчинского. Они же подписались под словами уведомления:
    "16.00. Подозреваемых объектов в зоне наблюдения не отмечается. Есть версия: означенные объекты в данном районе не появляются. Рекомендуется усилить поиск по другим зонам".
    Кто бы подумал, что творчество существует и у роботов, да еще в такой форме, претендуя на элитность и новизну?

    November 6, 2014 at 9:09 am | Reply
  32. Сташка Гринич

    Глава 20

    Полная отчаянного желания перемен, Елена открыла глаза. И засмеялась. Искренне, звонко, как в детстве. Она была совсем одна в комнате. Вокруг не находилось ни одного человека, никто не вел с ней разговоров, не пробовал обсуждать ее действия и моральные качества. Она лежала на кровати в голубой – да! – в голубой комнате. Потолок, пол, стены, даже мебель – все одного цвета. Точнее, оттенка, потому что едва ли встречается в жизни голубая прохлада такой чистоты и нежности. Елена с наслаждением повернулась под своим легеньким и теплым одеяльцем. И тут заметила: рядом с ней пригрелся белый... пушистый кот! Не игрушка, конечно, нет! А именно живой котик с волшебными голубыми глазками и хитренькой такой мордочкой, будто намеревался весело заявить:
    -Ну, нет! Все твои истории истинные, невыдуманные, жизненные! Леночка! Успокойся! Все правдивые и интересные, рассказывай сначала! Я готов их до утра слушать.
    В который раз уже Елене казалось, что она слышит, как разговаривает кот. Конечно, возможность телепартических переговоров – одно из самых чудесных достижений мира Альфа-зэт. Но разговоры с животными проходили в отделе контактов ...
    -Леночка, чтобы ты знала, в условиях вашенских земных порядков женщину не так давно присоединили к числу людей.
    -Белянка моя, как тебе не стыдно! – повернулась Елена лицом к коту. – Умеешь слышать, о чем я думаю, а не понимаешь ничего. Я не о животных вообще.
    -Известное дело! – сказал кот и уселся повыше на подушку. – И все же позволь напомнить, в 585 году во Франции в городе Макона был созван собор, чтобы решить вопрос, можно ли присоединить женщину к человеческому роду.
    -Фу, как грубо! Вспоминаешь какие-то стародавние земные суеверия.
    Елена быстренько вскочила с кровати. На ходу накинула халат. Кот переместился на кресло легким прыжком спортсмена, который одерживал победы по слалому. Как тут удержаться от похвалы!
    -Ого, насколько лучше беседовать, сидя в кресле! Я восхищаюсь твоей грацией и ловкостью, Белянка.
    -Во-первых, не Белянка, а Ром. Так меня зовут. И я откликаюсь только на свое имя. Во-вторых, чем бы я тебя выманил из постели, как не напоминанием о старинных казусах твоей далекой родины.
    -Почему – далекой?
    -А как же, Леночка? Разноцветный город не станет с тобой цацкаться. Тем более шкала времени разнится у вас и у нас.
    -Разъясни.
    -Нечего разъяснять. У каждого свое ощущение времени. Во многом сходимся, кое-где расходимся. Радуйся, что попала не в юрский период, а в свое столетие. И не сомневайся в реальности того, что с тобой происходит.
    -Так я не сплю?
    -Ого! – тут настало время удивиться Рому. Его шерсть даже приподнялась на спинке. – Спасайте, Боги всех времен и народов! Она не слышала, что я специально для нее сказал! Раскрыла глаза и смеялась, а больше – ничего! Где твоя мудрость, Елена? Где твое желание начать новую жизнь?
    -Да! Желание начать новую жизнь у меня есть. Но не с разговора с кошками.
    -Я и говорю: растворилась мудрость, увлеклась девушка иллюзиями, снами, идеалами, призрачной разноцветностью. Тратит жизненные силы, бьется, сама того не зная, над созданием Образа Пустого Пространства, выдумывает, паясничает...
    Но тут сентенции милого с вида котика перебил высокий худощавый человек, заглянувший в Еленино голубое царство.
    -Мышку желаете, уважаемый господин Ром? – спросил сразу, посмеиваясь.
    -Завязал! – хмуро бросил кот и нырнул под кровать.
    Он обиделся! Кажется, Елена была готова ринуться в бой, чтобы помочь своему случайному знакомому, имевшему такие оригинальные познания в женском вопросе.
    -Вы не представляете... – начала она.
    -Представляю, Елена. Ты имела честь говорить с мудрым Ромом. Сейчас я кажусь тебе наглецом, который врывается во сны настоящей бурей.
    -Нау..., – Елена искала слова. – Если так, и я нахожусь в голубом сне, то вы полагаю, сумеете сказать мне правду, пусть и жестокую, где я? Куда попала? Кто такой Фед?
    -Отвечаю вначале на последний вопрос. Допустим, Фед – это я.
    Мужчина вольно раскинулся в кресле, загадочно улыбнулся. Потом угрожающе помахал пальцем Рому, который неосторожно высунул из-под кровати блестящий носик. Белая мордочка тут же исчезла. И тогда Елена услышала:
    -А находишься ты, милая, в Подземном районе Разноцветного города, куда никто просто так не попадает. И никто просто так отсюда не возвращается.
    Фед замолчал. А Елена горько расплакалась, слезы сами хлынули у нее из глаз. Почему так произошло, она и сама не поняла. Только прорвало. "Макс, Макс...", – повторяла, будто одним этим именем могла объяснить, что с ней произошло, что хотела знать и знала, а теперь не говорила.
    Фед молчал. Зато Ром вылез из-под кровати, как бы специально полюбоваться на Еленину слабость. Между прочим, глубокомысленно заметил:
    -Счастье всех во Вселенной влюбленных похоже на счастье народов, не помнящих своей истории.
    -Уйди по-хорошему, Ром, – сказал Фед.
    И обратился к Елене:
    -Вот! Я позволю провести тебе день с этим голубоглазым сердцеедом. Но сначала ты пообещаешь мне ответить на мои вопросы.
    -И почему это людям так нравиться задавать вопросы? – Ром вильнул пушистым хвостом и исчез под кроватью.
    Елене показалось: попрощался друг. Хоть Фед и улыбнулся, но она почему-то не чувствовала к нему доверия. Поэтому и обещать ничего не могла, смотрела в одну точку и упрямо молчала. Слезы капали, не переставая.
    -Перестань, – прозвучало серьезно и с какой-то затаенной грустью, будто сам Фед когда-то переживал подобную любовь к бессердечной женщине-роботу... А может, и в самом деле, сочувствовал? Понимал что происходит?
    -Я подумаю, – сказала Елена.
    Эти вымученные слова невпопад явились для нее очередным испытанием, однако начать отвечать на любые вопросы – издевательство!
    А Фед неожиданно согласился оставить ее в покое. Молча, поднялся с кресла. Подошел к самым дверям и сказал:
    –Ром, ты выиграл первый раунд. Даю тебе задание: действуй согласно полученным указаниям. Обстановку докладывать через два часа господину Викунье. При возникновении сложностей держать связь с Наиной. Лично я буду отсутствовать несколько суток. Но с тобой, Леночка, мы обязательно встретимся, чтоб ни произошло. Тогда и поговорим обо всем. До встречи, так? – и Фед снова широко улыбнулся. Будто приказы вдруг сделались комплиментами...
    -До встречи, – прошептала Елена.
    -Удачи, – мяукнул Ром сладко и радостно.
    Она вытерла подолом платья заплаканные глаза и поинтересовалась у пушистого историка:
    -Так что ты говорил о юрском периоде на планете Земля. Здесь такого не существовало?
    Кот, кажется, не имел желания продолжать и без того не короткий разговор. Он сиганул за дверь, а Елена... Что? "Ничего не остается, – подумала она, – как потянуться вслед за котом. В конце концов, каждого человека однажды интересует, насколько далеко простирается его тюрьма".
    -Настолько – насколько человеку пожелается. И на такую высоту – как получилось построить, – сказал Ром, продолжая рассуждения Елены.
    "Вот же система! Даже мысли не спрячешь!" – на Еленин внутренний крик не последовало никакой реакции. Она даже немного обиделась: мог бы чем-нибудь беленький котик успокоить! Все же вместе на прогулке!
    На это кот неожиданно заявил:
    -Хорошо, если так. Не отдаляйся от меня в мыслях. В Подземном районе быстрее, чем в Разноцветном городе, исполняются желания по-настоящему искренние.
    -А не для того ли, чтобы совсем ничего не пожелалось, окрестность такая голубая? – спросила Елена и не получила ответа.
    –Что и говорить, общение – высший класс! Лучше запомнить, где мы находимся, – повторила на всякий случай.
    Но как раз это оказалось самым сложным. Они шагали с Ромом по улице совсем непохожей на земную.
    Пирамидальные здания, словно высеченные из драгоценных камней, расплывались и терялись в высоте. Здания пропадали, стоило оглянуться назад или посмотреть в сторону. Под ногами переливались оттенки голубого цвета. Целый океан! Словно облака проплывали, меняя свое обличие. Синие цветы приветствовали девушку и кота, строго и равнодушно, своими изысканными лепестками и в тот же миг превращались во взмах крыльев синей птицы...
    Поразительно: бесцельное путешествие навеяло безмятежность. Чувства остывали. На душе стало легко, будто камень упал, грехи простились. Показалось, прошлое кануло в лету и никогда не вернется!
    Елена заметила: Ром внимательно следил за переменами в ее мировосприятии. Теперь он шел медленнее, почти крадучись. И ничего не говорил! Ничего не думал – ну не могла же она утратить свои телепартические способности за такой кратковременный отрезок их путешествия. Наконец она не выдержала:
    -Сэр, мы играем в "молчанку"?
    -Мы жертвуем песнями.
    -Э, Ром! Возможно, нам это все нужно для того, чтобы лучше больше узнать друг о друге? Ты любишь много спать?
    -Леночка, ученые пришли к выводу, что время, которое коты уделяют снам, имеет для них очень большое значение.
    -Даже, если детали снов малопонятны?
    -Не интереснее ли не во снах разбираться, а в..., – тут Ром сощурился до того, что глаза, почти закрылись, – коты, они, понимаешь, отлично разбираются в людях. Мелочь – мягкий прыжок, раз – и скрутиться на коленях чужого человека, совсем незнакомого, который ничем не приманивал. А с некоторыми людьми я упрямо держу дистанцию. Мое шестое чувство подсказывает мне, чью приверженность я могу использовать.
    -Кот, если его разбудить, начинает вести себя, скажем, странновато? – спросила Елена
    -И ты веришь этим сказкам? Котам, чтобы ты знала, у тебя на родине ставятся памятники!
    -Тебя не назовешь скромным.
    -Извини. Скромность на службе – причина для увольнения.
    Начал крапать дождь. Вообще вся окрестность окрасилась в более яркий цвет. Но здания, деревья оставались такими же размытыми, поднятыми в небо. "Только разве есть надо мной небо?" – подумала Елена и спросила:
    -Ром, в подземелье бывает небо?
    Он остановился. Внимательно посмотрел Елене в лицо. Вместо ответа через минуту обратился к ней совсем не в мыслях. Телепартический зов Рома выглядел чрезвычайно официально:
    -Наина! Твое время настало. У меня есть более важные дела.
    Елена растерялась. Распрощаться с другом посреди призрачных исчезающих улиц?! Что она сказала не так? Чем обидела белого красавца?
    -Спасибо за комплимент, Леночка, – тут же отозвался Ром. – Ты меня не обидела. С тобой интересно рассуждать и любоваться природными пейзажами. Однако извини, с детства брезгую дождями. И ничего не могу с собой поделать!
    Елена увидела, как белая шерсть Рома приобретает фиолетовый оттенок.
    -Забудь обо мне! – крикнул Ром на прощание. – Думай, что я рисунок из твоей школьной тетради.
    -Нет! Ты – настоящий! – запротестовала она.
    И крикнула с отчаянием в синюю пустоту:
    -Я тоже не люблю дождь!
    -Мне кажется, ты преувеличиваешь, – услышала Елена голос за спиной.
    За ней стояла женщина, похожая на всех женщин в сорокалетнем возрасте, Наина! Снова она появилась, как из-под земли. Фу ты! Под землею, однако! Трудно...
    -А может быть, и не так трудно, – сказала Наина. – Когда проходит сеанс психотерапии на основе задания Шефа, мне приходиться раскрывать свои способности. По этой причине наблюдается этакое противоречие в восприятии моей личности. Когда я предстану перед тобой слишком экстравагантной, ты не сумеешь преодолеть себя, сосредоточившись на моей неординарности и опыте, потому что каждая из нас – актриса мелодрамы.
    Точно: никогда Елена так не обижалась! Наина, скорее всего, специально разыгрывала роль.
    -Однако..., – Елена пыталась спорить. – Опыт, имеющийся у человека, не передается. Передать можно только знания, пожелания, приветствия. И я – другая!
    -Отлично, – устало сказала Наина. – Позволь взять тебя за руку. В Подземном районе Разноцветного города – все мы другие. На планете Альфа-Зэт разнятся даже формы общения с вашими – земными.
    – Прогулки с котами под дождем – продолжение выдающихся снов, – услышала еще Елена. –
    Снов...Снов...
    - Снова ты спишь! Твоя голубая комната и мягкая кровать снами возвращают утерянное ощущение реальности... Закрываем Книгу Снов, чтобы вернуться в настоящее...

    -Так Ром – не выдумка? – спросила Елена у Наины, которая сидела рядом с ней на кровати.
    -Вы думаете? – засмеялась Наина. – Рисуйте его в своих тетрадках, но не забывайте, миленькая девочка, что-то важное.
    Елена даже приподнялась на подушке.
    -Хочу правду!
    -Правда, в том, что тебя закружил Разноцветный город. Ты полюбила Макса и захотела у него остаться.
    Наина говорила так тихо и проникновенно, как в кинофильме про несчастную любовь. Елене показалось, что Наина получала огромное удовольствие от того, как внимательно она слушала, как не могла найти себе никаких оправданий.
    И потому, может быть, Елена попросила:
    - Наиночка, отведи меня в лес, туда, где вместо "здравствуйте" говорят "день – безразличие". Пусть Встречающий проведет меня к своим. Я хочу не знать ничего! И жить по-за Добром и Злом... Потому, что все смешалось. Я запуталась.
    Наина вздохнула. Она поняла сердцем, что происходит. Пауза длилась.
    -Мне хотелось добиться... – начала Елена.
    -Чего?
    - Не знаю. Сбой.… Нет, так говорил Макс.
    -А ты вспомни о звездах, – сказала Наина. – Хотя бы о той, что является тебе тезкой...
    Елена начала издалека:
    -Вы не понимаете, я обещала Геровичу ожидать его на опушке...
    И прорвалось! Она долго рассказывала Наине о Михаиле Константиновиче, о приключениях в лесу, о звездах на длинных ножках, которые свалила в кучу в лесной чаще под ель. Рассказывала о фосфоресцирующем прямоугольнике на стене серого дома и о красном паспорте с металлическими уголками, и о синем троллейбусе, и о своем невыполненном обещании проведать бабушку, которая, быть может, заболела...
    –Все, горе мое, хватит! – решительно произнесла Наина. – А то чего доброго пожалует пан Викунья. А мы секретничаем, и даже о бутербродах не позаботились.
    Елена с Наиной таинственно переглянулись. И вдруг... рассмеялись.
    Она выговорилась. И была благодарна Наине, что та во время разговора не задала ни одного вопроса. А если бы такой вопрос вдруг у кого-нибудь из ее новых друзей и вправду возник? Что Елене оставалось? Смеяться! Даже на вопросы к самой себе у нее ответов на этот момент не существовало...

    November 6, 2014 at 9:10 am | Reply
  33. Сташка Гринич

    Глава 21
    Много лет не доводилось ей бывать в Подземном районе Разноцветного города. И сейчас чувствовала она себя, как тогда, в молодости, когда впервые одна гуляла тут по улицам. Тогда ее интересовала архитектура, привлекал клуб "Разноцветный эльф»", где собирались те, чьи желания были загаданы в подземелье и потом исполнялись. Она желаний не загадывала. Приходила в клуб поесть, послушать хорошую музыку, познакомиться с интересными людьми.
    Воспоминания озарили ее лицо светлой улыбкой и улетели вслед за синей птицей, которая осталась далеко-далеко...
    Дарья Сергеевна Вышинская открыла дверь кабинета Председателя Планетарного Совета параллельного мира Альфа-зэт и услышала знакомый голос:
    -Я очень рад, сударыня, что вы откликнулись на мое приглашение!
    Фед старался быть галантным кавалером. Он поцеловал протянутую Дарьей Сергеевной руку, попросил извинения за рабочую обстановку кабинета.
    На самом деле не кабинет поразил Дарью Сергеевну. На тех, кто попадал в Подземный район Разноцветного города, неизменное впечатление производил цвет голубизны и то, перевернутое подземное небо – спокойное, прохладное, захватывающее.
    -Фед, здесь по-прежнему здорово!
    -И это не единственное мое достижение!
    -О, ты, как был хвалько в школе, так им и остался. Только разве прилично полстолетия не вспоминать свою одноклассницу?
    -Прости, Даша! Извините, милая Дарья Сергеевна. Нас когда-то объединяло одно увлечение астрономией, а потом дороги разошлись, каждый был занят своим делом. Я многое переосмыслил в жизни. Сама можешь представить, какой я. Временами допускаю ошибочки...
    Фед минуточку помолчал. Ну не рассказывать же ему, в какую историю по его вине попала Дашина внучка?!
    -Стечение обстоятельств заставляет выглядеть не совсем привлекательно...
    -Не мудри, а, Фед? – Дарья Сергеевна бросила дружелюбный взгляд на него – высокого худощавого, с черными усами, с аккуратной прической. Хорошо отглаженный, по фигуре костюм. Галстук... Очки в тонкой оправе. А за стеклышками, в глазах прыгают хитренькие чертенята!
    -Мы, Фед, никогда не собирались просто так. Теперь же ты использовал давний прием – уже и забытый мной пароль экстренной помощи. Ну, давай рассказывай, что там случилось в твоем царстве? Я слушаю!
    -Нет! Я лучше покажу!
    Фед подошел к стене. Дотронулся рукой – и стена раздвинулась. Появился проход. Как только Даша переступила вслед за хозяином желтую линию на голубом полу, стена неслышно стала на место. И тут же небольшое помещение кануло в темноту.
    -Это моя космокиберническая лаборатория, – сказал Фед. – Прежде чем включить свет, попрошу тебя не удивляться, не интересоваться непонятным, не задавать никаких вопросов. Все, что нужно, я объясню тебе сам.
    -Так и должно быть, фокусник! Я давно не интересуюсь в этой жизни ничем, кроме телесериалов.
    -А за что они тебе нравятся?
    -Фед, ты же сам когда-то утверждал, что самое интересное занятие для землян – подсматривать за чужой жизнью. Через замочную скважину, ящик телевизора, монитор компьютера, окно. Твоя акция борьбы с этими явлениями не имела успеха.
    -Как для кого... Ты, конечно, шутишь. А вообще...
    И Фед поднял руку вверх. Комната в один миг озарилась ярким светом. Тем более шокировали черные стены с непонятными рисунками не то ступенек, поднимающихся вверх, не то полос в правильном геометрическом порядке. На полу отсвечивал, поделенный на сегменты, круг, альфа-латинские буквы, фигуры людей, ряд пробирок, коллекция извилистых кореньев неизвестных растений.... Все это придавало помещению мрачность и никак не сочеталось с теми красками, что господствовали за тонкой перегородкой.
    Дарья Сергеевна была поражена. Она застыла на месте.
    -Теперь смотри! – произнес Фед, махнув рукой.
    Черная стена превратилась в огромный экран.
    Между красных камней пробирался человек. Он с упорством полз в гору. В правой руке этот человек держал простой кухонный нож, скорее всего, для нарезки салатов – смешная вещь для такой прогулки. Человек продирался через густые колючие кусты, не срезая веток. Просто низко прижимался к каменной поверхности и полз. Пробитый телом коридор, тут же закрывали растения: они, как стражники, с великой неохотой пропускали упрямца, но и отступали все же перед его неимоверной настойчивостью.
    -Мне только кажется, что это невозможно. Есть только один способ спасения – начать! – бормотал отчаянный путешественник-скалолаз. – Силы обязательно найдутся. Следующий шаг – моя настойчивость! Клянусь довести задуманное до конца! Они все будут знать, кто такой Герович...
    -Герович?! – ахнул Фед.- На другой планете?
    Дарья Сергеевна с удивлением повернулась к своему бывшему однокласснику. Она сочувствовала человеку, которому приходилось с таким трудом пробивать себе дорогу к неизвестной цели. И не знала Геровича. Однако его слова западали в память и тревожили.
    -Пока раздумываешь, возможности представляются равнозначными, – доказывал тем временем красным камням бедный Герович. – Я падаю, но продолжаю восхождение!
    Его лицо покрывали и пот, и кровь. Ослепленный, он врезался в острые выступы неровной, укрытой колючками, поверхности, задевал булыжники, падал, поднимался и снова шел. Каждый шаг добавлял ему ран. Он не чувствовал боли, хотя о ней свидетельствовали яркие алые капельки, и повторял:
    -Нельзя просто желать – нужно делать...
    -Он сам себе режиссер, – прокомментировал Фед. – Я за него боюсь!
    Однако изображение на стене уже успело измениться. Белые колонны и полуколонны, уходящие в небо, показывали дорогу измученному человеку. За ними виднелось, как через затуманенное стекло, строение, к которому он стремился. Странно, столько прошел, а кухонный нож из руки не выпустил...
    Фед внимательно посмотрел в Дашины глаза. И оборвал кино. Совсем, как щелкнул пультом телевизора.
    -Это происходит на планете Жестуния, – сказал Фед. – Параллельный мир номер один. Даша, я увидел новое. Для себя... Нужно подождать развития событий. А для тебя у меня приготовлены еще две коротенькие серии фильма под неоригинальным названием "Жизнь и деятельность". Ты не против?
    -Если хоть одна серия наведет меня на мысль, как тебе помочь и в чем – я не осмелюсь спорить! Я хочу избавить тебя...
    -Дашенька, если бы меня...
    -Вот в этом весь ты, Фед. Ни за что не признаешься!
    Стена засветилась снова. Появилось новое изображение. Даша охнула от неожиданности: демонстрировалась... ее квартира!
    Что за кино? Теодор спал в зале, на диване, вольно раскинувшись. Даша глаз не могла оторвать от этой сцены семейного покоя. Она в своей одинокой жизни никогда такого покоя не знала. Нежность охватила сердце. Как хорошо, когда квартира не пустая, даже в отсутствие хозяйки и полниться дыханием любимого человека!
    -Чудеса! – умиленно прошептала Даша. Она вспоминала, не оставался ли когда-нибудь Теодор ожидать ее в квартире. Да так и не вспомнила.
    "Может им лучше жить вместе в Разноцветном городе? – подумал Фед. – Стоит подсказать эту идею перетрудившемуся Начальнику. В конце концов, тошнит от лирики!".
    Изображение на стене снова пропало, чтобы на этот раз "кинозал" оказался залитым голубым светом. Экран превратился в легкий флер. За занавесом Лена, устроившись среди больших и маленьких подушек, сидела на широкой кровати, потягивала с чашки горячий напиток и объясняла средних лет женщине:
    -Понимаешь, Наина, я не могу пить чай вот так с чашек. Горячий, он жжет мне губы. Поэтому обычно я пью чай с блюдечка. А как-то в мире Альфа-зэт...
    -Где?! – побелела Дарья Сергеевна.
    Фед быстренько прервал сеанс. Подхватил на руки подружку, готовую рухнуть на пол, и вынес из лаборатории. Стены спрятали и тайну, и рассказ о Председателе Планетарного Совета. Приближалась минута наибольшего волнения и развязки запутанных событий.
    Теперь Фед не обращал внимания на многочисленные вопросы Даши, которая почувствовала себя лучше после принятого эликсира. Он, молча, стоял около окна. И пробивался в сон Начальника. Надо же, работничек, запамятовал о своих обязанностях. Непростительно – договориться о свидании с любимой женщиной и забыться в сладком сне. Старость какую-то выдумал на задании! Нет, лирика никому не идет на пользу, как и самосожаление.
    -Теодор! – телепартический зов, наконец, достиг адресата. Фед с облегчением вздохнул. – Мы с Дашей ждем тебя в моей резиденции. Поторопись, иначе твоя жизнь перемениться без тебя!
    Фед нарисовал пальцем на запотевшем от дыхания стекле остроконечную звезду. Вмиг звезда начала расплываться и исчезла.
    -Недолговечная, – саркастически произнес Фед. – Закон "Сейчас на Сейчас" приобретает очертания прошедших времен. Как не вертись, эмоции не отменяются!
    Дверь открылась, и Теодор бросился к Даше. Но Фед прежде, чем он смог опомниться, молнией метнулся от окна и встал между двумя влюбленными.
    Пораженная невероятным появлением любимого человека, который должен был находиться на другой планете, Дарья Сергеевна не могла произнести ни слова. Потом сняла с пальца перстень....
    Но ведь! С помощью волшебного украшения, небось, сама попала в мир Альфа-зэт. Не раз наблюдала появление и исчезновение Теодора. Сама бывала на других планетах. Чему же изумляться? Исполнению желания далекой юности?
    Наверное, ни Теодор, ни Фед не ожидали такого звонкого смеха. Даша видела их растерянность и хохотала еще звонче. Перстень протянула Феду и сказала уже совсем серьезно:
    -Приветствую! Собрались шутники. Теодор, ты не знаешь, потому что я тебе об этом никогда не говорила. Мы с Федом учились в одном классе. Фед нахально списывал у меня диктанты и контрольные работы. А когда я отвечала урок с места, он дергал меня за косу и нашептывал: "Попроси "двойку"! Попроси, ты же умеешь!" Ну, я научилась. И однажды в школе выпросила себе "двойку". И теперь прошу говорить прямо, и открыто, ничего не скрывать, на завтра откладывать и не хитрить.
    -Подождите, мне также нужно попросить извинения... – Фед посмотрел на Теодора. – Даша, я недавно узнал, что Лена твоя и его названная внучка.
    -Я узнал про это еще позже, – буркнул Теодор
    А Фед продолжал:
    -У вас талантливая девочка, что и говорить. От рождения она владеет способностями жителей двух параллельных миров. Легко открыла коммуникационный канал восприятия действительности и перемещения в пространстве. Легко входит в контакт с обитателями других планет, понимает язык живого мира. Отлично ведет себя на Траке Времени и неизменно возвращается в свое измерение. Эти способности в мире Альфа-зэт можно переписывать как обычную информацию для запоминания. Мало того, информацию можно использовать в любых целях – на добро, на зло. Я понятно говорю?
    Даша кивнула.
    -Лена открывала свои способности постепенно. Однажды это все ровно случилось бы. Может, не так, но... Вы иначе считаете? Да не в том главное! Сегодня нельзя допустить, чтобы кто-то использовал этот талант, на какие бы там ни было цели. В жизни всему свое время. Иначе нарушится равновесие между мирами...
    -Стойте! – крикнула Даша. – Что имел в виду Герович, когда говорил, мол, главное – начать?
    Теодор обхватил руками голову. Сказал:
    -Я догадываюсь. Только вначале признаюсь: я звонил Максу, а разговаривал с Геровичем.
    Фед аж завертелся в своем кресле, низко-низко склонился к Теодору. Он сидел рядом (Даша сидела дальше и не могла слышать всех слов, высказанных шепотом).
    -Шансов почти не осталось..., – донеслось до нее.
    Фед заговорил для всех, покинув признание Теодора без комментариев.
    -Лена в полной безопасности. Она у меня в гостях. Даша, ты не против?
    -Я...
    -Увидеться? Пожалуйста, не теперь, Дарья Сергеевна! Дашенька, тебе, золотце, надлежит выполнить архиважную задачу. Кстати, вместо Лены.
    -Как – вместо Лены? Разве Леночка сама не справиться?
    -Справилась бы. Только у безнадежно влюбленных нет интереса к человечеству, потому что...
    -Лена влюбилась в робота, – перебил Теодор долгие рассуждения.
    -Как? В робота... Друзья, пожалуйста, не подшучивайте надо мной. Как вы могли такое выдумать? Это же моя внучка! Такого не может быть!
    -Вот и я того же мнения, – Фед улыбнулся одной из своих самых привлекательных улыбок и пригласил друзей обсудить план первоочередных действий.
    – Мы используем силу любви в основе нашего авантюрного плана. Кто не согласен, прошу вначале выслушать...

    November 6, 2014 at 9:10 am | Reply
  34. Сташка Гринич

    Глава 22

    Странный полусон-полуявь улетел, как бывает по утрам, когда просыпаешься от холода. Елена уже бродила по этой чужой местности – каждый раз во тьме. И потому не могла знать, куда она попала и что так настойчиво просится в память. Но зловещий сон повторялся, как только она закрывала глаза. Книга снов не имела для нее никаких других текстов...
    На этот раз Елена решила задержаться во сне. Она вспомнила магическое заклинание, которое могло бы помочь раскрыть ей тайну, спрятанную в ночи. Достала из кармана куртки самовозгорающуюся свечу, подобрала с земли небольшой камушек и прошептала:
    "Сила моя, оберег мой,
    спасение мое и твое – заключаю.
    Судьбу я сей миг тебе вручаю,
    Твой договор – мой договор.
    Все беды от меня – прочь!
    Спасение мое – ночь.
    Везение мое – ты.
    Слово наше – камень!".
    Загремел гром. И она проснулась...
    -Наина, – спросила Елена, – если мне снятся странные сны, что это значит?
    -Я уверена: ты сама во всем разберешься. Только ничего не рассказывай. Сны этого не любят. Сейчас закрой глаза и подумай обо всем, что снилось. Ты найдешь ответ.
    -А посмотри, что в карманах моей куртки завалялось.
    -Смешная ты! Какой-то беленький камушек. Вроде морской.
    -Давай его сюда!
    Елена взяла камушек в руки. Вот он, ее оберег и договор между ней и той... планетой... Энцелад. Так. Мысли потекли плавной рекой:
    "Энцелад. Еще в далеком 2004 году автоматическая станция "Кассини" достигла системы Сатурна. И зарегистрировала фонтаны воды, высотой во многие сотни километров. Фонтаны били из четырех трещин в районе южного полюса планеты. Извергающаяся из недр Энцелада вода формировала "след", который обращался уже вокруг самого Сатурна в виде кольца. Для ученых было непонятно, откуда у маленькой планеты берется столько много энергии. В 2005 году появились первые предположения о возможности зарождения органической жизни в подледных слоях Энцелада"
    Елена улыбнулась. Жизнь существует! Это неоспоримый факт, подтвержденный тысячу тысяч раз. "Почему хочется доказывать?" – подумалось вдруг. Беленький камушек, лежал на ладони у Елены. И закон "Сейчас на Сейчас", о котором когда-то давно говорил Макс, требовал немедленного развития событий. Не завтра, а в эту минуту.
    –Я скоро вернусь, – сказала Елена. – Наина! Если Фед спросит, где я, то скажи хоть так: меня позвал сон на Энцелад.
    Да, теперь Елена ничему не удивлялась. Синий троллейбус остановился напротив клуба "Разноцветный эльф»". Она собиралась выйти в Разноцветном городе, но – нет... Троллейбус пустой! Кто-то позаботился о комфортном путешествии, которое продлилось совсем немного.
    Она не знала то ли ей раздражаться, то ли чувствовать себя польщенной. Судя по тому, как к ней относились с момента ее последнего пробуждения неделю назад, ей, конечно, поручалось ответственное дело. А с другой стороны, уже не темно. И глазам открылась такая явь, что лучше бы не видеть и обратно в сон! Елена стояла посреди улицы, вернее, посреди мусорной свалки и что делать дальше, куда идти не представляла вообще. На улице, куда она попала, находилось пару домов, если их можно было называть домами. На самом деле это напоминало разрезанные кубики, в которые вмонтированы пластины – открытые площадки для жилья. На них демонстрировалось семейное кино. Кругом высились кучи мусора. Хлам закрывал солнце. Что же тут такое творится?
    Елена медленно пошла по улице, стараясь не поднимать глаз и не подсматривать, как люди едят, пьют, целуются, ругаются. Но все было очень шумно. И дальше по обочинам дороги высились такие же половинчато-прозрачные жилища.
    "Как же они не замечают, в каких условиях живут? – думала Елена. – Почему все улыбаются, и никому не мешает шум? Неужели я одна такая привередливая? И вот! – обязательно мне надо на эту планету явиться и тут быть, кого-то видеть. Не на экскурсию же я сюда спешила!".
    Елена взяла в руки свой искрящийся магический камень. Нет, без концентрации телепартической силы и собственной внутренней энергии не обойтись никак! Закрыла глаза, сосредоточилась, снова повторила песенку-заклинание, услышанную на планете Альфа-Зэт. И почувствовала, как идет тепло по всему телу, как нагревается в руке беленький камушек, как ноги сами начинают вести ее в нужном направлении.
    Улица петляла по городу, заваленному мусором. А может, это был не город вовсе, а одна огромная мусорная свалка с улицами и переулками? Елена пришла в район, напоминающий выставку искореженных заводских емкостей под открытым небом. В каждой такой емкости – огромных чанах, баках, котлах – жили люди. В одном из невысоких котлов, а вернее, в его половине, на кровати лежала девушка. Она не спала. Когда Елена посмотрела на девушку, камень в руке снова стал горячим. "Спасибо, Энцелад! – прошептала Елена, направляясь к ее странному дому. – Я нашла избранную тобой".
    Внутренность этого половинчатого дома выглядела убого. Две кровати, стол, два стула, шкаф привинчены к полу, вероятно, чтобы ветер ничего не сдвинул с места. Сам пол и стены – металлические – в пятнах ржавчины. Кое-где на полу видны следы специальной замазки, но уже в одном месте по полукругу лежат рядами толстые короткие рейки, а в другом – прислонены к стене металлические болванки.
    У девушки большие миндалевидные глаза аквамаринового цвета, длинный прямой нос, тонкие губы, высокий чистый лоб, не закрытый челкой. Она собрала свои темно-русые волосы в хвост. Но по-детски не выглядела. Не смотря на то, что на первый взгляд казалась из-за худобы подростком, до того была прозрачная – кожа да кости.
    В этом котле-полудоме поселилась огромная печаль. И не требовалось иметь никаких способностей, чтобы не догадаться с первого взгляда – девушка больна.
    Елена вошла в дом без дверей и села на привинченный к полу стул.
    -Здравствуйте, – сказала она, используя телепартический метод общения. – Меня зовут Елена. Я из параллельного мира. Вы верите, что параллельные миры существуют?
    -Я? Это интересно, конечно. Рассказывают, что проводились исследования, и кто-то видел людей из параллельного мира. Я не то, чтобы не верю. Просто никуда не выхожу. Не мой день. Час и время. Возможно, это когда-нибудь случиться. И тогда...
    -Анжела, что будет тогда? Как ты встречаешь нашу дорогую гостью?
    Елена повернулась. У нее за спиной стоял высокий спортивного телосложения парень в черной майке и джинсах. Рукавчик майки не закрывал до конца татуировку на левой руке, правая рука на запястье парня была обмотана красными шерстяными нитками – получился браслет. Парень был очень похож на девушку, с которой Елена разговаривала. Глаза одной формы и даже цвета! Елена еще раз посмотрела на сестру, потом на брата.
    -Да, мы очень похожи, – сказала Анжела. – Это мой любимый брат Энн, и он никогда не забывает обмануть, что мы двойняшки. Хотя по-настоящему, Энн старше за меня на год.
    Энн тем временем готовил обед. Елена почувствовала, как она проголодалась. Но чувство голода моментально ушло, как только Елена заметила, как выглядит еда. А выглядела еда тошнотворно. Это была желеобразная масса, похожая на обойный клей. Энн принес ее с собой в пакетах, а теперь выложил на тарелки. Елена долго отказывалась от угощения. Потом посмотрела на Анжелу и поняла: она делает неправильно, нужно попробовать хотя бы ложку этого зелья... Каша, на удивление, оказалась вкусной и напоминала чем-то гречку с жареным луком. Елена быстренько подмела со своей тарелочки всю кашку дочиста и рассмеялась: Энн с Анжелой ели медленно, они еще и половину каши съесть не успели.
    Анжела поела, и Энн принес ей две розовых таблетки. Девушка в волнении сильно сжала и разжала кулачки – она совсем не хотела, чтобы кто-нибудь, кроме брата, знал про ее несчастье. Брат заслонил сестру спиной и стоял так, пока лекарство не было принято. А потом подошел к Елене и сказал:
    -Я предлагаю погулять по городу. Анжела сейчас будет крепко спать. Она уже спит. Пойдемте.
    Елена хотела помыть тарелки, но Энн сложил посуду в пакет, взял его с собой, прихватив еще что-то.
    -У нас еда вместе с посудой продается, – объяснил Энн и шагнул на улицу. – Идите, Елена. Что же, вы не идете?
    -Я сейчас, – она посмотрела на спящую под теплым одеялом Анжелу. – А ей не будет скучно тут совсем одной, когда она проснется?
    -Это будет совсем не так скоро.
    За первым поворотом Энн выбросил упаковку с посудой в специальный ящик, где виднелось множество похожих упаковок. Пакет остался у Энна в руках.
    -Так вы все же заботитесь о чистоте города? – Елена перепрыгивала через кучи мусора и не могла понять, почему для продуктовых отходов и посуды ящики есть, а для всего остального – нет.
    Только она ошибалась. Очень мало таких ящиков было установлено по городу. Люди выбрасывали мусор куда придется. Они не считали нужным прибавлять себе забот. Зачем беспокоиться о чистоте, когда кругом не так и грязно....
    Прохожие со счастливыми лицами прогуливались по улице. Никто не замечал загаженного тротуара, гор строительных отходов, каких-то липучек, мелких и крупных вещей, выброшенных под стены жилищ. Неважно, что кто-то каждую минуту вновь бросал на улицу пачки, пакеты – все ненужное, недоеденное, недоношенное, надоевшее. И ветер шелестел этим добром, носил запахи и рвань по Энцеладеру. Что-то гнило, плесневело...
    "Будто великан постарался – вывернул на дорогу огромную мусорницу, а ее содержимое воняет и не дает пройти... А, вообще, как так можно жить? – подумала Елена. – И еще улыбаться, будто вокруг комфорт. И отдых, как на лучшем курорте Сатурна...".
    -Ты был на Сатурне? – спросила она, повернувшись к Энну, который все это время внимательно наблюдал, как гостья рассматривает улицу.
    -Нет, мне так не везло, как тебе. Но у меня все еще впереди. Я это знаю, потому что мы с тобой сейчас видим одинаково.
    -Я не понимаю тебя, Энн.
    Они подошли к реке – узенькой, петляющей в болотистых берегах. Место между деревьями на берегу оказалось на удивление чистым и ухоженным.
    -Это мое место, я за ним смотрю, – сказал Энн, достал из пакета одеяло, расстелил его, чтобы сидеть не на голой земле. – Ну, вот, можно продолжить наш разговор. – Энн взял в руки камушек.
    Елена ощутила, как исходят пульсация от белого камня, который лежит в кармане ее куртки. Это могло быть случайностью, поэтому Елена не стала сама задавать никаких вопросов. Она ждала.
    Энн смотрел на бегущую вдаль реку и молчал. Вода была зеленовато-коричневого цвета. На солнце она становилась коричневой и блестела.
    Елена вспомнило тихое озеро в Разноцветном городе. Там вода передавала информацию. Ту воду нельзя было трогать руками, не то, чтобы пить.
    -Послушай, а можно умыться в реке? Я так хочу освежиться после долгой дороги.
    -Я не советовал бы инопланетянке делать это, – Энн подбросил вверх свой маленький камушек.
    Она засмеялась.
    -Ты говоришь загадками.
    -Хорошо. Я говорю загадками, потому что боюсь, что ты мне не поверишь.
    -Да? Но ведь я для тебя – неизвестно кто, неизвестно – откуда, неизвестно – зачем. Ты знаешь меня полтора часа и просишь о доверие? Не странно ли?
    -Мы видим одинаково. Ты и я. Больше никто из моих друзей и знакомых не видит так, как мы. Я знаю, что ты с другой планеты. Я просил об этом друга. И он пообещал, что найдет во Вселенной человека, который сможет мне помочь. Я очень долго тебя ожидал. Знал, что однажды ты придешь. Веришь, я нисколько не удивился, когда увидел, как ты шла к Анжеле. Слышал ваш разговор о параллельном мире, но подошел чуть позже. Поэтому я не сомневаюсь, что ты с другой планеты.
    -Анжела мне не поверила, хотя я точно знаю, что призвана я не к тебе, а к ней. И с ней мы должны говорить. – Елена смахнула прядь волос, упавшую на глаза.
    -Нет, Елена, – Энн посмотрел на нее печально. – Анжела тебе ничего не расскажет. А я, чтобы было понятно, начну свой длинный рассказ с древних времен, когда на Энцеладе день ровнялся ночи, его поверхность была самой чистой в Солнечной системе, а недра разогревали приливные волны, которые могли выбрасывать гейзеры. Тогда Энцелад был предрасположен к вулканической активности. Планете помогли справиться с ее проблемами и организовать первые поселения жители других миров. Здесь, на Энцеладе, оказалось много полезных ископаемых. Люди организовали их добычу. Молодая планета давала шансы заработать миллионы долларов. Постепенно возникло техническое производство. Мы с Анжелой сейчас живем на одном из тех исторических заводов, брошенных колонизаторами. На Энцеладе тепло, тут никогда не бывает зимы. И вот какой-то изобретатель нашел решение жилищной проблемы: ненужные емкости разделили на две части – жилья стало в два раза больше. Все нуждающиеся остались довольны. Но все ровно многие людей стремились жить лучше уже сейчас, а не завтра. Тогда и возникли эти энеры.
    Елена впервые слышала такое слово. Ее воображение вмиг нарисовало толстых червей, вгрызающихся в мозг.
    Энн немного помолчал, как будто рассматривал картинку, а потом сказал:
    -Да, ты, пожалуй, права. Так оно и есть – в мозг. Только без садизма. При помощи розовых иллюзий.
    Елена встала на колени. Она не могла больше спокойно сидеть на месте и смотреть на бегущую вдаль реку.
    -Ты хочешь сказать, что эта река – иллюзия? И все, что я вижу вокруг – одна сплошная иллюзия? – Голос дрожал, потому что однажды в Разноцветном городе она уже столкнулась с ужасной былью за окном, что поимела наглость не казаться сказкой.
    -Река настоящая. И ты все видишь правильно, потому что не живешь на Энцеладе и не употребляешь с едой и питьем энеры. Я тоже живу без них. Мне не нужны иллюзии.
    Елена устало уронила руки на колени. Нет, она основательно запуталась! Какие непонятные мысли у этого парня! Вот уже битый час беседуют они о том, что творится вокруг, а она ничего понять не может. Слезы навернулись на глаза. Даже подумалось: если это сон – пусть бы он....
    -Пойдем в город, – сказал Энн.
    Они возвращались в Заводской район все по той же грязи. И вновь навстречу им попадались счастливые пары. И довольные пожилые люди.
    -Хочешь поговорить с кем-нибудь? – спросил Энн.- И не ожидая ответа, позвал девчонку в платье леопардовой расцветки. Ее шею прикрывала такая же "звериная" косынка, в ушах поблескивали сережки, а лицо было бледным и невыразительным.
    -Привет! Как дела? – заулыбалась девчонка. – Знаете, хаос дает возможность фантазировать. Я в своем доме сама выбирала и пробовала каждое блюдо, проводила тренинги среди знакомых. Сейчас у меня сильная команда, они уже берут инициативу на себя. Я организовала ресторан "Энеры". И я так радовалась, как будто получила в награду новые сладкие энеры.
    Елена и Энн поблагодарили девчонку за рассказ и попробовали уходить, но она хватала их за руки и умоляла дослушать:
    -Перед тем как решиться запустить свой бизнес....
    -Послушайте! Умоляю! Это так важно! Надо изучить бизнес досконально. А если ты открываешь ресторан, надо быть очень терпеливой и любить людей и много разговаривать.
    -Молодец! – Елене захотелось похвалить эту маленькую бизнесменку. Возможно, ее иллюзия когда-нибудь превратиться в быль, ведь учеба имеет способность разгонять розовый туман неведения. Наверное, и Энн учился, поэтому не поддался иллюзорному воздействию внешнего мира.
    Когда Елена наконец-то прямо спросила Энна об этом, тот объяснил ей, что и он прошел через этап иллюзорного счастья. Учеба перевернула сознание. Но самое главное, однажды их школу посетил Магистр Знаний киберсистемоисности Вселенной с планеты Жестуния. Он познакомился с Энном, увидел, как он один заботиться о больной сестре. Тогда были сказаны самые главные слова о том, что реальный мир – это наше настоящее. И нельзя от него уходить, потому что, уходя, мы можем потерять самое дорогое, что в этом мире имеем...
    -Я долго думал над этими словами, – признался Энн.
    Взял Елену за руку, помогая выбраться с дороги на обочину.
    – Честно, тогда я понял, что у меня все получится. Смогу справиться с этим и без опасений проявить свои эмоции. Я учился быть таким, как я есть и уже ничего не боялся в этом мире. Конечно, хотелось иногда энеры. Даже снилось, как я блуждаю по городу счастливый и беззаботный! Но я смотрел на Анжелу и уходил к реке. Река давала мне силу держаться. Магистр Знаний изредка заглядывал ко мне в гости. Такая вот история. А сестра... Я не знаю, что мне делать. У нее заканчиваются таблетки. Без таблеток она не сможет жить. Так бывает...
    Елена остановилась. Напряглась всем телом, сконцентрировалась. Повторила про себя заклинание. Потом достала из кармана куртки свой белый камушек. Зажала его в руке и попросила открыться Книгу снов. "Хорошо, – промелькнуло в мыслях. Книга снов раскрывается. Спрашивай. Но ты должна сейчас же вернуться в Подземный район Разноцветного города, в свою голубую комнату, чтобы потом вспомнить...".
    -Энн, лекарство есть в одной из аптек на окраине Разноцветного города. Нигде в этом городе таких таблеток, которые нужны Анжеле, ты не найдешь еще семь дней. Пока, Энн. Я должна уйти. До встречи. Думаю, мы еще увидимся.
    Елена почувствовала, как ноги сами уносят ее все дальше от Энна. А он продолжал смотреть вслед быстро удаляющейся девушке. Впрочем, и Магистр Знаний уходил от него вот так неожиданно. Вначале это выглядело странным, потом стало понятным – самый обычный уход для инопланетян.
    ...Елена проснулась. Наина, тихонько напевая, вышивала золотыми нитками цветы на лимонном шелковом полотне. Это полотно падало волнами на колени. Получалось, будто Наина в голубую спальню впустила желтое цветастое облачко. Ага...
    -А ты, Наиночка, нигде не видела маленький беленький камушек? – спросила Елена.
    -Нет, – ответила Наина. – Тут не улица. Камней быть не может.
    -А я тебя не просила достать камушек из кармана куртки?
    -Нет. Хочешь, проверю твои карманы, чтобы спокойнее стало?
    -Спасибо! Я сама.
    Карманы джинсовой куртки оказались пустыми! Белого камня, которому Елена вручила свою судьбу, не было! Слова заклинания повторялись:
    "Все беды от меня – прочь!
    Спасение мое – ночь.
    Везение мое – ты
    Слово наше – камень".
    "Слово? – подумала Елена. – А может, я тороплю события?"...
    -И я ничего не говорила тебе про Энцелад? – задала третий вопрос Елена.
    -Нет, Леночка. Про Энцелад слышу первый раз. Что тебя интересует, моя хорошая?
    Елена знала, что сказать. Ответ Наины ее обрадовал. Но выполнение секретного задания требовало своих ходов:
    -Наина, а, правда, что сны, нельзя рассказывать?
    -Почему же? Нужно смотреть какой это был сон. Сны бывают разными. Простыми, сложными, гм, я знаю сорок видов снов, так что двумя словами ответить на твой вопрос и не пытаюсь.
    Дверь хлопнула. Кто-то пришел в голубое царство сказать "С добрым утром!" после бессонной ночи…

    November 6, 2014 at 9:11 am | Reply
  35. Сташка Гринич

    Глава 23

    Огненные цветы распускались на стенах зданий и закрывали их наполовину. Отцветали, опадали разноцветными искорками. Потом опять разыгрывалась в ночи импровизированная огненная весна, и цветы других оттенков украшали дома по улице Цветной. Тут любили гулять влюбленные.
    Макс решил придти сюда, потому что праздник ассоциируется у людей с цветами. И робот решил устроить себе настоящий праздник. А как же? Ведь он свободен! Впервые в жизни свободен. Сегодня люди чуть-чуть добрее, умиротворенней, что ли ...
    Что касается количества людей, с которыми встречался по жизни Макс, то их было много. Память принимала и стирала имена, характеры, поступки. Насколько роботу известно это имя Лена... пробел... Лена, ее необходимо встретить снова! Тогда Герович не набрался терпения дослушать фразу до конца. Обрадовался. Чему? Перебил. Зачем? Будто забыл, что машина устроена по более качественной и правильной, не однажды проверенной и перепроверенной модели! Сбоев в памяти при выдаче информации не допускается. Это предусмотрено программой. А Герович, хоть и разработчик, действовал обычным способом... Возбужденный, нервный, переутомленный, напуганный...
    Полноценного человека не существует! Факт, в котором Макса убедила его железная логика. Но существуют люди, обладающие могуществом, недоступным киберам. И Лена...
    -Мне известны ее секреты, – повторял Макс, шагая по улице Цветной Разноцветного города. – Информации одинаковой, под одинаковым заглавием не может существовать в двух экземплярах. Я не уничтожу Лену, а сам получу право на вечность! Я смогу побывать в любом месте Вселенной и выполнить следующее задание. Тогда я направлюсь на Жестунию. Мая чистая память без перенапряжения, без Лены, значит, без опасности для центров моей жизнедеятельности, сумеет полно и качественно принять новый объем информации на любую тему.
    Конечно, во всемогуществе Макса существовал недостаток. Если бы он был живым человеком, то врядли усваивал бы пунктуальность и последовательность собственных действий с таким старанием...
    Вдруг дорогу киберу заступил пан Викунья. Голубоглазый, стройный, с волнистой гривой светлых волос, он смотрелся рядом с кибером очень эффектно.
    -Белиберда, мальчик! – Викунья не собирался приветствовать робота. – Ну вот, из чего ты взял манеру задумываться по любому поводу? И повторять в памяти какую-то мерзость? Где радость, где удивление? На ночной улице ты встретил человека, относящегося к тебе с любовью и уважением.
    -Иначе не бывает, – равнодушно ответил Макс.
    -Еще как бывает! Ты же сам, вот признайся, не на танцы собрался.
    -А тебе дело?
    -Дело, коль задаю вопросы. Вместо того, что б загромождать свою голову планами убийства, в конце концов, подумал бы о себе. Не быстро ты развиваешься со своим кибер-прошлым!
    -Считаешь, трагедия?
    -Не трагедия, все одно – мерзость!
    Макс внимательно следил за каждым жестом, каждым словом незнакомого ему человека и убеждался: что-то тут не так. Чем-то отличается случайный встречный от других людей. Только чем?
    -Неужели твоя жизнь такая коррозия, что ты на всю улицу обзываешь меня злоумышленником и убийцей да нисколько за себя не боишься? – наконец с издевкой поинтересовался Макс.
    Ответить пану Викуньи не удалось, потому что в этот момент началось настоящее сумасшествие. Волшебный, сияющий, блестящий свет, среди разноцветья которого они прогуливались, вдруг вспыхнул как порох. Пламя было фиолетовым, и оно не обжигало, а распадалось в высоте на мелкие снежинки и падало снегом. Лицо Макса побелело от ужаса. Его внутренние системники били тревогу.
    -Что это такое? – закричал Макс.
    -Жители Разноцветного города переосмысливают реальность!
    -Как? На это есть руководитель, царь.
    -Именно! У каждого жителя Разноцветного города свой царь в голове.
    -Схема?
    -Если хочешь... Тебе так удобней. Нет, на самом деле, никакого царя. Цари, они также люди, незащищенные от зависти, болезней, стремления к наживе любым способом. Их власть называется – работа. А люди в воображении создают Образ. Затем выбирают краски, размалевывая реальность. И суждения каждого – единственно достоверны.
    –Мы, роботы – наилучшей конструкции. Умеем все делать правильно, по программам. Никаких отклонений и самодеятельности! Человекороботы не могут допустить переосмысления реальности, а значит, сбоев в программе. Видно, руководитель не позаботился об установке, достойной его личности, защитной системы?
    Пан Викунья, верно, не собирался впутываться в подробности.
    -Иди за мной, Макс! Шанса на спасение у тебя больше не будет. Смена расцветок меняет устоявшийся ритм жизни. Кто знает, имеют ли возможность выжить в такой ситуации типы наподобие тебя?
    Вокруг вспыхивали костры. Здания тонули в фиолетовом, выглядывая нежными полевыми цветами среди роскоши огромных языков – щупальцев. Богатырские лепестки сжимались в бутон, поглощая разноцветье вычурных архитектурных усилий, не обращая внимания ни на оригинальность форм, ни на неповторимость расцветки. Буквально за минуту за спинами наших героев оказались снежные заносы. Не глядя на полное отсутствие ветра, фиолетовые сугробы не переставали волноваться. И тут один из них полностью накрыл Макса. Робот выстоял на ногах и не упал. Фиолетовая лавина помчалась дальше, оставив на одежде обоих путешественников огромные пятна, как от воды. Макс уставился в землю своими серо-серебристыми глазами, и они... светились! В зрачках робота блеснула ртуть.
    Нужно было принимать срочное решение. "Подземный район, Фед!" – мгновенно решил Викунья.
    -Закрой глаза! Ты в опасности! – крикнул Викунья роботу. И потянул за собой его онемелое тело.
    Макс послушно выполнил приказ. Он не сопротивлялся, глаза не открывал. Еще через минуту он почувствовал внутри себя небывалую тишину. Абсолютное безмолвие! Не тревожила никакая задача, уже не сигнализировали об опасности стражники охранного приспособления, им же для себя недавно разработанного! Такая прелесть! Такое отсутствие звуков, стремлений, даже намеков на их существование...
    -Нет ничего! – твердо промолвил Макс. – Мгновения превратились в вечность. И меня никогда не было. Но я не полностью искренен, потому что я есть... И хочу быть!
    Понятно, пан Викунья знал, как устроены кибера. Временной сбой в системе машинного мышления не ввел его в заблуждение. Наоборот, нужно было торопиться. Пока к Максу не вернулась память. Пока он, как послушное дитя, держится за руку и не пытается вырваться. Конечно, с роботом не все в порядке. Тем более, какая ему разница, где оказаться теперь, после воздействия стихии? Хотя Макс, на самом деле, отличный механизм. Его жизнедеятельность продолжается. Пусть даже снежный пожар постарался, и теперь системники и то-другое в кибер-программах повреждено...
    Однако в Разноцветном городе им – и роботу, и человеку – случайным встречным на темной улице, обоим, нужно было выбирать: сгореть или изменить установки. Викунья был почти уверен в том, что у Макса новое мировосприятие. Не являлось секретом для голубоглазого помощника Феда и то, что совсем недавно кибер прошел профилактику. Может и перепрофилактику. Недаром же Макс бредил сумасшедшими идеями! Кто разберется теперь в его настройках и сумеет определить направленность будущих действий?
    -Открой глаза, Макс! – Викунья произнес это устало и безнадежно.
    Лучше новый механизм, чем испорченный старый. А тут, если, что-то и совсем полная неизвестность! Но перемещение завершилось без приключений. Самое обычное!
    Викунья переживал напрасно. Робот открыл глаза и зажмурился: окрестность залита ярким голубым светом. Кое-где плывут в воздухе, развеваются разные оттенки синего, будто вуальки. И... Что это? Выцветший фиолетовый! – отзвук жажды духовных перемен, когда очень хочется привлечь и оказывать влияние на других...
    Робот вздрогнул. Он вдруг ясно почувствовал и воспринял этот колор красок и желаний. Таращился на строгие строения, возникающие в высоте, пялился на каждый камушек под ногами. Не мог спокойно пройти по тротуарной плитке и не оглянуться десять раз назад. Пан Викунья буквально извелся с ним, как с маленьким ребенком, но не сделал ни одного замечания. Наконец у робота прорезалась речь:
    -Такое чувство, что я вернулся домой!
    -Макс! Помолчи! – угрожающе помахал кулаком Викунья. И прибавил шагу.
    -Но... Я здесь когда-то был!
    Слова канули в молчание.
    Не обращая внимания на душеизлияния и открытия до "не могу" устаревшей компьютерной "светлости", Викунья быстро приближался к Резиденции Высшего Планетарного Совета. Сомнений не возникало: киберу, какой едва успевал вслед, ничего объяснять не обязательно. Разве...
    -Макс, ты находишься в Подземном районе Разноцветного города!
    -Под землею?! Так я утилизирован? О, человечишки! – робот остановился, оглушенный первой четко воспринятой им информацией.
    -До утилизации еще не дошло! – засмеялся обрадованный такой реакций Викунья. – Не волнуйся, Макс! Ну, чего ты сразу так реагируешь? Нет же никакой опасности для твоей жизни. Ты, на самом деле, однажды побывал здесь. Я желаю, чтобы твоя память оживила тот отрезок времени. Вот и вожусь тут с тобой, как с расстроенным кибертенком. Ты же хочешь продолжать свое существование, да? Каждый механизм при этом знает свое предназначение. Не представляю, как машина может не знать! Ты чувствуешь, что наступает пара знать?
    Как же хорошо чувствовал себя Макс в незнании! Как жаль расставаться с моментом тишины и чистого спокойствия! Приятно открывать в себе память дома... О! А это... Это далекий сигнал тревоги ноет с самой центральной Сп-грамы!
    -Я боюсь, – сказал Макс.
    -Чего ты боишься? – вскинулся Викунья.
    -Бездействия, – промолвил Макс.
    -Не терзай себя излишними рассуждениями. Что, по-твоему – бездействие?
    Они поднимались уже на третий этаж по голубой лестнице здания Резиденции Высшего Планетарного Совета.
    -А может, это – покой? – вопросом на вопрос ответил Макс.
    Викунья решительно открыл дверь. Складывалась совсем не та ситуация, когда требовалась просьба о назначении встречи с высокопоставленными лицами. Вспотевший Викунья, с растрепанными волосами, с какими-то фиолетовыми пятнами на элегантном костюме для официальных приемов, с отчаянием на лице, показывал рукой на, казалось бы, равнодушного и безразличного ко всему Макса.
    Объяснения потребовались разве для одной Даши. По этикету ей было неудобно присутствовать при разговоре. Даша, оценив ситуацию, крутнулась на каблуках и ушла в противоположном направлении в самый дальний угол большого, на весь этаж, зала. Нет, лишней себя не чувствовала. Просто остановилась около открытого окна, и так вышло, не нарочно, ее закрыла штора.
    Кто бы мог подумать, что сама судьба решила внести поправки в служебный этикет? Поразительно... Дарья Сергеевна повернулась – и глаза в глаза столкнулась… с Максом. Растерянно и с какой-то надеждой, он смотрел на нее и молчал...

    November 6, 2014 at 9:12 am | Reply
  36. Сташка Гринич

    Глава 24

    Высокий белый офис стоял на горе Аэол среди мраморных колонн и полуколонн. Их ряды уходили в небо, тянулись до самого горизонта и сливались в одну белую линию – далеко-далеко. Теперь, после красных камней, это давало отдых глазам и отвлекало от горьких мыслей. Казалось, восхождение длилось дни, недели – время терялось и превращалось ни во что...
    Герович добрался! Строение, окруженное колоннами и полуколоннами – храм Мудрости жестунцев – рядом, шаг ступить! Михаил Константинович просчитывал в уме дальше: ровно шаг отделяет его от сокровенной мечты, единственной цели, необходимой ему. Еще шаг – и жизнь изменится неузнаваемо, пусть сердце и сжимается в комок перед началом нового этапа...
    Обессиленный Герович распластался на земле, в восхищении от торжественности будущей минуты. Слезы радости стекали по щекам. Наконец-то справился, осилил... И они, те слезы, смывали великий позор. Какому еще изобретателю на свете довелось услышать от собственного изобретения, что он создал своим умом абсолютную ненужность? Мало того, эта самая ненужность превзошла в знаниях своего создателя...
    О, Макс! Собранный со всей Вселенной по детали! Он сумел спасти себя от власти человека. Неоспоримой, даже во сне не допускающей прекословий, самой полной на свете человеческой власти над роботами... Надо же, доморощенный изобретатель! Ему – только представьте! Кибер-механизму! – понадобилась охрана! А как выдержать неожиданное проявление незапрограммированной заботы? Создателю машинного системакапсулированного ума требуется отдых на морских пляжах... Вот где ошибся внимательный металломаразматик!
    Герович из тех, кто умеет признавать свою ошибку. Даже, если провозился с ней – ошибкой! – добрую половину жизни!
    -Я справлюсь! Смогу на этот раз без просчетов! А ты, Макс...
    Михаил Константинович Герович от жгучей обиды аж привстал, оперся на окровавленные руки. И тут только заметил, что так и не выпустил из пальцев приспособление, похожее на кухонный нож.
    -Вот как... – вырвалось у Геровича. – Я, оказывается, еще шутить могу. Собрался обороняться ножом для нарезки салатов!
    Тут же оправдал себя:
    -Я – не робот. У меня – инстинкт, а не заложенная в механическое подсознания необходимость.
    Резко поднялся с земли и инстинктивно оглянулся назад. Теперь, когда он прошел ряд колонн, перед глазами уже простирался чудесный пейзаж с петляющей и плавной рекой. Вымотанный до последних сил человек невольно залюбовался, появившейся из неизвестности панорамой – красочными деревеньками и городками. Они тонули в зелени, кинувшейся в рост, видимо, после недавних ливней. Почему-то Герович это отметил и пытался найти что-то занимательное в каждом повороте реки, когда разнесся дикий крик.
    Так могло кричать испуганное дитя... Герович вздрогнул, побледнел и в ужасе сделал шаг назад. Молниеносная догадка выстрелила своей простотой и неимоверной безжалостностью в самое сердце: "Я, оказывается, выбрал не тот путь для восхождения! Сам сделал его таким нелегким!". Что теперь делать? Кричать и кусать локти от собственной глупости и бессилия?
    Герович мгновенно повернулся лицом к офису, железной хваткой вцепился в нож, который валялся под ногами. Сквозь зубы выдавил в пространство:
    -Что задумано – сделаю! Робот не должен сам создавать свои программы и путешествовать по разным планетам. У меня киберизменитель, позволяющий испортить спецкарту робота даже самым древним способом.
    Никто не видел Геровича. Он, единственный человек, на вершине горы Аэол мог бы без сожаления столкнуть вниз любого другого, возникни тот рядом. Презрительная гримаса искривила лицо Михаила Константиновича. Ни один человек не признал бы в нем теперь того вежливого соседа по троллейбусу, увлекающегося детской непосредственностью или друга, что не побоится неожиданностей в кафе. И все-таки...
    Этот офис был самым внушительным из всех, построенных в Галактике. Когда-то он принимал и вмещал сразу до восьми тысяч представителей разных параллелей. Каждый из получивших приглашение на Жестунию брал с собой как можно больше сопровождающих, чтобы не выглядеть одиноким.
    Одних влекло сюда обычное любопытство, другие желали показать свое величие, третьи рассчитывали встретиться с друзьями и поговорить о делах. Здесь разрабатывались захватнические планы, выгодные договоры, ученые делились своими наработками и обсуждали совместные проекты. Собирались на Жестунии и просто авантюристы, шулеры. Однажды кто-то из уважаемых гостей позволил себе охарактеризовать местных обитателей, как людей неинтересных. И с той поры гора Аэол надежно оберегала свою недоступность, а офис – тайны.
    Герович с усилием потянул на себя массивные металлические двери. Вошел в офис и остановился, чтобы хорошо осмотреться и потом при возникновении опасности знать, где выход, куда можно укрыться.
    Офис был наполнен людьми. Они обступили большой костер, разведенный посередине помещения. Искусственный огонь сигал до самого потолка, который терялся где-то в высоте. Но пламя было ровным, высоким, каким-то ненатурально красивым и успокаивающим.
    Нужно было сконцентрироваться, сосредоточиться на телепартическом восприятии того, что происходило. Услышать! Геровичу это удалось не сразу. Он покраснел, обливался потом, смирился с тем, что ничего не получается. И вдруг в голове как резануло:
    –Проклятые переувеличители! – внушительным голосом читал человек в белой одежде. – Им удалось перетянуть заразу на соседние планеты. Ими написано множество книг, умножающих страшную эпидемию незнания. Против этого существует только одно средство: жечь! Бросать в огонь книги и тех, кто виноват в ее распространении. Высокородные лорды, паны, господа, борцы за лучшую Галактику! В мире не должен нарушаться покой из-за контактов с инопланетянами и отличия их планет от планеты Земля. Сжигать! Книги, которые призывают к другому! Книги, вызывающие энтузиазм владеть и добиваться бездумного поклонения, воспитывать непомерные амбиции и ненависть к жизни. Бросайте написанное в огонь! Мудрость сохранится в жестах! Только жесты умеют усмирять эмоции. Я проклинаю и заклинаю огнем переувелечителей!
    Как только прозвучало проклятие жестунца, книги начали лететь в костер. Их обложки крыльями раскрывались в полете, легкими перьями опадали закладки – свидетели того, что книгу когда-то берег читатель и помечал для себя наиболее важную и интересную информацию. Показалось или подвело воображение…
    Герович заметил в бумажном множестве свой последний, незаконченный труд "Роль личности в истории и неограниченная власть". Он не мог больше смотреть на это издевательство. Не мог слышать! Телепартические способности теперь казались карой небесной. Или спасением…
    "Я спрячусь за колоннами и арками офиса! – подумал Герович. – Тут должны быть альковы. И лаборатория... А когда закончится их инквизиторское мероприятие, я подойду к тому жестунцу в белом. Я выскажу свои ощущения. Как автор научных монографий, я имею право на возмущение...
    -И ненависть, – услышалось со стороны.
    Другой, не тот жестунец, также в белой одежде, но с треугольным медальоном на шее, стоял рядом с Михаилом Константиновичем.
    -Ко... когда в... вы появились? – вопрос Геровича никак не стыковался с добродушной и по-детски открытой улыбкой жестунца.
    -Вы позвали меня. Я и пришел. Вы же согласны с тем, что во Вселенной гостеприимство не отменялось?
    -Да, – Герович недоверчиво посмотрел на его белый с золотым балахон, одно плечо оставляющий открытым.
    -Хоть вы к нам и не совсем в гости, однако без нашей помощи вам не обойтись.
    -Почему вы так думаете?
    -В самом деле, я думаю, а не произношу. Мы разговариваем с вами методом телепартии. И поэтому ни одно ваше стремление не останется для меня секретом. Кстати, отдайте мне нож. Пусть и предназначенный, как будто, для нарезки салатов. Никаких предметов и вещей не могут иметь при себе те, кто входит в наш офис. И без них каждый человек владеет непомерным богатством – самосознанием, умом, собственной честью и моральным законом.
    Михаил Константинович протянул свое новое изобретение, похожее на нож, жестунцу. Тот взял этот странный предмет обороны от неизвестных врагов. Нож, как коснулся ладони, тут же вспыхнул бенгальским огнем. Жестунец с улыбкой помахал рукой, избавляясь от невидимой пыли. А Герович тоже почему-то улыбнулся. Хотя услышал для себя неожиданное:
    –Ну вот, дорогой Михаил Константинович Герович! Человек, который сумел подчинить эмоции в сфере женской любви! Человек, который замахнулся владеть народами с помощью кровавой силы и инстинктов, милости просим! Пожалуйста, на экскурсию в офис Знаний планеты Жестуния параллельного мира номер один.
    И они двинулись вглубь огромного жестунского строения. Проходили через залы, поднимались на этажи, кружа по винтовым лестницам, и вновь спускаясь вниз, в лабиринты. На ходу добровольный экскурсовод заметил:
    -Мы не сомневались, что однажды вы навестите нас. Тем более что ваш Макс...
    -А вы знаете Макса? – не смог сдержаться Герович.
    -О-о! – засветился жестунец, – Макс по своей конструкции – передовое изобретение. Этот кибер – разработка будущего.
    -Да? Вы так считаете? Спасибо за понимание! – изобретателя очень обрадовала похвала с уст жителя обособленной планеты, – Правда, Макс не совсем то, что мне хотелось бы.
    -А мы немного помогли Максу. Обидно, когда кто-то он настолько не способен был думать сам, что при случае мог и погибнуть по схеме.
    Герович вдохнул, а выдохнуть не смог. Несколько мгновений при попытке хватануть воздух острая боль пронзала сердце. Наконец боль прошла. Михаил Константинович смахнул холодный пот со лба и твердо заявил:
    -Не возражайте мне, это вы натворили беды с Максом. Вы сами превратили его в развалину, которая поддалась воздействию эмоционального поля какой-то девчушки с планеты Земля. Вы помогли ему смастерить оборонительное приспособление для его систем УН УЧР.
    -Вот видите, Михаил Константинович, – сказал жестунец, – вам ничего не нужно объяснять. Вы сами все знаете. Я и вправду ему помог. В прошлый раз, когда Макс был на Жестунии, мы с ним перешли на работу в одном ритме, блокируя ненужные функции старых программ. Вот и все.
    -Все да не все! Макс придет на Жестунию, чтобы выполнить мое новое задание. Кибер перенастроен. Ваши старания пошли прахом! – Михаил Константинович позеленел от злости.
    Жестунец улыбнулся, очень спокойно наблюдая за Геровичем. А тот и скрывать не собирался крайнего нервного возбуждения: выкрикивал что-то непонятное, ругался, взмахивал руками, пробовал доказывать, что не даст им Макса никогда.
    - Ну и пусть Макс никогда не появится на Жестунии, – отпарировал, наконец, человек в белой одежде. – У кибера заблокирована память о нашей планете.
    -Зачем? Почему он не сообщил мне об этом? Кто смог?! – наконец вырвались и стали более членораздельными отдельные слова.
    -Михаил Константинович, успокойтесь. Тем более, вы пришли сами к нам в офис. Робот не сможет овладеть информацией, записанной жестами. Секрет прост. Роботу все ровно, каким образом распорядиться этой информацией. Макс вернулся с Жестунии только потому, что ему без разницы, что запоминать и как использовать. Лучше – ничего не запоминать.
    Герович не понял последних слов. Оцепеневший, он застыл перед высоким постаментом. Строгость и простота вводили в состояние транса. За тонким прозрачным стеклом высокой чаши пузырями переливался... огонь. Он вскипал и опадал, поднимался и вылизывал стенки чаши, и лопался, и разлетался.
    Минута оцепенения длилась. Служитель офиса нарушил молчание первой фразой:
    -Если ваш закон – работа на познание Вселенной, вы можете сделать первый шаг в науке...
    -Вы не знаете! Я преодолел восхождение, – со злостью проговорил Герович. – Так близко к цели – и снова условия! Я преодолел собственное поражение. И вы со своей научной компетенцией... Он, Макс, изобретатель Макс... С вашими доработками... Да! Этот робот потребуется разве вам в Ботаническом саду? Еще увидите! Чтобы мечты ботаника расцветали и распространялись черепашьими темпами!
    И такая обида захлестнула Геровича, что он завыл звериным голосом. Прямо перед постаментом, где разбукечивался огонь Знаний...
    -Я – самый несчастный! Понимаете, вы не оценили моего таланта. Что-то смогли за меня переделать! Радовались! Забыли, что я, как изобретатель и кибермеханик многое и сам могу!
    -Зависть выедает вам глаза! – сказал инопланетянин. – А самоедство сжигает душу. Вы не чувствуете, как корчиться на огне самоедства ваша душа? Зачем выступать в роли инквизитора для самого себя? Как тогда сделать мир вокруг себя славным и безмятежным? Как видеть незамутненными и правильными общечеловеческие истины?
    Слова не помогали. Убедившись в том, что в объяснениях нет смысла, жестунец попробовал применить силу и оттянуть Геровича от постамента с искусственным огнем. Ничего не получилось! Герович не слушал. Он продолжал обвинять и перебирал грехи – свои, чужие. Михаил Константинович оправдывал и наговаривал. Грозился отомстить силой знаний и просил. Помилуйте, Чаша Знания так близко! Так просто! Ну, хоть одной капелькой своих знаний поделитесь со мной!
    Он протягивал руки к огню. Служитель еще раз попробовал оттянуть Геровича от постамента. Герович с ненавистью посмотрел на человека в белых одеждах и оттолкнул его.
    -Мне не нужны учителя! – вдруг сказал он и приблизился к самому огню. Не думая, переступил линию на полу помещения, где разворачивались события...
    И тут огонь вздыбился, малюсенькой росинкой выскользнул за край Чаши. Красиво и совсем неслышно опустился на сложенные в мольбе человеческие ладони. Фигура Геровича начала таять с поднятых ладоней. Она пропадала все быстрее и быстрее, бесследно исчезала и растворялась в воздухе…
    Через минуту на том месте, где находился Михаил Константинович, остались лежать на полу храма черные солнцезащитные очки. Бывает так, что всегда не хватает черных очков в жаркую погоду...
    ...Жестунец, опустив голову, стоял у постамента. Огонь ровно горел и переливался за прозрачным стеклом.
    -Его, может, уничтожили зависть, самоедство, а еще непомерные амбиции, – сказал большой белый кот, который неожиданно выскользнул из-за спины жестунца.
    -Не будем судить, а, Ром? – весело произнес жестунец. – Ты, как всегда, опоздал появиться в нужную минуту. Возможно, тебе удалось бы переубедить этого кибермеханика... Возьми очки, передай их потом Геровичу. Или Феду.
    -Феду?! – Ром прищурил свои голубые глаза. – Астах! Председателю Высшего Планетарного Совета не нужна вещь кибермеханика Михаила Константиновича Геровича. Она – с чипами. Разве Максу?
    -Максу? Очки с чипами, помогающими видеть и запоминать? Кибер не помнит больше своего создателя. Создателем станет тот, кто найдет с ним контакт на основе обрывков той информации, что сохранилась в памяти робота.
    -Ты не смог до конца разрядить его капсулу СП-граммы? – спросил Ром у Астаха.
    -Если бы я сделал это, вашего милого Макса уже не существовало бы, как и его, что говорить, на самом деле гениального разработчика! Но он выпутался! Не знаю как, но выпутался!
    -Прости, Астах, – попросил Ром извинения. – Снова я лезу не в свои дела. Мне поручено передать тебе, что через три дня состоится Планетарный Совет. Ваше присутствие, Магистр Знаний киберсистемоисности Вселенной, обязательно!
    Магистр Знаний киберсистемоисности и кот, заинтересованно разговаривая, покинули офис. Перед огнем Знаний остались лежать солнечные очки – последняя разработка великого кибермеханика Михаила Константиновича Геровича.

    November 6, 2014 at 9:13 am | Reply
  37. Сташка Гринич

    Глава 25

    Другая? Он мог где-то видеть эту девушку... И терял душевное равновесие. Но не думал. Он беспокоился, потому что все охранные системы били тревогу. И надо было идти к ней, иначе терялся шанс преуспеть и выжить. Нет, он не пытался объяснить, почему его так туда тянет. Даже не имел возможности проверить предположение: она ли это на самом деле, но...
    Дарья Сергеевна была глубоко шокирована, когда повернулась от распахнутого окна и увидела внимательный, по-детски растерянный, полный доверия и надежды, взгляд.
    -Вы... Елена? – наконец спросил Макс.
    Она покрутила головой.
    -Да не так, чтобы Елена, – вмешался в разговор Фед. – Просто ты пробуешь вспомнить одного человека, и вынужден напрягать память, как всякий старательный кибер. Да не хмурься ты так! – успокоил робота Фед. И улыбнулся. – Можно подумать, что я пытаюсь тебя запутать.
    -Именно это вы и сделали, – тихо, по одному слову проговорил он. – А я посчитал, что она – Елена...
    Викунья подошел к Максу взял его под руку.
    -Друг! Мы с тобой только что пережили в Разноцветном городе Великий Пленер. Ты выдержал его, как настоящий человек. Тебе повезло!
    И Фед, и Теодор насторожились. От следующих слов робота станет ясно, насколько удачно и правильно удалось Астаху выполнить задачу по возвращению Макса к жизни. Все же фиолетовый Пленер в Разноцветном городе не прошел для робота бесследно. И не окажись на ту пору рядом Викунья, кто знает, может, и не существовало бы уже такой модели, как УН УЧР...
    Но робот молчал, старательно переставляя ноги вслед за своим добродушным спасителем. Викунья усадил его за стол. Фед устроился напротив. Теодор в это время около окна объяснял Даше на ухо:
    -Не такой он уж и злодей! А я сам, кстати, однажды принял Елену за тебя. До сегодняшнего дня не уверен: была ты тогда в Разноцветном городе или нет?
    -Ай, – отмахнулась Даша, – я вот убедилась, что вы, дорогие, вовлекаете меня в какую-то историю, а в какую – не знаю. Фед так и задание мне уже определить успел!
    -Дашенька! – отозвался Фед. – Мне всегда доставало мудрости соединять полезное с приятным. У тебя есть чудесная возможность пообщаться с Максом – нашей гордостью и надеждой.
    Макс никак не отреагировал даже на такую похвалу. Он настырно отмалчивался. И все!
    Что касается Теодора, то он решил не подвергать Дашу опасности. Мало, какой "план" вымолчит человекоробот Максик. Мало, по каким параметрам роботы определяют сходство, может, вообще не по принципу сравнения?
    -Поскольку Макс раздумывает, – сказал Теодор, – я предлагаю заняться конкретными делами: пересмотреть списки приглашенных на Планетарный Совет, подытожить числа, выверить факты. Результативность нашей работы зависит от порядка. Несправедливо уделять столько внимания уважаемому гостю, который отмалчивается, как обиженная дама.
    Никакой реакции! Макс смотрел в одну точку, и его зрачки отражали убранство кабинета Феда. Больше ничего.
    -Так! Знакомая песня Начальника агентства 3-П – на планете Альфа-Зэт, – приятно улыбнулся Фед. И процедил скороговоркой сквозь зубы: – Отличное предложение, между прочим!
    Потом достал со стола бумаги с мелкими цифрами и бухнул целую кипу прямо перед Максом.
    -Как бы ты ни опустошил себя, – услышали присутствующие, – можешь не сомневаться: информации на твой век хватит, было бы желание.
    -Задание! – поправила Даша.
    -Правильно! – отсек Фед. – Теодору и Викуньи надлежит отдохнуть. Погуляйте, уважаемые, на свежем воздухе, если не придумаете стать сторонниками закона "Сейчас на Сейчас" и вернуться со своевременными предложениями. Выйдите из кабинета!
    Опустив головы, подчиненные скрылись за дверью. Фед провел их внимательным взглядом. И уже совсем серьезно заметил:
    -Даша! Мне нужно также отлучиться на некоторое время. Твоя задача – не дать грустить Максу.
    Дарья Сергеевна не успела произнести и полслова, как Феда спрятали стены его лаборатории. Теперь пришло время разговорить робота. Как-то грустно и жалко было наблюдать за его попытками восстановить в памяти вчерашние события. "Что восстанавливать, если память, как видеофайл?!" – мысль мелькнула, материализовавшись тяжелым вздохом.
    -Мне самой страшно становится, – сказала Даша Максу. – Вот вы приняли меня за мою внучку Елену... Стыдно, конечно, выглядеть такой молодой, чувствовать себя абсолютно никому ненужной, умирать от бездействия...
    -Я боюсь бездействия, – откликнулся неожиданно Макс. – Бездействие – невозможность перезагрузки. Сбой – утилизация. Сбой…
    -Макс, – Дарья Сергеевна осторожно подбирала слова. – Жизнь, любая жизнь на определенных этапах не исключает подобные определения. Но подойдем к окну, давай?
    Робот поднялся со своего кресла и послушно пошел за Дашей к раскрытому окну.
    -Смотри, Макс, за окном простирается целая Вселенная. Есть память у цветов, у деревьев, у неба. Она возвращается к тебе строкой любви. Нужно принять эту память и память иных миров, где царствуют улыбки и разноцветье.
    -А Елена? – к Максу вернулся его светлый взгляд.
    -Что ты о ней знаешь? – пошла в наступление Даша.
    -Это – часть моей жизни. Дальше – пробел.
    -А что ты знаешь обо мне?
    -Рассказанное вами. И еще я чувствую энергию, мощную, двойную, которая вас охраняет.
    -Все же я неприкосновенная особа! – пошутила Даша и застеснялась. В растерянности дотронулась до щеки, провела рукой по шее. Механически раскрыла свой медальон в форме сердца. И сказала первое, что пришло на ум:
    -Если бы здесь был Теодор, он обязательно рассказал бы нам про мой медальон.
    -Зачем ожидать Теодора? – вмешался в разговор Фед, за спиной которого приобрели свой обычный вид кабинетные стены. – Я расскажу Максу про медальон.
    -Макс, треугольник – символ любви к миру. И Даша, – она забыла! – намеревалась вручить тебе такой треугольник. Она специально доставила для тебя такой подарок с Земли. Чтобы и ты имел двойную охрану. Ты же разработал и ввел для своих системников специальную охранную функцию. Автоматическую. Но не лишней будет дополнительная энергия, основным источником, каковой является элемент кристально чистой любви, своеобразная жизненная сила.
    Робот исподлобья глянул на Феда. Он ему не все рассказал. Но оно и без слов понятно, кто же откажется от такой охраны? А Фед бросил взгляд на Дашу, набрал полную грудь воздуха и, волнуясь, продолжал:
    -А Елена с другого земного столетия! Лена – это любовь, свет мира. Чтобы чувствовать мир, человеку нужно его сначала принять в сердце. Как любовь принять, ты понимаешь. Тебе проще, Макс! Память заполняется любовью ко всему сущему, ко всему живому. Если тебе объяснить, то бездействие позаботилось лишить всех, кто его ощущает, любви. Поэтому тебе так страшно, и ты думаешь, что этот мир уже не существует...
    Кибер ловил каждое слово. Даша в удивлении посматривала на Феда. Ну, экспериментатор, фантазер! Кто бы придумал: бездействие лишает кого? – роботов, людей? – любви?! Она "позаботилась" заранее о награде для робота, обнаружившего в каких-то переплетах нарушение системников.
    И тут... Среди проповеди или специального урока у Дарьи Сергеевны родилась идея. Сама не ожидала от себя подобного предложения, но ведь не надо забывать, что в Подземном районе Разноцветного города искренние желания всегда сбываются:
    -Макс, я знаю! Предназначение и назначение твое такое: ты был, есть и будешь космическим статистом! – сказала так твердо и уверенно, что энергичное лицо Дашиного одноклассника при этом вытянулось.
    -Федька, ты снова похож на шакаленка с мультфильма про Маугли! – засмеялась Даша.
    Макс, между тем, больше молчать не собирался. Для него наступал необычайно важный момент.
    -Это есть! Я – статист! – радостно сказал Макс.
    Дарья Сергеевна аж в ладошки захлопала. И началось! Ее песня Статистике могла бы стать памятником для будущего, если бы не Фед с его вечным юмором. Надо же, в такой жизнеопределяющий момент, как и в школе, разыграть целую клоунаду!
    На самом деле, Фед ничего и не отчебучил. Просто поправил на носу очки, чтобы лучше видеть свою разговорчивую помощницу. Очень внимательно слушал ее, повеселевший от неожиданного открытия, кибер.
    -Ого! – только и вырвалось у Феда.
    А Даша продолжала:
    -Макс, тебе за столом говорил про твою работу Теодор. Перед тобой положили документы, ты делал по ним отчеты, сопоставлял цифры, факты, результаты, подводил итоги...
    -А по какой причине я тогда посетил Разноцветный город? – перебил Макс.
    -А-а... – флегматично протянула Даша, – в причинах повезло разобраться твоему непосредственному руководителю – Феду. Он ради тебя не побоялся выдворить своих верных подчиненных за дверь, пройти сквозь стены и вернуться с иного мира сентиментальным и возвышенным. Ты же объяснишь основы знаний по программам разных версий Максу, а, Фед?
    -Низко склоняю голову перед вами, высокородная пани! Я не имею права отказать женщине в ее просьбе. Но никто не отменял последовательность при исполнении важных дел. Сначала разберемся в бумагах с цифрами, потом – в путешествиях с экстримом.
    -Фед, перестань шутить. Сейчас не до сантиментов. И ты сам это отлично понимаешь.
    -Максу не кажется шуткой наш разговор. Правильно я сказал, Макс?
    Макс кивнул. Кажется, он всерьез воспринял роль космического статиста, благодаря находчивости Дарьи Сергеевны. А Фед еще подлил масла в огонь:
    -Макс, знания – они создатели пространства существования любой жизни. И сами – охранное поле.
    Робот уселся за стол, чтобы заняться изучением поданной в виде таблиц и графиков информации.
    Но Фед тут же остановил его. Забрал бумаги, нажал кнопку, и не одну, сбоку стола. Нужно же должным образом организовать рабочее место для нового сотрудника! Мониторы засветились зеленовато-синим светом, замелькали цифры и буквы на экранах.
    -Ты справишься, Макс? – спросил Фед.
    Тихо и ласково звучал его голос на фоне характерного шума приборов, который напоминал Даше шум морского прибоя. Она и представить не могла, что почти пустой кабинет может превратиться, таким образом, в современнейшую лабораторию. Вот бы на Земле подобные условия! И уютность, и продуманное освещение! Но врядли заметил все это Макс. Такое впечатление, что он слился с техникой в один организм!
    -Мы тебя покидаем, – Фед не собирался больше тратить время на восстановление видеокарт памяти кибера. На самом деле, в ана-лайзерах, которые им заинтересованно изучались в этот момент, удерживалась новая киберпрограмма, разработанная Астахом, Магистром Наук киберсистемоисности с планеты Жестуния.
    Погруженный в запоминание робот, занятый делом самовоссоздания, не произнес ни словечка. А лучшего и пожелать невозможно!
    Улица Подземного района приветствовала Дашу и Феда полуденной тишиной и спокойствием. В уютных двориках веселилась детвора и цвели каштаны, вознося в небо белые свечи.
    -Ну вот, Дашенька, – сказал Фед. – Спасибо тебе за помощь. Никто не смог бы выручить меня в этой ситуации, кроме тебя.
    -Почему? – спросила она, давно поджидая этого разговора.
    -Вечные твои "почемучки"! А секрет в том, что из нас одна ты имела двойную охрану космического поля энергии отзывчивости и внутреннего света. Этакую необходимость для переустановки роботов и предотвращения неожиданностей...
    "Так вот в чем дело, – подумала Дарья Сергеевна. – Все-таки в талисмане!". Они шли мимо двухэтажных особняков, утопающих в зелени, почти так, как в подмосковном дачном районе Земли в двадцать первом веке. И Фед продолжал:
    -Теодор, он, сама знаешь, когда-то в порыве чувств отдал тебе свой жизненно-необходимый талисман. Я позаботился о замене. Так, нет же! Снова влюбленный Теодор оставил тебе свой охранный знак, оберегая твою молодость, что наступила так отчаянно! У тебя, скажу, как на Земле говорят, существовало два ангела-охранника.
    Она засмеялась:
    -Зато теперь один. Большой треугольник ты сам предложил отдать роботу. А это нечестно, ведь – подарок!
    -Оружие! – поправил Фед. – А не подарок, так вот получилось. Только благодаря тому, что ты имела два талисмана, Макс утратил способность сначала – действовать, потом – разговаривать. Ничего, оказывается, не происходит просто так. И не нужно сантиментов, Дашенька! Я и сам подарил бы тебе всю Вселенную, если бы не путешественник Теодор. Однако талисманы на Альфа-Зэт нельзя раздаривать. Не осталось тут больше таких талисманов. У тебя они оказались, вот и пришлось вспоминать школьный "экстренный вызов". А Теодор, конечно, очень тебя любит. Нельзя ведь ему без талисмана оставаться. Я-то знаю, не раз спасал Теодора от смерти. Работа у него опасная. А сколько раз грезилось ему, что у него есть внучка! Особенно теперь, в нашем возрасте, когда так этого хочется! Вот ты и назвала Лену его внучкой. Такова жизнь! Умеет переставлять местами привычное, смеяться над нашей порывистостью и неверием. Вот ты, о чем думала, когда позволила себе так влюбиться в Начальника агентства 3-П?
    Дарья Сергеевна покраснела. Закрыла лицо руками.
    -Фед, робот более тактичен.
    -Несомненно! Заложенные первым разработчиком системные качества не уничтожились. Им придана новая огранка. Кстати, ты сама хорошо потрудилась. Начала с бессмертной любви и вечных ценностей. И прекратил существование былой Макс. Но останется сказочка, выпущенная в мир Геровичем!
    -Какая сказочка? – ей было интересно разобраться в этой запутанной истории и выслушать мнение друга.
    -Не умеют, Дашенька, люди жить без сказочек. Однако это произведение создано специально для женщин. Каждая из них имеет в воображении свой идеал мужчины. Макс представляет собой оживленное воображение. Идеал, за которым гоняются, который ищут всю жизнь!
    -Макс – робот, и у него нет сердца, – Даша ответила резко, чувствуя обиду за всех женщин.
    -Как ты любишь не к месту вставлять фразочки! Сказочка все же осталась, и будет существовать. Даже без Макса.
    -Думаю, не все женщины соблазнятся на ее сладость, – продолжала спорить Дарья Сергеевна.
    -Понятно, не все. Ты же избрала своим идеалом Теодора, – Фед поправил очки, и даже не улыбнулся.
    -Фед, до чего ты упрямый! Я могу рассказать знакомым, что на самом деле идеал – злая выдумка, – она не собиралась соглашаться.
    -Ну, и кому ты это расскажешь? Неужели сумеешь организовать кружок по отмене женского идеала на каждой параллели, планете, куда добрался со своей простотой и Лениной помощью гениальный человекоробот?
    Даша побледнела и приостановилась от неожиданности. Ей показалось, что вся улица услышал эту страшную новость.
    -Моя Леночка полюбила Макса?
    -Ну, не меня же....
    Фед заметил, как разволновалась Даша и начал извиняться:
    – Хотя каюсь, я считал: Елена полюбит Макса, поймет бессмысленность и абсурдность своей любви. Отправиться на Землю. Никогда не вернется на параллель Альфа-Зэт. Забудет сюда дорогу. Понимаешь, Леночка знает дороги! С нашими возможностями пользоваться информацией, с людской завистью и корыстью – мы остерегаемся открывать землянам тайны Вселенной. Я вижу, ты понимаешь: всему свое время. Так заведено испокон веков! Может, когда-нибудь для человека не останется секретов в космосе...
    Фед волновался как никогда. Его черные волосы взлохматились. Каждое слово давалось ему с трудом. Он вправду теперь был похож на шакаленка из мультфильма. Наконец Дарья Сергеевна решила остановить это страдание однажды намудрившего руководителя.
    -Ты выполнил свою задачу, Фед. Умеешь исправлять ошибки. А вообще, я сама во всем виновата: замолодилась! Это же ко мне в тот злосчастный день ехала Елена. И Герович, а не ты организовал первую встречу с Максом!
    -Что там Герович! Я же, дурак, мог сразу догадаться, что не оживают просто так роботы, к которым утеряны инструкции. Мог бы я подумать, что и люди в Разноцветном городе пропадают только по определенной причине.
    -Твое похвальное желание, Фед, найти, в чем покаяться. Не нужно! Первое Ленино увлечение переросло бы в страсть, займись она космической статистикой. Но Леночка – уфолог. Так что, никакой тревоги. И не будем вмешиваться.
    Каштаны уже вознесли свои свечи, но ни одна из них не была поставлена за Елену.

    November 6, 2014 at 9:15 am | Reply
  38. Сташка Гринич

    Глава 26

    Трудно сказать, чего именно он ожидал. Конечно, это был случай, когда требовалось взять на себя ответственность за судьбу другого человека. Как правитель, он, благодаря своим способностям, видел картину будущего. Однако не было в ней ничего неожиданного. И уже отрывки событий выкладывались мозаикой, поднимались над горизонтом сознания, выстраивались яркими разрозненными картинками в галерею происходящего.
    Энцелад...
    Фед раздумывал. Он, как Начальник Высшего Планетарного Совета мог принять любое решение. Ведь никто не заставляет его вмешиваться в ход будущих событий и менять их так, чтобы было лучше. События могли идти своим чередом и без вмешательства извне, но... Требовалось подготовить Елену Вышинскую к не совсем обычному для нее заданию. Что ж, как говорит Теодор, хватит рассуждать ни о чем. Пора ни о чем позаботиться. А время, оно такое – разберется.
    Как раз время в Подземном районе Разноцветного города приближалось к утру. И Фед, пользуясь своим привилегированным положением, без церемоний ворвался в сон Елены.
    -Я к тебе по такому вопросу, Елена, – Фед вмиг сбился с официоза, увидев приветливую улыбку заспанной длинноволосой красавицы. – Предлагаю тебе на полном серьезе вступить в поединок с реальностью на спутнике Сатурна планете Энцелад.
    -Да, я побывала там, благодаря раскрытой Книге снов и магическому заклинанию, когда у меня был искрящийся камень – оберег.
    -Скажем, этого мало. Я тебе объясню почему. Ты проснешься и придешь ко мне. Жду...
    –Мы вместе отправимся в путешествие на Энцелад? – Елена села на кровати, чтобы лучше видеть своего неожиданного гостя.
    -Нет. Вернее, да. Ты же не была в моей космической лаборатории? Я покажу тебе кино про Энцелад. А потом мы об этом кино поговорим по душам, обсудим, как и что, да кабы чего не вышло.
    -О! Тогда пусть погаснет свет и начнется фильм! – ее желание было по-детски искренним.
    – Для этого тебе придется выбраться из-под одеяла!
    -Погодите, – кажется, Елена начала просыпаться.
    Через минуту дверь в лабораторию Феда отодвинулась, стены за хозяином и его хрупкой спутницей сомкнулись. Стоило перейти серебристо-желтую линию на голубом полу – и помещение кануло в темноту.
    Фед поднял руку вверх. Высветились черные стены с рисунком не то ступенек, не то полос. На полу показался поделенный на сегменты круг, в нем – какие-то буквы, знаки. Рисунки на стенах в нескольких местах наполовину заслоняли полки, на которых размещались колбы, пробирки, диковинные приспособления и инструменты. А где-то виднелись ряды извилистых кореньев...
    -Мрачновато, – вздохнула Елена. – Полный контраст с тем, что за стеной, хоть и Подземный район...
    -Знаю, спасибо, каждая планета – волшебна, – сказал Фед. – Но ты же помнишь, мы в кино!
    Черная стена превратилась в огромный экран. Комната наполнилась звуками живого мира. И началось действие, на которое Елена спешила, как в кино...
    Фильм на стене…
    … На фоне серой стены девушка лет шестнадцати, полулежа в кровати, что-то пишет в тетради. Потом запечатывает письмо в конверт и тихонечко шепчет:
    -Это то самое место, которое мой Бог определил мне. Он учит меня смирению именно в той среде, где этому можно научиться. Поэтому все, что случается со мной, происходит именно так, а не иначе. И если у меня болезнь неисцелимая, то никому не надо плакать обо мне. Я приму смерть, как спасение.
    Черты девушки заострены. Она почти прозрачная – до того худая. Глаза синие-синие, провалились глубоко, щеки запали, нос длинный. Расчесанные на прямой пробор волосы собраны в пучок, но одна упрямая прядка спадает на левый глаз и заставляет немного щуриться.
    -Анжела! Я вернулся, – слышится голос.
    -О! Энн! – обрадованная девушка быстренько прячет свое письмо под подушку и продолжает, – Заходи, братишка, что же ты...
    В комнату вбегает высокий парень. Он еще не переоделся с дороги, а может, снова собрался в путь. Он замечает тревогу на лице сестры и решает признаться:
    -Не будет меня долго, Анжела...
    -Почему?
    -Так надо, сама понимаешь... Не тебе объяснять...
    Анжела рывком дергает подушку поближе к стенке и не может сдержать слез. Письмо падает наземь. Растерянный Энн поднимает его и кладет себе в карман.
    -Я написала там о себе правду, – вдруг говорит Анжела.
    Аквамариновые глаза Энна приобретают синий оттенок. Татуировка на левой руке выше локтя, кажется, становятся темнее от узлов вен.
    -Так, куда же ты направляешься, брат? – спрашивает Анжела. – Ведь нет нужного мне лекарства. И я это знаю.
    -Да, лекарство нашлось в аптеке по адресу, названному Еленой. Но пока я в эту аптеку добрался, другие люди купили нужный препарат. Аптекарь проговорился: "Залежалось лекарство. Случайно. А так, месяц завоза не было ни в одно учреждение города. Нужный человек в отпуске находился, отдыхать ездил".
    При этом пальцы Энна сжимаются в кулаки. Его правая рука, перевитая красной лентой вместо браслета, кажется, обагрилась кровью...
    -Понимаешь, Анжела, сестренка дорогая, мне нужно найти этого человека. Обязательно! Срочно! Я хочу знать его в лицо.
    -Кого? В лицо?
    - А того иллюзиониста, который исчисляет свой отпуск количеством душ, посетившим миры иные... Прости, сестренка! Злой я сегодня...

    -Все! Елена! – голос Феда остановил кинокадр . Словно и не было никакого фильма. Лаборатория теперь не казалась мрачной. Хотелось продолжения, да разве поспоришь...
    -Спать! – приказал Фед. – Порядок – небесный закон номер один! Спать!
    Елена Вышинская по всем правилам мира Альфа-зэт отправилась из кабинета Шефа в свою спальню, чтобы еще немного поспать после прерванного по суперприму сна.
    Феду было необходимо просмотреть еще информацию, доставленную Астахом. Магистр Знаний киберсистемоисности Вселенной длинно не писал и не читал. Итак, на столе лежала короткая информация:
    "На Энцеладе общество разделено на касты. Высшая каста роботов не сомневается, что у представителей низшей касты никакой души нет. Не должно возникать и любопытства. И волнений. Возмущения не допустимы. Аристисар, правитель планеты, стоит во главе компании, которая поставляет лекарства для бедных. Он говорит: "Я делаю это бесплатно. Сколько их умерло бы – заставь я их платить! А тут взял для себя какой-то месяц отдыха – и они возмущаются! Да еще больные!". Эти слова услышал Энн, когда пробрался в компанию под видом разносчика прохладительного напитка. Он не увидел лица Аристисара, но твердо знает: двоим им – не жить на свете".
    Фед прочитал и улыбнулся: "Молодец, этот жестунец! Какой бы из него прекрасный охранник порядка получился, ведь все заметит! И читаешь его информацию, как роман. Вот и говори потом, что у человека любимый язык эспер… – название, язык сломаешь...
    И что тогда дальше? Неизвестно! Зачем пугать неизвестностью в мире, где существует телепартия? Астаху давно уже пора встретиться с Председателем Планетарного Совета. И без приглашения, чтобы всякую неизвестность развеять...

    На этот раз Магистр Знаний явился на аудиенцию в красном гольфе и коричневых брюках. У него были русые волосы по плечо, усы, аккуратная борода. Он тоже носил очки, как и Фед, только предпочитал тонкие оправы.
    -Я не люблю шаблонные фразы, поэтому – простите, – сказал Астах.
    Фед спешил пожать ему руку.
    -Да? Видите, уже можно понять, мне самому нравится нарушать всякие правила. Не принято так начинать разговор, другие запевки есть – официальные. Поэтому не извиняюсь, а сразу перехожу к новому абзацу.
    Астах засмеялся.
    -Я не удивлюсь, если окажется, что вы так же, как и я предпочитаете утренний кофе, слепящее солнце, горячий глинтвейн. А еще – живую музыку, шум прибоя, теплый ветер, запах осеннего леса, скорость, и – когда люди улыбаются...
    -Ха-ха-ха! – Фед просто не смог удержаться от смеха.
    Кажется, эти двое сразу нашли общий язык без жестов. А потом Астах спросил:
    -Вы вправду предлагаете Елене Вышинской ввязаться в новую историю?
    -Она сама так захотела.
    -Но вы не дали ей право выбора.
    -Как? Пусть у нее есть любовь, любимая профессия. А еще она получила весь мир! Разве ей мало неизученных планет? Этот мир создан для нее одной! Меня никто не понимает, простите! Целый мир! Вот – на свете существует у каждого человека отдельный мир! Работа сколько энергии дает, как жить помогает! А любовь свою беззаветную она, может, встретила. Или еще встретит, если захочет. Придет такой день, заживут раны... Кстати, а вы, что никогда не влюблялись? Не знаете, как это адово здорово?
    Астах ответил, что дружит с девушками с детства. А Фед произнес мечтательно:
    -Наина на меня поглядывает ласково, ох, ведьмочка! И мне она нравиться. Может, когда-нибудь приду к ней и все расскажу. Но, видно пока не наше время, ведь по закону "Сейчас на Сейчас" происходит то, что должно произойти неотвратимо.
    Мужчины еще долго разговаривали о путешествиях, о незнакомых городах, в которых бывать всегда интересно и любопытно. Астах не собирался рассказывать Председателю Высшего Планетарного Совета о кибермеханике Михаиле Константиновиче Геровиче. Он был уверен, что Феду давно все известно. Да, в самом деле. Это было так. О кибермеханиках или хорошо, или ничего.
    В космической лаборатории Феду сначала захотелось показать Астаху его планету и настоящий Храм Знаний – свой офис на горе Аэол. Конечно, гостю было приятно, что канал "Жестуния" пользуется такой популярностью во Вселенной. А потом они увидели Энцелад и оба одновременно тяжело вздохнули и переглянулись: Елена Вышинская, которую Фед недавно отправил спать, шла по улице, заваленной мусором, в Заводской район города Энцеладера.
    -Ну, смотрите, кто не дал ей выбора? – спросил Фед у Астаха. – Вы не знаете, во что влипнет наша девочка на этот раз, а, Астах? Она бывает на разных планетах, не сообщая нам ничего.
    Магистр Знаний молчал. О чем он думал, когда рассматривал с другой планеты двух обнимающихся, плачущих девчонок – Елену и Анжелу? Его сосредоточенность на происходящем была до того глубока, что волшебник Фед не стал пробиваться в мысли, а тоже попытался встать на чужую Линию Жизни. Да, теперь он своими глазами видел и больше не сомневался ни минуты: судьба приняла вызов! И если Елена Вышинская еще не догадывалась, что в этот миг ее жизнь круто повернула в сторону, то Председатель Высшего Планетарного Совета ощущал это всеми фибрами своей души.

    … Изображение на стене было ясным, четким, звук достаточно громким, чтобы слышать каждый шорох и не упустить даже мельчайшее событие.
    -Я пью воду и водой запиваю, – сказала Анжела. – Теперь, когда я пью очень малые дозы настоящих лекарств... Брат попробовал купить мне конфеты в форме моих таблеток. Смешной, правда? Наслушался, что внушение помогает... Я пью и эти конфеты с водой, и таблетки. Ну, так вот, Елена, я очень-очень боюсь! Мир изменился! Несколько дней тому назад я увидела, что напротив нашего дома стоит разрезанный наполовину металлический чан или как... Но это часть чана, Елена! – и там – живут люди! Они смеются, едят, спят, ругаются. Там нет дверей...
    -Анжела, а ты думаешь, что у тебя есть комната?
    -Хм.… А разве...
    -Не плачь! Я же не сказала, что у тебя нет комнаты. Ты ее видишь?
    -Да! Я живу в красивой комнате. У нее стены персикового цвета, здесь очень много зелени. На столе стоит лампа. В шкафу – мои любимые книги, ведь оттуда брат приносит мне их читать каждый день. Шторы в моей комнате разноцветные. Я так захотела, чтобы было веселей, потому что нахожусь тут целыми днями. И все одна да одна. Сижу дома, а на улицу не выхожу. Не представляю, как там на улице.
    -Молодец! Умничка! – похвалила Елена. Она погладила Анжеле руку и спросила: – А что еще ты заметила нового? Как меняется мир?
    -Пожалуй, это так: идешь и оступишься. Вот встаю, опускаю с кровати на пол ноги и что же вижу? – Пол другой, местами почему-то в пятнах ржавчины...
    Анжела снова начинает плакать. Елена гладит ее по голове. Говорит:
    -Ты думаешь, что совсем одна? Не бойся! У меня тоже возникало подобное чувство по отношению к существующей действительности. А давай так: может, это действительность существует одна и мы ей нужны? Попробуем поискать компромиссы. Ты не знаешь, что такое компромиссы? Ладно. Давай перестанем лить слезы. И поищем в этой ситуации хорошее...
    Изображение начало темнеть.
    -Что-то случилось такое, Фед? – спросил Астах и показал рукой на черную стену.
    Фед вздохнул. Молча, прошел на центр лаборатории, постоял там, что-то нашептывая под нос…о действительности и окружающей природе.
    Магистр Знаний киберсистемоисности Вселенной больше увлекался точными науками, но его всегда тянуло разгадывать тайны.
    Фед поднял вверх правую руку, показывая, что он хочет побыть один, сейчас освободится и придет. Астах согласно кивнул и занялся рассматриванием коллекции кореньев. Сушеные, заспиртованные корни белого, коричневого, желтого цвета принадлежали земным растениям, корни красного цвета и голубого имели растения других Галактик. А каких? Об этом мог рассказать только сам Фед, как и перечислить названия растений из своей лекарственной аптеки.
    -Они вам помогают иметь хорошее настроение? – спросил Астах, когда Фед вернулся.
    -Не сомневайся, Растения других планет знать очень интересно. А кофе мы будем пить натуральный. Это тоже дерево такое.
    Астах грустно улыбнулся и сказал:
    -Я знаю, Председатель, вы снова заглянули в судьбу Елены Вышинской.
    -Да, я походил по берегу океана и побросал гальку в воду. Так... нужно отвечать? – Фед посмотрел на черную стену, – вернемся?
    Фед с Астахом вернулись из космической лаборатории в кабинет. Теперь внутреннее смятение охватило двоих мужчин.
    -Не такое это и легкое занятие – бродить по берегу океана, – признался Фед. – Вам же не надо рассказывать, на Энцеладе людям, входящим в низшую касту, дают напитки, создающие иллюзии, так называемые – энеры. С едой и питьем. В специальных упаковках. Без всяких лишних затрат высшая каста роботов делает своих рабов счастливыми. У Анжелы есть еще и другие таблетки, которые ей положено принимать в связи с основным заболеванием, но мы сейчас не о ней... Энеры не выдавались на Энцеладе месяц, как и все лекарства. Человекороботы пережили ужасающее и вместе с тем восхитительное ощущение, когда им можно было заблудиться в комнате метр на метр. И сохранили это в памяти! Вы помните, в далеком детстве, когда вы играли в прятки, это ощущение вас волновало? И вот люди, которым начала открываться новая реальность, вырвались на улицу...
    -Вы предсказываете ужасные события! – сказал Астах.
    -Да! Иначе быть не может! Как бы вы повели себя в ситуации, если б от родного дома наутро осталась только меньшая часть, да вдобавок – без вашей любимой комнаты с киберсистемами? А соседний дом двоился прямо у вас на глазах?
    Фед внимательно смотрел на Астаха. Нельзя понять сразу: шутит он или говорит серьезно. - А ваш ухоженный цветник превратился в навозную кучу. Альпийская горка оказалась свалкой бытовых отходов? И любимая девушка во всем обвиняет вас, потому что вы ее не спасли от превращения розовой действительности в это безобразие! С этим как справиться самостоятельно, у кого попросить помощи? – голос Феда стал звонким, в нем слышалось отчаяние.
    Астах ничего не ответил. Он спросил:
    -Там назревает революция?
    -Революция начнется не так скоро, но она будет обязательно. Огромное зло висит над планетой Энцелад. Будет кровопролитие, смерть и вновь возвращение на круги своя...
    -Чего же не предупреждена об этом Елена Вышинская?
    Астах положил руки на колени.
    – Уважаемый мой учитель и друг, я не советовал бы нам уподобляться роботам. Это роботы живут по схеме. Если, как вы сказали, мир создан и для нас, и для Елены Вышинской, и мы его для себя сами выбираем.... Может, Елена захочет вернуться на Землю?
    -Да! Вы правы, строгий жестунец! Я открою для нее Книгу снов, как я зову кино в моей космической лаборатории. И хватит слов!
    Слов.... Снов.... Снов...
    Снова голубая комната путала реальное с нереальным. Елена Вышинская увидела приятного молодого человека, на вид лет двадцати восьми, в красном гольфе и коричневых брюках. Длинные русые волосы падали ему на плечи, и челка закрывала лоб. Он был в очках, как Фед. Она не спрашивала, как его зовут, а он не говорил. Зачем знакомиться, если и он ничего не рассказывает о Максе? Этот молодой человек сказал ей:
    -Елена, я все о тебе знаю, ничего не рассказывай.
    -Откуда тут все про меня знают? – возмутилась Елена. – В конце концов, когда закончиться это безобразие? Я про себя знаю больше: каждая женщина с рождения ведьма, надо только развивать свой дар. Я точно ведьма – и во сне и не во сне. Даже на работе, когда налаживаю контакты с инопланетянами на других планетах. Понятно?
    Елена сама удивилась, что она так может разговаривать с незнакомцем. Видно, общение с роботом воспитанности не прибавляет.
    -Тогда я пришлю тебе весточку в твой лес на планете в созвездии Альдебаран, – миролюбиво предложил незнакомец.
    -Ох, знать бы, где тот лес находится! – тяжело вздохнула Елена.
    Она только собралась дать адрес бабушки и вдруг вспомнила, что так до нее и не доехала в тот злополучный осенний день....

    November 6, 2014 at 9:15 am | Reply
  39. Сташка Гринич

    t? эта книга: Главное: чтобы не пропала, пока я буду в больнице в Витеюске, пишу 9 ноября.АТЛАС МИРА ДЛЯ ЛЕДИ
    Предисловие автора
    Прослушивание как форма авторитарного режима во всех его проявлениях не принадлежит только прошлому. «Черный список» – это известно, какое удовольствие! Эту книгу я писала с прослушками, также работают и известные мне авторы из «черного списка». Я как-то поискала в интернете Законы о прослушивании. Есть, оказывается, и такие. На Рамблер появилась информация, что Ангела Меркель живет с прослушками, но она же первая леди Германии! Той страны, где впервые заговорили об авторитаризме, как форме «скрытой демократии»…
    …Кто-то из моих друзей журналистов недавно задался вопросом, как живут первые леди мира. Ответ ясен – есть у них тоже могут быть прослушки! Для чего, зачем? Мне это хотелось узнать давно.
    В Интернете есть лента «Рамблер-друзья». Там требовалось озаглавить страничку. И я, разводная женщина, решила назвать свою страничку: «Хочу замуж за президента», чтобы узнать побольше. Я задала свой нешуточный журналистский вопрос: «Как живут первые леди?».
    Кто-то очень серьезно ответил мне: «Первой леди быть очень трудно. За вами будут следить пять разведок мира. Но молитесь, и будет дано вам…».
    Я страничку сразу переименовала. Даже не посмотрела, кто мне так писал на русском языке... Молилась, но…. вот уже давно не могу попасть на Рамблер-друзья и посмотреть, что мне еще написали. Я тогда добавила в название этой страницы еще одно слово. Получилось «Хочу замуж за президента компании».
    Я зарегистрирована на сайте Е-генератор. Там идут заказы от разных компаний. Последнее задание было: придумать название сайта, на котором была бы и реклама их продукции. В этой книге некоторым компаниям я сделала рекламу в стихах, читая о них в глянцевых женских журналах. Книгу я решила назвать «Атлас леди для мира», рассказав о странах, о которых узнала из журнала. Он многие годы приходит мне бесплатно из Франкфурта-на-Майне. Это моя журналистская премия от Фонда «Взаимопонимание и Примирение» за статью о строительстве поселка в деревне Старый Лепель по экологически чистой немецкой технологии.
    Журналисты из России помогли мне узнать такую новость:
    «За последние десятилетия под напором организованного сопротивления народов пали или зашатались многие диктаторские режимы как внутреннего, так и внешнего происхождения. Часто кажущиеся глубоко укоренившимися и непоколебимыми, такие диктатуры оказались неспособными противостоять согласованному политическому, экономическому и социальному неповиновению людей», – так было сказано в 1993 году в книге Джина Шарпа «От диктатуры к демократии». Эта книга известного американского политолога. В этом году его Институту Альберта Эйнштейна исполняется уже тридцать лет. С ним встретилась в США съемочная группа программы «Идеи, меняющие мир». Его компьютер переполнен письмами от диссидентов и политических активистов со всего мира.
    В прошлом году меня поздравили и с такой датой: сорок лет тому назад состоялся первый разговор по мобильному телефону. Поздравляли с Днем Рождения 28 августа из многих стран мира.
    Да, я хотела узнать о частной жизни диктаторов. Мне писали с зон с Белоруссии и с России, и с Украины. Журналисты радио Свобода закинули в свою медиагалерею на Твиттер такие фото «любимых женщин режима», что слезы текли, когда я увидела, что они – голыми! – идут по полю под конвоем!
    …Я получила статью по Конституции Республики Беларусь , может, за фэнтази. Может, за название страницы на Рамблер «Хочу выйти замуж за президента»… По статье я не должна давать никаких показаний вообще. Прочитала ее в Конституции и переписала дословно…
    Показаний не даю.

    November 9, 2014 at 3:17 am | Reply
  40. Сташка Гринич

    Но эта книга «Показания» и не называется. Она рассказывает о жизни. Джин Шарп заметил: «Результат можно предсказать заранее: население становится слабым, теряет уверенность в себе и становится не способным к сопротивлению. Люди часто слишком запуганы, чтобы делиться своей ненавистью к диктатуре и стремлением к свободе даже в семье и с друзьями. Часто люди слишком боятся даже серьезно думать о публичном сопротивлении. В любом случае, какая от этого польза? Вместо этого они бесцельно страдают и имеют безнадежное будущее». Журналисты на Дискавери писали мне о разных новостях. А я писала о новостях тоже. И даже на «Голос Америки» послала письмо Деду Морозу.… С сенсацией…. А фото попало на мой домашний канал на Дискавери от одного моего очень хорошего друга. Там есть одна очень хорошая функция – можно разместить понравившийся материал на своей своем домашнем канале и даже фотографии.

    November 9, 2014 at 3:18 am | Reply
  41. Сташка Гринич

    Написала письмо Санта Клаусу, хоть и назвала, как его у нас зовут … Ведь в Европе зовут его Николаусом. А не значит ли это , что они все братья?
    Глава первая.
    Листаем Атлас.
    Тюрьмы… И свобода
    ***
    Зэка!
    До срока –
    Срок не тот!
    И снова – день!!!
    Там,
    На воде –
    Круги…
    И порадел
    О вас –
    Кто был…
    Мерцанье
    Радуги в ночи!
    Водораздел…
    Круги…
    Наколки! –
    На небе,
    На воде озерной.
    И радуга –
    То ваш браслет,
    Зэка!!!
    Мы промолчим.
    Поскольку
    Тюрьмы –
    Мир – бездонный.
    И тот –
    Бессовестный
    ЗАКОН,
    Что вам одел
    Браслет
    На столько лет…

    Это стихотворение я написала уже с прослушками в 2007 году. Потом я писала письма на зону. Я редактировала стихи, попавших в неволю. Они положили стихи на музыку и пели. Один из студентов, молодой парень, исполняющий эти песни в поезде, недавно погиб. Сегодня 27 января 2014 года. Я знаю, что амнистия в Беларуси объявляется часто. Но странней нет, что у нас 88 процентов населения против отмены моратория. Люди на территории СНГ давно мечтают об отмене смертной казни. И чтобы до подсчитывания голосов в тюрьмы не попадали кандидаты в президенты. Мне слали открытки Змитер Дашкевич, Павел Северинец. Присылали письма с Глубокого, с Крестов. Подарили книгу с Радио Свободы «Рок-онлайн». Передали книгу те, кто знал Окрестино, писали с Лефортово, с Володарки, которую зовут Американка. Это – «лагерные стихи».

    Платье для Герды
    Мораторий – море протоколов!
    Сказка Кая, что для Снежной Королевы!
    Не спасет его в реале Герда –
    Сказкам никогда не верят зэки!
    Нам на зоне – смерть от прокуроров!
    Сердце у страны заледенело!
    Наш король на зоне коронован,
    И не плачь, малышка Герда,
    Не проходит он
    По смертным протоколам!
    Короля на зоне выбирают!
    Это знаем!
    Пропадет пусть Каин-фраер.
    Это зона, девочка родная –
    Короля спасем!!!
    Маленькая Герда, сказки – мораторий!
    Он вернется, твой король!
    В платье Снежной королевы
    Ты к венцу пойдешь!
    И увидитесь еще вы!
    Всем назло!
    Маленькая Герда,
    В той стране, что Зона
    Умер не король,
    А Каин! Каяться не надо –
    Это фраер!

    ***
    Вы позабыли, опера!
    Элита-фраера!
    Амнистию бы нам!
    Мы – зэки!
    А у вас – погоны.
    Другая есть у вас лафа!
    У нас – есть воля!
    Тот Кодекс – ваш ЗАКОН,
    А вы ваш Кодекс – нам:
    Закон на зоне – он другой!
    Умойтесь, фраера, своей лафой!
    Элита-фраера!
    Амнистию пора!
    А вы нас в тюрьмы
    На «ура»,
    Бесплатно!
    Строем!
    Нам тюрьмы строить
    Своим Законам –
    Лафой…
    А мы – за волю! ОЙ!

    Мой отец сидел при СССР. В Ярославле тоже, привозил с зоны серо-белые снимки с видами церквей Новгорода. Он бы вор-рецедивист. Я не знаю, что у зэка означают наколки, но знаю, что это – их язык. У отца был на левой груди выколот Ленин. На спине – Собор Василия Блаженного – пять куполов. Я помню, как он напивался, скрежетал зубами и орал: «Стрелять коммунистов!». Я знаю, что на зонах – люди меняются, они начинают верить Иисусу Христу. Но у зэков свои, очень жестокие законы, когда они сами разбираются со своими – без прокуроров. Так, отец – он был король зоны! – рассказывал, как они при отсидке одного бросили в топку паровоза, другого – привязали к бревну и пустили в лесопилку. Закон – есть закон! А Бог у заключенных есть и тоже! Зэки со своими «продажными» разбирались по закону зоны.

    ***
    Наколочки
    Карцер –
    Там, где одиночки!
    Флаг наш с узором –
    На телах наколочки.
    То – наш протест!
    Иголочкой –
    Наколочки, наколочки!
    Мы, зэки, знаем свой язык –
    Иголкою-
    И только!
    И тех, кто там –
    На ЗОНЕ был –
    Наколка!
    На зоне
    Уст не разомкнем
    По своему ЗАКОНУ!
    На нас – браслеты –
    Срок!
    Мы – наколкой,
    Но не КЗОТ –
    Язык изобрели
    Наколкой –
    На теле голом!

    Мой отец последний раз сел за то, что отказался поиметь председательницу сельсовета. Он просил старуху одолжить ему сорок копеек, а его заложили и посадили за… изнасилование. Перед этим он уже отсидел три раза. Вот какие были законы во времена Советского Союза.

    ***
    Разве девчонок мало?
    У нас девчонки были –
    Бессилья не было!
    Зачем?
    Нас посадили
    За чье-то тело!
    На зоне
    нас имеют опера
    и зэки «опускают» -
    не выпускают,
    шестерят,
    а если шестерят,
    то из-за этого
    страдают.
    Девчонок нам
    На воле
    Разве не хватало?
    А тем, что опера,
    Сискастых жинок
    Мало?
    Но это так!
    Им мало!
    Тюрьма для нас
    И их – уродин –
    Подарок Родины!
    А мы – и молодые,
    И постарше
    Баб выбирали,
    Так годились,
    Что у нас стоит!
    Теперь вот
    За насилье
    Мы сидим,
    Которого
    Могло не быть!
    И знаем, за что
    На зоне «опускают»,
    И как мы
    За подарок бабам
    На зоне
    Будем жить,
    И кто нас
    Будет ставить раком
    И почему!
    А потому,
    Что зэки
    Знают, как отучить
    Нас – «пассий»…
    …За всех обиженных
    Девчонок и прозвали
    «расою» на семь!

    Из этой расы на семь никого не знаю. Но однажды пришлось увидеть одного. Он и не признался, что сидел за изнасилование. Сказал – за драку. А еще добавил, как будто мог знать моего отца, мол, я твоего отца уважаю…
    Когда-то бывший муж рассказывал мне о политзаключенном Андрее – художнике. Он сидел в Глубоком, а потом его перевели в тюрьму в Молодечно. Я видела его картины. Их перепродавали в Финляндии.

    ***
    Наши «универы»

    Зеленая береза плачет
    На зоне по политзэка.
    А зона эта –
    Там!
    В Глубоком!
    Пятнадцать лет –
    Совсем не «восьмилетка
    В школе.
    Один рассвет,
    Один закат!
    Нон-грата-зэки!-
    Не персоны
    Лишь в той стране,
    Где есть закон
    Сажать за слово!
    Мы сбряцаем
    Вам на гитаре
    Алфавитик
    За наши «универы»,
    Нашу «школу»!
    С березок ветер
    Обрывает листья,
    А мы все
    Повторяем хором:
    А, Б, В, Д – ейка!
    А, Б, В – года!
    Наши «универы»!
    Б, В, Г, Д, Ж!
    И ла!
    Но слов нельзя!
    Низзя совсем!
    Ж, М, Ж, З, З, З

    November 9, 2014 at 3:19 am | Reply
  42. Сташка Гринич

    В какой стране еще есть политзаключенные? Как же нужен мораторий! И как правы люди, написавшие об этом! Мне на Твиттер кто-то закинул такой твитик: « А почему вы не обратились к общественным организациям?». Я обращалась. Но началось все очень романтично, как в песне: «А я люблю военных, красивых, здоровенных…»…с компьютерной заставки: Нарцисс возлежал на желтых тюльпанах… в военной форме и фуражке. Видно, он себя очень любил! Заставка импонировала мне желтым цветом.…Потом этот Нарцисс наслал мне своих фото на Рамблер. Так я лично познакомилась с диктатором. Ведь у меня уже была открыта страничка на Рамблер-друзья, и был задан вопрос: как живут первые леди. Оказалось, диктатор мне от души готов был подарить очень редкого сорта …черную розу в красных капельках. А какая женщина любит черные розы…в крови? Что-то я таких не знаю. А мои друзья предложили мне отредактировать их песню о других цветах – об ирисах.

    Ирисы для оперов

    Рецидивисты!
    А ирисы цветут весной!
    Затопят суки
    Нас в Глубоком
    Водой!
    За срок – водой,
    За всё –
    Водой –
    Расчет в Глубоком.
    А ирисы
    Цветут весной
    Голубоокие.
    Но это – операм –
    И жизни нет!!
    И ничего!
    У нас – подвал.
    Нам главный опер
    Подписал, как смерть – аврал,
    Но он – соврал!
    А мы есть люди-человеки!
    В подвале тонем
    От нечистых
    Протоколов.
    Мир не видит!
    Мир не слышит!
    Рецидивисты,
    Соврал тот опер – скажите людям!
    Просим! И пусть цветут
    Весной по правде
    Синие те ирисы –
    Любой весной,
    Но цвет у них не голубой, а синий!
    Как протокол,
    что нас залил водой,
    хоть на бумаге белой, –
    но от ЗАКОНА «черного»!
    В Глубоком на протяжении, может, пятнадцати, а то и более лет людей топят в подвале. В здании отремонтированной немецкой тюрьмы, сохранившейся со времен Великой Отечественной войны….
    Политзаключенные писали о том, что им пришлось пережить и увидеть. Некоторых переводили в другие тюрьмы, как Дашкевича. Некоторых уже никогда не увидеть…
    На моем Твиттер есть кино в Медиагалереи… Чего-то я такая кукла, а там тоже была программа «Куклы»… Я не о программе. Я как посмотрела кино, остолбенела, как кукла… Нужно же что мне попалось найти в ленте на одном из моих почтовых порталов! Ко мне на Твиттер «забрела» «Свободная мысль». Так назвали свою газету власовцы, мечтающие о Неоимперии. У них на Твиттер очень мало читателей. Они никому не нужны.
    Амнистия Интернационал, в России. Мария Середа рассказала мне о том, что умер Олег Рублевский, Борис Абрамович.… Сколько лет их пытались защитить! Я тоже член этой организации. Мне удалось помочь некоторым – они присылали мне благодарности. Так меня поблагодарил человек из Чечни. Прислан был ответ из Генпрокуратуры России по поводу просьбы о защите Анджея Почубея. Но вот какова система…Я пишу об общеизвестных фактах. Так и в творчестве.
    У меня в Интернете есть книга «Меня зовут Илмари». Я ее не дописала. В ней я рассказываю о реальном человеке Илмари, который живет в Хельсинки, работает на чайном заводе. При СССР они жили в финском поселке за Ленинградом. В три года Илмари стал «врагом народа». Был с матерью вывезен на Калыму. Там они случайно выжили. Детей и женщин оставили в лесу умирать безо всякой охраны… Женщинам – смертницам помогал человек из поселка с Севера – он тоже был репрессирован, и был из КГБ. В 62 года Илмари был реабилитирован. После того, как он уехал с Севера, в юности, он поехал в Гори – место, где родился Сталин, работал там трактористом. Ему хотелось увидеть ту землю, которая породила диктатора. Илмари никогда не был ни пионером, ни комсомольцем. Он хорошо понимал русский, но когда ему предлагали вступать в пионеры , а потом в комсомол, отвечал по- фински: «Меня зовут Илмари!» Он отвечал так, потому что знал, кем был Сталин, он видел женщин в лесу. Много видел смертей своих друзей и репрессированных кэгэбистов. И гордился своей национальностью.
    У меня была «аська», есть свой домашний канал на Дискавери, микроблог на Твиттер, страница для фанатов и фэнзинов, ленты на почтовых порталах. Я переписывалась с диктатором. В его письме шли фото, подписи к этим фото – очень многозначащие…. Есть интервью. Был скайп. В свое время мне отвечали некоторые политические деятели и лидеры.
    Мне написали из белорусского КГБ песню «Невидимые погоны», а также «Звезды на погонах» – о военных, «Белые халаты» – о врачах. Я не знаю теперь ни слова из этих песен. Помню, тогда я написала рассказ «Морзянка в зоне» по реальной истории, рассказанной очевидцем этих событий. Один врач из 30-километровой чернобыльской зоны во время бури молился Иисусу Христу, потому что буря выворачивала с корнем дубы, а здание больницы было очень старенькое, деревянное. И если бы дуб рухнул на это здание, то поубивало бы и больных и врачей, тем более что там находился и роддом. Доктор вышел на крыльцо и молился Иисусу Христу. Ни одно дерево не упало на больницу.
    Рассказ «Морзянка в зоне» я искала по запросу в Интернете и не нашла. Он был на Самиздат.… В Лепеле есть один человек… у него в семье предок – кавалер Ордена Святого Георгия. Ни о том, что кто-то из их семьи был в сталинских лагерях, ни о том, что кто-то работал ликвидатором чернобыльских последствий нельзя писать. Как и песни о спецназе и десантниках. Жаль, времена диктатуры ...
    Люди знают, кем были в разные времена Сталин, Ленин. Потом Муссолини, Гитлер, Мао-Цзэдун, на Кубе – Фидель Кастро, в Чили – Альенде. И всегда были те, кого неправильно сажали по Закону, высылали, приговаривали к смерти. Как же живут сами диктаторы? Если…

    November 9, 2014 at 3:20 am | Reply
  43. Сташка Гринич

    Колдунья-кукла

    Околдовал
    Девятый вал
    Любви моей!
    Ты утонул
    В глазах зеленых!
    С зоны на встречу поспеши
    Ко мне, влюбленной!
    А наше счастье так
    неповторимо!
    А я тебя за честность
    полюбила
    и одному –
    Единственному
    в мире тюрьмы –
    скажу слова любви!
    А я тебя ревную, зная,
    что я люблю тебя.
    Не на Багамах –
    Твоя тюрьма!
    И улыбнусь
    Лишь от того,
    Что Колыма,
    Та зона, где отсидел отец мой.
    И я сама – дочь зэка!

    ***
    По приколу
    В судах выносят приговоры –
    Там не гадают на ромашках!
    У нас – дела,
    У нас – статья!
    А по приколу прокурора
    В папке
    Бумажки!!!
    А черт послал
    Такого мудака!
    Мудак не знал,
    что кровь
    польется на бумажки
    стаканом
    от всех зэка!
    И смерть – ему на кон!
    «Мокруху»
    Прокурор подсунул! –
    Зоне весть! –
    У него проруха!!!
    Другие есть
    Зэка, что
    Отсидели за «мокруху».
    Теперь зэка
    Угробят мудака!
    А еще на зону
    Сошлём мы прокурора.
    А так сошлём, чтобы ножом,
    И в сердце – проняло!
    Король Молодечно Анатолий Ефимович однажды перед уходом на зону принес е своей любимой девушке Людмиле розы. Это была зима. Он положил их на крылечко, и присыпал снегом. Он не знал, что Люда сделала от него аборт – первый. Потом она родила дочку и ей после родов сразу перевязали трубы, не спрашивая, потому что у Люды – ДЦП.
    У меня на Дискавери журналисты сбросили статьи из журнала «Космополит» и еще какие-то кадры – о диктаторе. По дайджесту я получила новости с БелСат, другие новости. Даже кино…
    Эту песню я переслала в тюрьму в поселок Глубокое Змитеру Дашкевичу – на воле ждала его Наста, которая потеряла первого ребенка. Ее вбросили в автозак когда-то.… Теперь она снова ждет ребенка. Но как жесток был режим – беременная, на сносях женщина ! – как будто и не было у его прислужников никогда собственных детей и не переживали они за своих невест и беременных жен…

    Розы с зоны

    Мы никогда не будем вместе!
    Прости, невеста! – у меня тюрьма!
    Красные розы под снегом, под снегом.
    Красные розы тебе!
    А ты меня не любишь,
    И мерзнет любовь на крылечке:
    Милая девочка, Людочка
    Розы тебе от зэка!
    Мне умереть за стенами зоны!
    Пусть не вернусь я в город,
    Но там суки в судах, беззаконье:
    Я – заключенный!
    Годы провел за решеткой!
    Сердцу обидно и больно!
    Милая девочка, Людочка
    С зоны я снова на зону!
    Имя можно вставлять любое. И слово «не любишь» менять на слово – «любишь». Но вот почему нельзя писать о десантниках? Мой брат Леонид был десантник, служил в Боровухе-2. Трагически погиб 19 мая 1989 года, и года не пожил после демобилизации...
    Я передала в Лепеле эту песню ансамблю десантников из Чернигова «Голубые молнии». Руководитель ансамбля Кирилл ответил мне, что песня хорошая. В-общем-то, не песня.… У этого ансамбля есть свои хорошие песни.

    Голубые береты

    С десантниками выпить за десант,
    За память вечную своих однополчан,
    И помянуть тех в цинковых гробах
    Из Африки, Афганистана и Чечни.
    Нальем по полной, выпьем за десант!
    Мы погибали, но шли вперед.
    Земля пылала под ногами!
    Подкованные сапоги, портянки,
    Ноги в кровь! А автомат – наперевес!
    Приказ один: на смерть, хоть умереть!
    Земле гореть, а нам идти убить!
    Нальем по полной за генералов наших!
    За нас! Спецназ! Мы не умеем плакать –
    Нас учили убивать. И есть один приказ – стрелять!
    «Под козырек»! Всегда по стойке: Смирно»!
    Десант бросают первым на разгром!
    И дрессируют нас с призыва и до дембеля!
    Десант – он есть десант! Устав особенный!
    Нальем по полной! Выпьем за состав
    Бригад, что шли в огонь во всех «горячих точках»!
    Нальем по полной! Выпьем за спецназ!
    Пусть старшина нас дрючит каждый день!
    А «деды» оставляют нас голодными!
    Мы разбиваем кирпичи себе о головы –
    Нас так ломают на ученьях! Мы – спецназ!
    Нальем по полной! За небезголовых!
    Береты голубые! Армия такая –
    везде пройдем! Мы победим и знаем
    Устав особенный! Нальем по полной!
    Выпьем за десант и за спецназ!

    Когда-то мне нагадали яму в середине жизни, потом резкий взлет. Но я никогда не считала себя ни красивой, ни талантливой, я всегда тщательно работала над словом. И исправляла эту песню тоже. Пусть простит меня тот, у кого она положена на музыку и является песней. А вот и о картах…

    Карты без пагонов

    Ночью радуга-дуга
    Над зоной!
    Мы играем в «дурака»
    На чиферок.
    Тут «сухой закон»!
    И оный,
    Тот, что Бог –
    Совсем не фраерок!
    Выпьем, а не пьем.
    Поем, а не поем –
    Матом гнем
    За выигрыш!
    В карты не играют с Богом!
    Бог – Иисус Христос
    На зоне, не на зоне!
    Только он один спасет!
    Будем в карты резать до восхода.
    Может быть, кому прислали чаю?
    Нет пагонов
    Фраеров-уродов
    Ни на королях
    И ни на дамах!
    «Дураками»
    Сделали нас протоколы.
    В карточной игре –
    приятней и намного!
    Ночью радуга-дуга
    Над ЗОНОЙ!
    Но король крестовый
    Без пагонов –
    Это ясно!

    Я хотела отдать эту песню Виктору Калине – он король белорусского шансона, но он работает совсем в другом стиле. На концертах собирает деньги с шапкой по кругу – ему нужна операция на горле.…

    November 9, 2014 at 3:22 am | Reply
  44. Сташка Гринич

    «Десятка» вора

    Моя «десятка» на этот раз
    За воровство –
    прибавочка за срок, а не беда.

    Десятка у меня с прилавка –
    Пара сотен долларов,
    А прокурорская – года!
    Украл «капусту» я,
    а мне же – десять! -
    Никак не штук, а лет!
    Теперь на зоне ломаю голову
    Во что мне вылился «привет»
    С прилавка магазина «Юбилейный».
    Разбогател я только, как монах-затворник,
    А натворить сумел – не разберешь,
    Что получилось по статье! И что ж?
    Куплю себе чернило «Изабелла».
    Как выйду я на волю, а тогда
    Я даже не взгляну на прокурора,
    А выпью под забором из горла!

    Трудно жить с прослушками, просто невыносимо! Особенно, если это длится с 2007 года. Я писала письма. Тогда мне дали понять: на конвертах, как мечты – марки.… Слова из стихотворения. На этой ЗОНЕ, при этой системе никому ничего нельзя рассказывать, а уж куда-то писать. … За одно слово можно стать политзаключенным! Об этом говорил Томас А. Дайн в книге белорусской поэзии «Верш на свабоду», выпущенной Радио Свобода! И вот…

    Напиши мне ответ

    Не переслать хоть пару строчек
    В любом письме –
    Под счет – читает мент,
    чтоб лишнего ни слова!
    И не написать, чтоб
    Не ужесточать поганых приговоров,
    кроме:
    «Мы тут хорошо живем.
    И спим на нарах
    В камерах-палатах.
    У нас тут – ЗЭКСА-коммунизм»
    А будущее – светло, но не АД!»
    Любимая, я мог бы рассказать,
    Как нас тут могут опускать.
    Но я об этом не могу и никогда!
    Ты – женщина, тебе не надо это знать!
    Я напишу: «Нормально все,
    Пришли цейлонский чай,
    конфеты и мне не изменять!»
    Еще добавлю я в письме:
    «Целую и люблю!». И сердце –
    Нарисую, пронзенное
    стрелой.
    Как хорошо, что ты
    не знаешь ничего.
    А я вернусь к тебе
    И буду глухонемой,
    Когда ты станешь
    Спрашивать о зоне!

    В Беларуси известно, что человек может повеситься, выйти в лес – облить себя бензином и сгореть. Знаю, по каким причинам.… О том я написала когда-то на «Голос Америки», в газету «Литовский курьер», в газету Романа Абрамовича, на сайт Андрея Санникова. Журналисты из «Новой газеты» знают тоже. О том, что было со мной известно на Дискавери.
    Эта песня появилась давно. Я как раз тогда писала в ООН в Брюссель. Позвонила журналистке одной официальной газеты и услышала в ответ сначала первый раз – слово Ляля, потом мужской голос (не знаю, кто там тогда был!) ответил: «ООН, агент номер один»…

    Ляля-падла

    Я тебя убил
    На день рожденья!
    Ты – не наша!
    Не пришла на дело!
    Не воровала деньги!
    Не убивала!
    Ты меня достала!
    Твое тело – не подарок!
    Мафия бессмертна,
    Если бы ты знала,
    То не шестерила б,
    И не продавала,
    А за то пропала!
    Хватит, Ляля!
    Получай на чай!
    Знай разборки наших!
    Неустанно
    Ты кому давала?
    Ты не привечала
    Тех, кто честный,
    Только суки
    Лифчики твои
    Считали, словно деньги!
    И тебя заклали!
    Мафия такая –
    Зэки!
    Ты попала славно, Ляля!
    И за это
    Получай подарок
    В день рожденья
    Смерти!
    Смерть -
    И только это ладно!
    У зэка
    Базара нет другого
    Для таких вот Ляль –
    Шестерок!
    Падла!
    Знай наших!
    Мы таких, как ты
    Терпеть не станем
    И не стали!
    Нож из стали!
    Он – заострен!
    И не в сердечко стрелы,
    А со стремы –
    нож в спину!
    Почему? А мы
    с давних же времен
    все знаем…

    Я также знаю, что у предпринимателей, у которых много денег – прослушки. Соседка была у одного в гостях, которого поздравляли с днем рожденья президенты, он начинал в Беларуси вводить мобильную связь и интернет. У него дома, как сказала соседка: одна икона стоит миллиард долларов. Может, она преувеличила? Но даже мобильную связь развернуть в Беларуси – это нужно иметь талант от Бога, а тем более связь мобильная – партнерство с другими странами. Кто он был, не знаю. Знаю, еще, что в «черном списке» в Беларуси по данным на 2008 год было уже более 1600 человек.… Где же ООН? Однажды меня предупредили: о Беларуси нельзя писать ничего плохого. Я и не пишу. Писали мне с Орши, с Витебска, откуда только не шли письма!

    Я тебе подарил бы розы

    Черные хризантемы – вечер…
    За окном – только ветер!
    Перед тем,
    Как уйти на зону –
    По-английски
    Пишу три слова:
    «ай лав ю».
    Нас по-русски
    Судят сурово!
    Оченно!
    Озеро Шо –
    Не зэкам!
    А еще шо? –
    Приговоры! –
    Хризантемы от прокуроров!
    Взгляд
    Твоих нежных глазок
    В памяти
    Сохраню:
    Можешь
    Мне по-китайски
    Тоже писать-
    «ай лав ю»…
    Это международно!
    Вечер не состоится!
    Последняя встреча.
    Вечер.
    На белом листе – точка.
    Я тебе подарил бы
    Розы!
    Но и розы ночью –
    Черные!
    ***
    Крепкий чифир
    Мы за решеткой.
    Тюрьма…
    Играть гитаре без меня.
    Мне – не играть! –
    Свой срок мотать –
    Тюрьма!
    Чифира дябнем
    Вместо самогона
    Такая жизнь – и никуда!
    И за решеткой
    Мы чифирем за волю.
    А самогона нет – а не беда!
    Нам знать,
    Что прокурор
    Дела собачил
    От всей их братии – нам срок мотать…
    Но не умрем
    По-собачьи! И никогда!
    Чифира дябнем мы за волю!
    Пусть водки нет, а не беда!
    Простите дети,
    Жены,
    Матери
    За то, что вы
    Нас на года, а потеряли!-
    У нас статья – совсем не та!
    И каждый знает рожу
    Прокурора собачью!
    Так пусть он выпьет коньяка!
    А мы чифира дябнем –
    За волю!

    Теперь полистаем Атлас мира.

    November 9, 2014 at 3:23 am | Reply
  45. Сташка Гринич

    Кёльнский собор! -

    (Поклониться низко,
    Матерь Божья!) -
    В небо стрелы твои,
    Как веры углы,
    Как руки воздетые вверх,
    Так осторожно,
    На которых могла ты
    Сына держать
    Около груди –
    Иисуса Христа.
    Теперь
    Ему молитвы возносятся!
    И в каждом оконце солнце!
    Кёльнский собор,
    Богородица! –
    Молится
    Молитвами
    Богу слышными!
    Слава!
    Навеки!
    Всевышнему!

    Какой это красивый храм – Кёльнский собор. На Беларуси говорят: нужно молиться и просить Богородицу Деву Марию, чтобы сбылось то, что хочется. Пусть тогда исчезнут прослушки у ксендзов в костелах, а они там есть. Об этом мне сказал в Лепеле ксендз костела Святого Казимира Андрей Вершаловский. Когда я сказала ему о том, что у меня прослушки, и я прошу помощи, он оглянулся по сторонам и ответил: « У нас в костеле прослушки. Я ничем вам не помогу». Но это ясно – в костелах не грех помощь. Просто там нет тайны исповеди. И нужно молчать…

    ***
    Манхеттену
    Манхеттен – неизвестный город…
    Как песня – названье,
    но по-английски –
    певуче, прекрасно!
    Звучит, как рок!
    А рок – и жизнь,
    И танец!
    Танцуй Америка!
    В названьи страны –
    Рока река!
    Ман – хет – тен –
    Дробь каблука!
    И рок неизменен!
    И странно так,
    Что «рок» – есть жизнь.
    Смело!
    Задорно!
    Молодо! По-негритянски!
    И как
    «брейк-данс»! –
    Цвети
    И здравствуй!

    Я – фанатка Земфиры. Люблю брейк-данс. Восторгаюсь тинэйджерами. Люблю модные стрижки. Одно время стриглась под «ежик», как Ирина Хакамада. Но вот уже много лет у меня ассиметричная челка. Давно не слышала новых песен Земфиры. Хотелось бы услышать…

    November 9, 2014 at 3:24 am | Reply
  46. Сташка Гринич

    А вот, что Манхеттен – не город, а всего только район Нью-Йорка, я узнала из журнала «Космополитен». Мне снился когда-то Кельнский собор, а я думала, что приснился Манхеттен. Оказывается, Манхеттен выглядит по-другому…. Я захотела больше узнать о США. Читала газеты, американскую фантастику, смотрела фильмы и рождественские комедии…

    ***
    Вашингтон
    Даже карты нет
    Посмотреть…
    И нет канала…
    Ни разу не видела,
    И не мечтала увидеть…
    Но когда-то любила
    Улыбку Картера,
    Ведь ее любила вся планета!
    Искренне улыбается,
    Красиво
    Барак Обама.
    Одно лишь –
    Мне он улыбнулся
    Однажды по «Миру»…
    Но осталась
    Улыбка в душе –
    Не забылась!
    Его улыбку забыть
    Не смогла я:
    Открытая,
    Радиожурналистская,
    Но без налета
    Театральности!
    Истинно, как в глазах –
    Одинаково:
    Реальность!
    И человечности истина!
    Без всякой выспренности!
    …Правдивая, простая,
    Такая запоминающаяся
    Улыбка Обамы!
    Чем?
    -Искренностью
    И светящейся правдою!

    По телевизору я чаще всего смотрю новости. Меня никогда не интересовали боевики, мелодрамы. Я люблю читать. Видела фото Барака Обамы в немецком журнале, там он приветствовал ООН. Я написала во Всемирную организацию по защите прав человека – ООН, его генсеку – так и искала по КП – Генсек ООН. Естественно, я писала в отдел по защите прав инвалидов. В их ответе мне на Рамблер-почту сразу был е-маил и «переводчик». Ответы писались сразу, только я не могла их прочитать. Поняла одно: хэллоу, Людмила, потом слово – результат. Но мое письмо было переведено по-английски, благодаря тому, что в ответе была и такая услуга сразу. Мне только говорилось по прослушкам: нельзя говорить «инвалид», вы – человек. Вот бы жить человеку без прослушек! Даже, если листая Атлас мира…. Я не интересуюсь геополитикой и любой политикой. Я – человек. Недавно записалась в книжный клуб журнала «Кудесница». Теперь жду свою пенсию, чтобы заплатить почти шестьсот тысяч белорусских рублей. Есть среди них и исторические книги…
    ***
    Утром солнце
    Восходит над городом,
    Падает свет чрез
    Оконную штору,
    Как
    Нового дня призыв
    И зов
    С боем
    Кремлевских часов,
    Которые будят
    Историей
    Первопрестольной
    Столицы –
    Великой и славной
    России!
    И сильной!
    И мощной!
    Всегда прекрасной –
    по-старославянски – Красной –
    Всем сердцем любимой
    Москвы!
    Страна Россия,
    Да здравствуй! А мы
    Гордимся тобой
    Наш край!
    Живи!
    Молодей!
    Процветай!

    November 9, 2014 at 3:25 am | Reply
  47. Сташка Гринич

    Россия строит свою жизнь по-новому. И многие из молодежи не помнят боя московских курантов, ведь времена СССР давно прошли. У меня намного больше читателей в России, чем в Беларуси. Здорово, конечно. Был бы у нас один Союз – писателей Беларуси, как раньше. И пусть бы однажды два Союза объединились, ведь мы люди творческие. Нас объединяет творчество. Те, кого привлекает политика, пусть занимаются политикой…

    ***
    Под краской
    На стене Кремлевской
    Иконы…
    Святый Бог!
    От коммуна-ленино-сталина –
    Всех законов
    Бог Россию уберег
    Историей старою.
    Ею горда страна –
    Могучая, славная,
    Богатая традициями,
    Истинно сильная
    Православием!
    И видится –
    Знак столетия! – под краскою
    Красного слоя!
    Первопрестольная,
    Благословленная
    Историей,
    Отвергнутою эрою,
    что когда-то
    Приняла
    Самой первой ты –
    Москва!
    Вместе со Смольным
    И Мавзолеем…
    …Икона теперь –
    Не Ленин!
    А как же так?
    Икона –
    под красным! – была…

    Я где-то прочитала, что Красная площадь очень маленькая. А ведь всегда представлялось, что она большая. Там проходили парады…

    ***
    Счастья – узелочек завязать?
    Затянуть петлю на шее?
    Не Марина же Цветаева?
    Флюгером на крыше стать?
    Тише, Испания!
    Танцуют мачо
    И индейцы прерий
    В Рио-де-Жанейро!
    А по-испански –
    как сказка! –
    гитарных струн
    переборы жаркие!

    Я люблю стихи Гарсиа-Лорки. Но ни разу не была на концерте испанских артистов…

    November 9, 2014 at 3:26 am | Reply
  48. Сташка Гринич

    В «Народной Воле» прошла в 2008 году статья С. Д. Агеенковой, сексопатолога о том, что в Беларуси есть секты. Сектанты цепляются больше всего к разводным и одиноким. Теперь ясно, о чем могла сексопатолог рассказывать. Есть у меня на Твиттер по этому поводу одно «словосочетание»… И еще другое.… И еще слово.… Но ведь связывалось все с известными людьми, несмотря на то, что один из этих людей оберегает свою семью от папарацци, у него – трое детей, замечательная жена. Другой человек имеет двое детей, очень любит свою жену. Они – не одинокие. Верующие люди. И не сектанты.

    November 9, 2014 at 3:26 am | Reply
  49. Сташка Гринич

    И я – не сектантка, хоть и разводная. Есть в мире свобода вероисповедания. Но мне случайно пришлось узнать, как они поступают. У меня увела мужа, его племянница, крестница, чуть постарше старшей нашей дочери. Ее отец – китаец из провинции Шань-дунь, она учит китайский, не меняла свою фамилию, как и Анжела Афанасьева. Одна гордится, что китайка, вторая, что – русская. А я, выходит, должна повеситься по их суждениям? Я на это не согласна! И на их выходки…
    Меня заставили выбросить редкое издание книги Фредерика Гарсия Лорки, которую мне подарил Анатолий Вертинский. Он – редактор моей первой книги стихов «Разгар лiпацвету». Мной были выброшены книги с автографами Сергея Законникова, Анатолия Зэкова, российского боевого журналиста Александра Ягодина, книга Василя Яковенко, Василия Божова, Нины Матяш, Владимира Цветкова, книга – первая! – книга белорусской фантастики! – «Люстэрка сусвету». Это самое начало с продолжением…. Я раньше об этом писала. В Беларуси издается журнал – литературный! – общества инвалидов! И его заставили выбросить. Что инвалиды – не люди, белорусские писатели – не люди?! Где ответ? Психологическое давление – вот еще как называется прослушивание. Сколько же тогда неизвестного есть в истории страны Беларуси…

    November 9, 2014 at 3:27 am | Reply
  50. Сташка Гринич

    В книге поставлен код – я занесла это фото их з компьютера – кто-то сделал этот код, ведь он был в…фото. Я не знаю этого кода. Жаль, я плохо разбираюсь в компьютере. Но даже этот код придумать, чтоб перенести его, например, на свою страницу было очень непросто. Код оказался среди фото лепельских детей в моем персональном компьютере. Еще кто-то принес книгу персидских сказок, залитую подсолнечным маслом. Ясно, что я ее сама вынесла в мусорный ящик. Ее читать было невозможно, да и запах…. Как раз пишу, а по радио прозвучало: на Украине и слышать не хотят об амнистии в отношении тех, кто выступает на Майдане за отмену «автократии» на Украине.… На улице – зима.… А я люблю жаркое лето!
    ***
    Венесуэла!
    Какая музыка слогов –
    И в африканском ритме,
    Хоть пой,
    На эсперанто что ль? –
    Не знаю на каком!
    Венесуэла!
    Велик суэ алла!
    А танцы – не экспромты –
    Ве-се-лые!
    Попробуй ты:
    Э-л-ла – Ве-не-су-эла –
    По-негритянски!
    Ей-ей, о сла – о, слава
    Танца африканского!-
    В названьи том.

    Лепельский МКК поставлял свою продукцию и в эту страну. Когда-то я придумала им слоган для рекламы молочных товаров «Лепелька» – мир красив качеством. Я так расшифровала аббревиатуру МКК, но на комбинате выбрали белорусский слоган, даже лучший: «Лепелька – лучшы сябар». Так я начинала свою работу, начиная, учится делать рекламу. Когда-то я делала даже «скрытую рекламу» в районной газете – это была статья. Теперь вот сотрудничаю с Е-генератор – есть такой сайт в Интернете. Правда, и мне когда-то делали в Беларуси рекламу. Теперь бы так сказали. Но это была не реклама – рассказ о писателе. На БТ я снималась – в программе «Лiтаратурныя сустрэчы», ее делал Леонид Голубович. На местном Лепельском телевидении раньше никогда реклама не шла – только поздравления с Днем Рождения. Я делала репортажи, снимались и новости. А что писатели Украины будут молчать? В Беларуси будет молчать Станислав Солодовников, Геннадий Ануфриев, Александр Немцов, Михаил Козлов? Почему? Неужели все толерантны до того, что Василий Зданюк, редактор газеты «СвнПлюс» положил под сукно мое письмо? Я ему звонила и он ответил: «Эта информация не для нашей газеты». Теперь я знаю почему. Из-за статьи Агеенковой в «Народной воле»…
    Раньше я разговаривала о своих проблемах с представителем Беларуси в ОБСЕ Дмитрием Маркушинским…. Тогда еще существовала правозащитная организация инвалидов СНГ «Весна». Она…ликвидирована. Такая информация прошла в прессе. Сергей Беляцкий – руководитель этой организации находится в заключении….
    Сергея Коваленко освободили – у него была открытая форма туберкулеза, с этой болезнью он находился в заключении. В Окрестино попадали люди с эпилепсией. Им никто не помогал. Приступы проходили в камере и сокамерники, как могли, спасали таких больных.
    …В Атласе мира нет надправительственных организаций и проблем…. Просто Атлас…

    ***
    Сантьяго!
    Где и в каком краю?
    Но город полон огней!
    Свет, много света!
    А как звучат гитары!
    Будто музыка
    Лета,
    Жаркой летней ночи!
    Санть-яго, Санть-яго…
    И всему городу
    Счастья хочется
    Очень!
    Романтики!
    Чтобы, глядя в очи
    Своей любимой
    Мог любимый –
    Без всякого «эго» -
    Сыграть романс,
    И тихо, как часики тикают –
    Вымолвить,
    Кроме слов о любви
    Аховых:
    «Еще я люблю Сантьяго!»

    November 9, 2014 at 3:29 am | Reply
  51. Сташка Гринич

    Мой друг Алекс на Твиттер очень хорошо знает русский язык и Интернет. В глянцевом журнале я прочитала текст Алекса Харриса и его друзей. Они сказали: «Жизнь – это война. За карьеру, за твое место в социуме, просто за выживание...» Мужчины, которым пришлось служить, спортсменам, которые знают о навыках самых закаленных военнослужащих, мечтают всегда оставаться в форме.
    Когда я осталась одна, я меньше всего думала о мужчинах. Но все же скучно одной. Хорошо, что есть Интернет! И можно общаться. У меня один рассказ как-то сразу перевели на Дискавери на английский язык. Я этому была рада. Как и тому, что мой домашний канал на Дискавери, где была при регистрации пометка – « пять наук о выживании» поменял вдруг свое название. Я обрела друзей – русскоязычных и англоязычных. Даже с Индии поздравляли меня с Днем Рождения, а в этом году поздравили программисты, хоть я очень плохо знаю компьютер…Друзья – всегда друзья.

    November 9, 2014 at 3:30 am | Reply
  52. Сташка Гринич

    Комментариев нет. Я написала два письма о своих проблемах в НАТО: блок Россия – Америка, Окна НАТО, еще одно – Североатлантический альянс. Еще одно письмо писала с портала НАТО, оно оттуда и ушло. Хорошо, что есть такая услуга…
    ***
    Сингапур –
    Негритянский праздник…
    Как красиво
    негры танцуют –
    даже в Сиэтле,
    уважая
    и любя неистово
    свои традиции и культуру!
    Прославляя
    Родину каждый –
    Даже без имени –
    Танцем!

    У Барака Обамы – «африканская» кровь. Возможно. Прозвучало по какому-то каналу телевидения. Но чего речь шла о крови? В глянцевом журнале прочитала: он из королевской семьи. Где Сиэтл – не знаю.

    ***
    Марокко –
    По-мароканнски
    Мулаты
    И негры,
    И тем, кому нравится
    Танцуют рок,
    Другие танцы –
    Во славу Америки! –
    Под диски –
    Без дискриминации.
    Гордые
    За национальность
    И ту страну,
    Что дала свободу
    Славить ее даже танцем!

    Слава Америке! Она гордится своим флагом, своей Конституцией! И своей культурой! Есть непревзойденный мировой фантаст Стивен Кинг. Я написала ему письмо. Дальнобойщики передавали письма в ЕС, в ООН…

    ***
    Чернигов. Десант –
    «Голубые молнии»!
    Голубые береты…
    Каждый десантник
    Хранит такой,
    Гордый за армию,
    Знающий, какою ценой
    Он заслужил
    Берет голубой.
    Береты Америки
    И зелено-пятнистые-
    армии
    истинно-неостановимой
    каждой страной!
    Десант – он десант!
    Спецназ – он спецназ!
    Знают нас!

    ***
    Токио в Японии,
    В стране оранжевого солнца,
    Где тепло, где любят спорт…
    А есть ли порт?
    А есть море?
    Портовый город
    Сан-Франциско? –
    Нет?!
    В СМИ-изданиях –
    Один кроссворд –
    Без знаний географии…
    И нет программы
    По ТВ…
    Я помню, что
    Япония –
    Страна оранжевого
    Солнца.
    И грущу о ней.

    На ТВ есть канал «Дискавери» и точно также называется американская космическая станция.
    В газете недавно прочитала, что есть российско-белорусский студенческий спутник. Это не шутка? А может еще и детский спутник?

    November 9, 2014 at 3:30 am | Reply
  53. Сташка Гринич

    Что ли разведывательный шар? А как бывают шутки, если из квартиры пропадает записная книжка с записями паролей и сайтов, мной посещаемых? А еще такие шутки, когда в газетах взрослые дяди тети пишут «глупые американские военные». И почему-то называют американцев – америкосы…. В Интернете как-то было дано разрешение писать все плохое, что вздумается о США, но ведь почему тогда ничего не найти о хорошем?

    ***
    Вашингтон!
    - Что? Затон?
    - Что? Не то?
    - Как?! Закон!
    Конституция!
    -Стикс Льюис?
    -Кто?
    -Он вниз!
    - Да? Мечта?
    Та! И кто? И как?
    - А так! Барак!
    А имя – знак?
    У вас, как так?
    У нас – так нет!
    -Тогда он как?
    – Ура! Барак!
    И шума нет?
    - И не беда?
    - О, да!
    Без гаммы! –
    Зато все знаем:
    Барак Обама!

    Без комментариев! Барак Обама – лауреат Нобелевской премии мира.

    November 9, 2014 at 3:31 am | Reply
  54. Сташка Гринич

    На Твиттер у Барака Обамы миллионы читателей и на его домашнем канале на Дискавери.

    ***
    «Формула-1»…
    О, как и много раз
    Шумахер побеждал!
    Да и в пустыне африканской –
    Для автогонщиков условий нет!
    Лицо в забрале,
    руки на руле –
    рыцарь «Формулы-1»
    На скорости победной –
    Первый,
    Первый, первый, первый!
    Любовь девчонок всей земли!
    Все ж, видно,
    Потому
    За руль садится стали и они…
    Да вот – не из-за
    Евро-О-ния?!
    Мя?
    Чего?
    Сполна!
    Обана!
    МА!
    ЕС! Обама!

    Я любила смотреть автогонки «Формула-1» и восторгалась Шумахером. Теперь, когда Шумахера нет, я их смотреть перестала. Но в мире очень много феминисток. Знаю, и с уважением отношусь к женщинам, которые умеют хорошо водить машину, занимают ведущие посты в разных странах. По известиям прессы, Шумахер натолкнулся на большой камень…

    ***
    Ратуша Рихарда Майера в Ульме –
    Как Кремлевская башня без звезды –
    Архитектура романская.
    Ратуша в Штральзунде –
    там не куранты Кремля –
    окна формы круглой.
    Не архитектурная сказка –
    Памятник зодчества.
    Знает Земля!
    Германия, Богом благословленная
    Вместе с Россией – великой страной.
    И мулатного цвета
    Собора в Ульме –
    Без всякой звезды –
    Красивая, огромная, славная,
    живая, превознесенная Богом –
    Иисусом Христом –
    Америка! – страна
    Свободы и
    Феминизма:
    И не только из-за любви
    К кумиру автоспорта
    Шумахеру!
    И «Формуле-1»,
    Известной миру!

    Знак Барака Обамы? Не слово же «кровь» из газеты? Его любят в его стране! Америка победила фашизм, там ненавидели всегда и фашистов, и коммунистов. Но мы не о партиях. Американцы гордятся своей страной, говоря: есть такая национальность – американцы». На Рамблер много раз приходило с Твиттер: Вас лично читает @BarakObama. Barak Obama пишется по-английски. Обама, в словаре БАМа, Огама. Что ж, «автономный интернет» – об этом вела речь Ивонка Сурвила
    ***
    Нью-Йорк…
    Небоскребы…
    А больше ничего неизвестно!
    Кроме того,
    Что гордится Америка
    Своей Мадонной,
    своей культурой –
    в газетах белорусских
    Только, только
    Об этом бегло…
    В библиотеках
    Не найти про Техас…
    И даже… Иерусалим…
    И о нем неизвестно
    Кто там….
    И что в Ватикане,
    какой Ватикан…
    Как раз!
    Видно, знает о том
    Где-то там…
    Лишь Техас…
    А, может, в РБ
    Нельзя знать
    Как зовут
    Президента Обаму!
    Непониме…
    Даже в нете
    обман…
    Странно!

    November 9, 2014 at 3:32 am | Reply
  55. Сташка Гринич

    Без комментариев! У газет есть интернет-версии, у многих – англоязычные. Атлас… Взгляд останавливается то на городах, то на странах…

    ***
    Твое имя…
    Страна…
    Национальность…
    Паспорт…у дома?
    Паспорт серо-черный?
    На спор – пояс дзюдо?
    МА!
    Или вне за-
    Кона
    На кон сво-во-бо-ды
    Венок лав-новый?!
    Или ав-тон-о- ми-ю-ю?
    Как твое имя?
    О- на!
    Амери – как?
    Главное
    Для Земли – вместе они –
    три страны – без коммуны!

    В Атласе страны не выделяются красным.

    November 9, 2014 at 3:33 am | Reply
  56. Сташка Гринич

    В Америке о коммунизме и речи нет. Барак Обама – демократ. Первый черный президент в истории Соединенных Штатов Америки. Только на Твиттер я смогла узнать о его жене – Мишель Обаме. Но теперь очень редко приходится выходить в Интернет…

    ***
    Потсдам…
    Собор святого Николая –
    Купол –
    Наверху шпиль –
    Формы Кремлевской башни,
    Но без звезды,
    А с иконой,
    Иисуса Христа распятого –
    Вместо креста,
    Потому, что мир православный –
    Главное – есть на Земле Бог –
    Знаем!
    Архитектура Германии…

    November 9, 2014 at 3:33 am | Reply
  57. Сташка Гринич

    Хорошо, что в Атласе нет ничего о фашизме. Это так страшно! Помнят ветераны, которых осталось совсем немного, помнят малолетние узники фашистских концлагерей. Дальнобойщик из Новополоцка Николай Станиславчик рассказывал, какие фашисты страшные теперь. И, жаль, что их много среди молодых. Откуда «чернорубашечники» при легитимном отношении к фашизму и коммунизму взяли свою идеологию и как могли плодить эту «коричневую чуму»? Но продолжим листать Атлас, полистаем и глянцевые журналы…
    Глава 3. О разном
    Современном и прекрасном

    Escada Rockin Rio
    ООО «Космополитен косметик»
    Ох, непросто «глянцевым журналам»,
    Но и просто быть волшебными для женщин!
    До чего же вы красивы, наши леди!
    Да с французскими фигурками!
    Да в трендах «Prado»!
    С колдовскими ароматами
    Духов чуть с пряным запахом
    Espada, что кружит
    Голову бой-френдам современным,
    когда наносите их капельку
    За ушко!

    November 9, 2014 at 3:34 am | Reply
  58. Сташка Гринич

    Душки, мужья вам
    в жизни не изменят,
    если вы и вновь, и не игриво
    из многих ароматов,
    но без ностальгии
    по «Сирени серебристой»
    или по серебристой той сирени
    выберите смело
    ESCADA ROKIN RIO!

    November 9, 2014 at 3:34 am | Reply
  59. Сташка Гринич

    Как далеко ушли времена СССР, насколько богаче выбор духов! И как важно сделать мужчине правильный подарок ! Как должны заботится о нас наши джентльмены!

    DA-VIDOFF. COOL WATER
    Джош Халлоуэй. Лицо с обложки.
    Глаза любви, а может красив,
    И только! Но как притягивает
    Каждый женский взгляд
    Секс-символ на рекламных
    Проспектах товаров для мужчин:
    PARFUMS DAVIDOFF PARIS.
    OSTR.COTY PREGEIC.NEW YORK –
    Не понимая перевода, зная
    Слов несколько понятных.
    Но, Боже мой, красиво, знатно
    И слоган стильный для
    Непростых, себя уважающих:
    « Энергия свежести»!
    Энергия притягивающих глаз! -
    И каждая из женщин
    Своему подарит супермену
    Такой PARFUMS, чтобы и он
    мог завораживающе смотреть,
    ну а любить – всего одну!

    Не расстраивайтесь, если у вашего мужчины были любовницы. В любом случае он будет любить только вас одну, потому что вы знаете его любимый аромат!

    Томас Райтер – первый
    Немец на международной
    космической станции.
    Американский «Дискавери» -
    Как Земля из космоса
    Смотрится?
    Как красиво космонавт
    Улыбается!
    Им гордится Германия
    И Россия, ведь он
    Работал на «Мире» -
    Бортинженер и военный
    Летчик.
    Полгода он пробыл
    В космосе на МКС.
    Первый астронавт в Европе!
    ES! А глаза! Ведь
    Сила воли по ним
    Читается!
    Он любим! Ой, ли! –
    «Мир» и «Дискавери»
    Как Шумахер!
    Но Томас Райтер – астронавт
    Номер один из Германии!

    Как прекрасна профессия космонавта, лётчика и астронавта! Да это же мечта многих юношей и девушек, которые зачитываются фантастикой!

    November 9, 2014 at 3:35 am | Reply

Post a comment


 

CNN welcomes a lively and courteous discussion as long as you follow the Rules of Conduct set forth in our Terms of Service. Comments are not pre-screened before they post. You agree that anything you post may be used, along with your name and profile picture, in accordance with our Privacy Policy and the license you have granted pursuant to our Terms of Service.